• Учебник ссылки нормы международного воздушного права зафиксированы во многих международных документах и в

     

    Ответы к экзамену по международному частному праву 21.06.2011 в 01:52 1.4 Мб doc 340 раза × Билет № 1 Понятие международного частного права. Предмет, определение. МЧП – самостоятельная, полисистемная, комплексная отрасль права, объединяющая нормы международного и национального права и регулирующая международные отношения. Общепринятого определения предмета МЧП в доктрине пока нет. Предмет любой науки - общественные отношения, которые данная наука изучает и регулирует. Для предмета МЧП характерно то, что данные общественные отношения складываются международный сфере. Так же отличительной чертой является их характер - частно-правовой(невластный). Это в основном гражданско-правовые отношения, регулируемым нормами гражданского права. В значительной степени к частноправовым относятся семейно-брачные, трудовые, земельные отношения, отношения по поводу имущественных и связанных с ними неимущественных прав. Данные отношения чаще всего возникают между ФЛ и ЮЛ, в отдельных случаях субъект-государство. Эти отношения называются так же трансграничными. Так как эти общественные отношения являются международными, способы  их регулирования, рассмотрены законодательствами разных государств по-разному. И основная цель МЧП - разрешение данных коллизий. Исходя из этого можно назвать следующие признаки предмета МЧП: - данные отношения международные; (связанные с правовыми системами разными государств) - они частноправовые Коллизионные вопросы безвестного отсутствия и признания лица умершим. Во всем мире не многие государства имеют институт объявления безвестно отсутствующим и признания лица умершим вследствие безвестного отсутствия. Чаще всего материальные нормы государств, имеющих данный институт не совпадают в отношении: условий и сроков объявления без вести пропавшими, юридических последствий безвестного отсутствия и т.д. Различно и нормативное закрепление. В одних государствах имеются специальные законы (Австрия, ФРГ, Италия), в других — разработаны отдельные нормы (Польша, Венгрия, Чехия, Россия, Монголия и др). Ряд стран не признает данный институт (Франции, Алжира, других государств, воспринявших романскую систем), в них выносится определение о безвестном отсутствии лица в рамках судебного производства по конкретному делу. При отсутствии письменного доказательства смерти лица применяются способы регламентированные зак-вом данного гос-ва (свидетельские показания -  ст. 79 Ордонанса о гражданском состоянии No 70.20 1970 г. Алжира). В Англии - презумпция смерти, так же для конкретного уголовного дела - отсутствие 7 лет. Коллизионные аспекты безвестного отсутствия и объявления умершим решаются на основе привязки отношения к личному закону, каковым выступает либо закон гражданства, либо закон постоянного места жительства (домициля), кроме специфических случаев когда квалификацию дает судебное учреждение другого государства, применяется закон суда(Польша, Чехия). Так же возможно договорное регулирование данного вопроса(России с Польшей). Суд одной Договаривающейся Стороны может в соответствии с законодательством своего государства признать гражданина другой Договаривающейся Стороны безвестно отсутствующим или умершим, а также установить факт его смерти: 1) по просьбе лица, намеревающегося реализовать свои наследственные или алиментные права; 2) по просьбе супруга (супруги) умершего или безвестно отсутствующего лица, проживающего на момент подачи ходатайства на территории Договаривающейся Стороны, суд которой должен вынести решение. Данно Решение имеет юридические последствия только на территории Договаривающейся Стороны, суд которой вынес указанное решение. Кодекс Бустаманте - ст. 30 - «каждое государство применяет свое собственное законодательство для объявления гражданской личности прекратившейся в случае естественной смерти физических лиц и исчезновения...» Правовое регулирование трансграничного усыновления Источники. Европейская конвенция об усыновлении детей 67г. Гаагская конвенция о защите детей и сотрудничестве в отношении иностранного усыновления 93г. Гаагская конвенция применяется, когда ребенок, постоянно проживает в одном гос-ве, после его усыновления либо для осуществления усыновления переезжает или собирается переехать в другое гос-во. Цель конвенции обеспечение гарантий, чтобы иностранное усыновление осуществлялось в интересах ребенка. К. закрепляет – незаконность любых средств обогащения при решении вопроса об усыновлении. Запрещается коммерческая д-ть, направленная на извлечение прибыли при осуществлении усыновления. Правительство РФ 28.03.00 приняло постановление «о деятельности органов и организаций иностранных гос-в по усыновлению детей на территории РФ и контроле за ее усыновлением»- в России запрещается осуществление посреднической д-ти при усыновлении. Иностранные организации, намеревающиеся открыть представительства в РФ, обязаны предоставить определенный пакет документов, подтверждающих полномочия по осущ-ю рассматриваемой д-ти, а также док-ва что д-ть некоммерческая. Вопросы иностранного усыновления- в Конвенции ООН о правах ребенка-89г. усыновление в другой стране м. рассматриваться в качестве альтернативного ухода за ребенком, если ребенок не м/б передан на воспитание или помещен в семью в стране происхождения и если обеспечение какого-либо подходящего ухода в стране происхождения невозможно(этой нормы в зак-ве РФ нет, хотя она и участница). В РФ межд./н усыновление регулируется коллизионными нормами закрепленными в ст.165СК.  усыновление считается межд./н-м если осущ-ся: 1) иностранными гражданами в отношении ребенка - гражданина РФ на территории РФ; 2) иностранными гражданами в отношении ребенка – гражданина РФ за пределами территории РФ. 3) гражданином РФ в отношении – ребенка явл-ся иностр-м гр-м на территории РФ. 4) гражданином РФ в отношении ребенка явл-ся иностранным гражданином на территории иностранного гос-ва. При усыновлении соблюдаются как нормы иностранного права, так и нормы зак-ва РФ, когда говорим об усыновлении в РФ ребенка –гражданина РФ. Двойная защита обеспечивает лучшую защиту интересов ребенка. По СК- при усыновлении иностранным гражданином ребенка- гражданина РФ, состоящими в браке с гражданами РФ, усыновление в порядке для граждан РФ. П,П, о правилах постановки на учет консульскими учреждениями РФ детей, явл-ся гражданами РФ и усыновленных иностранными гражданами или лицами без гражданства. Билет № 2 Сфера действия международного частного права. Проблема «иностранного элемента» в МЧП. Сфера действия МЧП пересекается с предметом отрасли МЧП. МЧП действует в сфере тех отношений, которые являются предметом данной науки. Итак, сфера действия МЧП отношения, имеющие частноправовой характер, выходящие за границы одного государства, субъектами которых являются граждане различных государств и лица без гражданства. Это могут быть вещные, обязательственные, трудовые, семейные отношения, субъектами которых являются граждане иностранных государств, лица без гражданства, иностранные юридические лица. Это сфера тех отношений, которые не могут быть урегулированы просто нормами одной правовой системы. Тогда приходят на помощь коллизионные нормы МЧП. В данном вопросе следует упомянуть и об ограничениях сферы действия МЧП. В зависимости от вида отношений применяются нормы определенной отрасли права. Нормы МЧП применяют в сфере действия МЧП. Так, нормы, содержащиеся в разд. 6 ГК РФ, действуют в случае возникновения гражданско-правовых отношений с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо гражданско-правовых отношений; осложненных иным иностранным элементом, в т.ч. в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей. Нормы разд. 7 СК РФ работают в сфере применения семейного законодательства к семейным отношениям с участием иностранных граждан и лиц без гражданства. Глава 26 КТМ. Международные договоры и соглашения на основании ст. 19 Конституции РФ имеют приоритетное значение по отношению к актам внутреннего законотворчества. Так, например, Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22 января 1993 г.) входит в сферу своего действия, когда возникают коллизии в гражданско-правовых, семейных и уголовных отношениях между нормами различных правовых систем. Аналогично можно определить сферу действия и других норм МЧП. Все вышеперечисленные тезисы о сфере действия МЧП обусловлены тем, что часть его норм имеет коллизионный характер. Иностранный элемент может проявляться в трех вариантах: 1) Субъект правоотношения - иностранное лицо, иностранец (иностранный гражданин, апатрид, бипатрид, беженец); иностраное юридическое лицо, предприятие с иностранными инвестициями, международное юридическое лицо, ТНК; международные межправительственные и неправительственные организации; иностранное государство). .2) Объект правоотношения находится за границей. 3) Юридический факт, с которым связано правоотношение, имеет место за границей. В российском законодательстве иностранный элемент в гражданском правоотношении определяет п. 1 ст. 1186 ГК РФ. К сожалению, в этом определении довольно много пробелов - в качестве иностранного субъекта не названы иностранное государство и международная организация; юридический факт, имевший место за границей, не выделен в качестве одного из вариантов иностранного элемента. Правда, в ст. 1186 закреплено «...осложненным иным иностранным элементом». Эта фраза восполняет указанные пробелы, но вследствие своего неопределенного характера может привести к расширительному толкованию правовой нормы. Правовое положение иностранцев в Российской Федерации. Конституция. Часть 1 ст. 17: в РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с этой Конституцией. Ст. 18: права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, МСУ и обеспечиваются правосудием. Ч. 3 ст. 62: иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в РФ равами и несут обязанности наравне с гражданами РФ кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором РФ. Ст. 3 ФЗ «О гражданстве РФ» 2002 г.: иностранный гражданин - лицо, не являющееся гражданином РФ и имеющее гражданство (подданство) иностранного государства. ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в РФ» от 25.07.2002 г. Ст. 4 «Основы правового положения иностранных граждан в РФ». Иностранные граждане пользуются в РФ правами и несут обязанности наравне с гражданами РФ, за исключением случаев, предусмотренных ФЗ. Ст. 14 «Отношение иностранных граждан к государственной или муниципальной службе и к отдельным видам деятельности». Иностранный гражданин не имеет права: 1) находиться на муниципальной службе. 2) замещать должности в составе экипажа судна, плавающего под Государственным флагом РФ; 3) быть членом экипажа военного корабля РФ или другого эксплуатируемого в некоммерческих целях судна, а также летательного аппарата государственной или экспериментальной авиации; 4) быть командиром воздушного судна гражданской авиации; 5) быть принятым на работу на объекты и в организации, деятельность которых связана с обеспечением безопасности РФ; 6) заниматься иной деятельностью и замещать иные должности, допуск иностранных граждан к которым ограничен ФЗ. Порядок замещения иностранными гражданами руководящих должностей в организациях, в уставном капитале которых более 50 % акций или долей принадлежит РФ, устанавливается Правительством РФ. Вопросы семейного права в договорах об оказании правовой помощи. Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22.01.93г м/у РФ и Минск: Ст. 26 Заключение брака: Условия заключения Б определяются для каждого из будущих супругов законодательством Договаривающейся Стороны, гражданином которой он является, а для лиц без гражданства - законодательством Договаривающейся Стороны, являющейся их п.м.ж.  Личные и имущественные правоотношения супругов определяются по законодательству Договаривающейся Стороны, на территории которой они имеют совместное м.ж. Если один из супругов проживает на разных территориях и при этом имеют одно и то же гражданство, то их личные и имущественные правоотношения определяются по законодательству гос-ва гражданами которой являются. 3. Если гражданство разное, правоотношения определяются по законодательству гос-ва на территории которой они имели свое последнее совместное м.ж. 4. Если не имели совместного жительства, применяется законодательство Стороны, учреждение которой рассматривает дело. 5. Правоотношения супругов, касающиеся их недвижимого имущества, определяются по законодательству догов-ся Стороны, на территории которой находится это имущество. Расторжение брака: По делам о расторжении Б применяется законодательство Стороны, гражданами которой являются супруги в момент подачи заявления. 2. Если гражданство у супругов разное применяется законодательство Стороны, учреждение которой рассматривает дело о расторжении Б.  По делам о признании Б. недействительным применяется законодательство Стороны, которое применялось при заключении Б. Установление и оспаривание отцовства или материнства определяется по законодательству страны, гражданином которой ребенок является по рождению. Правоотношения родителей и детей - по законодательству страны постоянного проживания ребенка.  2. По делам о взыскании алиментов с совершеннолетних детей- зак-во страны лица претендующего на алименты.  Опека и попечительство: Установление или отмена опеки и попечительства производится по законодательству страны гражданином которой является лицо, в отношении которого устанавливается или отменяется опека или попечительство. Усыновление или его отмена определяется по законодательству Страны, гражданином которой является усыновитель в момент подачи заявления об усыновлении или его отмене. Если ребенок усыновляется супругами, имеющими разное гражданство, усыновление или его отмена по зак-ву обеих Сторон.   Аналогичным образом решается вопрос и в других договорах о правовой помощи за исключением след-х моментов: 1)в договоре заключенном м/у: РФ и Кишинев(7.10.02г.): правоотношение  родителей и детей: Права и обязанности родителей и детей, обязательства родителей по содержанию детей, определяются закон-м Страны, на территории которой они имеют совместное м.ж.. Алиментные обязательства совершеннолетних детей в пользу родителей, а также алиментные обязательства других членов семьи - законодательством страны на территории которой имели совместное м.ж.  2) РФ и Киргизстан(14.09.92г.): 1. Правоотношения между родителями и детьми определяются законодательством той Страны, на территории которой они имеют совместное местожительство. Отношения между внебрачным ребенком и его родителями определяются законодательством Страны ребенка. Билет № 3 Коллизия права и общий метод международного частного права. Коллизия (от лат. collisio - столкновение) в общем виде означает расхождение содержания (столкновение) разных норм права, относящихся к одному вопросу. В этом плане различают коллизию норм права, содержащихся в разновременно изданных законах; коллизию правовых норм, порождаемую иерархией законодательных актов (законы, подзаконные акты); коллизию, порождаемую федеративным устройством государства (например, федеральные законы и законы субъектов РФ). Все это примеры коллизий, возникающих между нормами внутреннего права одного государства. Коллизия права обусловлена двумя причинами. Первая и главная причина кроется в сущностном качестве самого предмета МЧП. Являющиеся его предметом частноправовые отношения лежат в сфере действия частного права, имеющего национальный характер. Наличие в таком отношении иностранного элемента связывает его с частным правом не одного государства, а нескольких. Вторая причина сугубо юридическая - частное право разных государств отличается, подчас существенно, по своему содержанию: одни и те же вопросы по-разному решаются в праве разных государств. В результате возникает коллизия права, заключающаяся в том, что одни и те же фактические обстоятельства могут быть различно оценены юридически, и в итоге в соответствии с правом разных государств может быть дан разный ответ на один и тот же вопрос  коллизия права - обусловленная спецификой частноправового отношения, осложненного иностранным элементом, объективная возможность применения частного права двух или более государств к данному отношению, что может привести к разным результатам, к различному решению возникающих вопросов. Для того чтобы ответить на спорный вопрос по существу, необходимо прежде всего разрешить или преодолеть коллизию права. Преодоление коллизии права есть основная задача, основное назначение (основная функция) МЧП. Для решения этой задачи в МЧП исторически сложился особый юридический механизм. С этим связано понимание единого метода правового регулирования, присущего МЧП. Метод - это комплекс взаимосвязанных приемов, средств, через которые право воздействует на ту или иную область общественных отношений, на поведение их участников, устанавливая их права и обязанности. Специфика метода обусловлена уникальностью объекта регулирования. С одной стороны, поскольку речь идет о частноправовых отношениях, МЧП основано на первичном, исходном методе частного права в целом. Это метод диспозитивного регулирования, или метод координации (равноправием сторон регулируемых отношений). С другой стороны, наличие иностранного элемента в частноправовом отношении и его связь с правом разных государств порождает особую проблему - коллизию между нормами частного права разных государств, решение которой является необходимым, условием регулирования данного отношения. Метод МЧП объединяет способы регулирования, т. е. пути юридического воздействия, выраженные в юридических нормах (коллизионно-правовой и материально-правовой). Основы правового положения иностранного юридического лица. Важным фактором для уточнения гражданско-правового статуса иностранных ЮЛ в МЧП является то обстоятельство, что на них воздействует по крайней мере 2 регулирующие системы – система национального права государства, считающего его «своим», и государства, на территории которого оно действует или предполагает действовать (территориальный закон). Кроме того, определив принадлежность конкретного юридического лица к тому или иному государству, необходимо рассмотреть материальное содержание правовых норм, которые регулируют правовой статус: прав-, дееспособность, ее объем, возникновение и условия ее прекращения и т.п. Категория «национальность» применительно к ЮЛ является условной, неточной, поскольку она не может иметь исходного содержания – т.е. особой правовой связи лица с государством, выражаемой в институте гражданства. Национальный режим, режим наибольшего благоприятствования. Категория «личный статут». Легально в собственном качестве категория личного статута ЮЛ закреплена в особой статье модельного гражданского кодекса, разработанного в рамках СНГ, - «Закон ЮЛ», а также в разд. 6 «МЧП» ГК РФ. В частности, ст. 1202 ГК РФ впервые в отечественной практике МЧП ввела рассматриваемое понятие «личный закон ЮЛ» в нормативный оборот, указав, что «личным законом ЮЛ считается право страны, где учреждено ЮЛ». Современные тенденции развития международного деликтного права. Современное международное частное право претерпевает в настоящее время серьезные изменения. Развитие международного автомобильного, железнодорожного и воздушного сообщения, средств массовой информации, рост туризма и международного коммерческого оборота породили такие ситуации, которые в той или иной степени связаны с возникновением обязательств из причинения вреда и коллизией правопорядков. МЕЖДУНАРОДНЫЕ СОГЛАШЕНИЯ В ОБЛАСТИ ДЕЛИКТНЫХ ОТНОШЕНИЙ В области деликтных отношений принято достаточно много международных конвенций, основная масса которых посвящена регулированию деликтных отношений при осуществлении международных перевозок, что обусловлено повышенным риском, связанным с авариями. К подобного рода Конвенциям относятся Конвенция об ущербе, причиненном иностранными воздушными судами третьим лицам на поверхности 1952 г., Брюссельская конвенция об ответственности операторов ядерных судов 1962 г., Венская конвенция о гражданской ответственности за ядерный ущерб 1963 г., Венская конвенция за ущерб от загрязнения нефтью 1969 г., Гаагская конвенция о праве, применимом к автотранспортным происшествиям 1971 г., Конвенция о гражданской ответственности за ущерб, причиненный при перевозке опасных грузов автомобильным, железнодорожным и внутренним водным транспортом 1990 г. и др. В ряде международных конвенций, не посвященных специально регулированию деликтных отношений, в то же время содержатся отдельные нормы, регулирующие отношения в области деликтных обязательств. Примером может служить Соглашение стран СНГ “О порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности” 1992 г. Во многих международных конвенциях в отношении деликтных обязательств закрепляется классический коллизионный принцип – закон места причинения вреда, который в ряде случаев дополняется и иными принципами. В соответствии с Конвенцией стран СНГ 1993г., обязательства по возмещению вреда определяются по праву государства, на территории которого имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда. При этом конвенционное регулирование иностранных деликтов предусматривает более гибкую систему коллизионных норм, включая, наряду с основным, дополнительный принцип – закон общего гражданства – в случае, если причинитель вреда и потерпевший являются гражданами одного государства – участника Конвенции. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛИКТОВ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В настоящее время российское право разграничивает деликтные отношения и некоторые иные действия внедоговорного характера такие как обязательства, возникающие вследствие недобросовестной конкуренции и неосновательного обогащения. В третьей части ГК РФ выше указанным отношениям посвящено несколько статей: ст. 1219 – 1221, регулирующие обязательства из причинения вреда, включая ответственность за вред, причиненный товаром, работой или услугой, а также ст. 1222 и 1223, устанавливающие коллизионно-правовое регулирование обязательств, вследствие недобросовестной конкуренции и неосновательного обогащения. Для регламентации обязательств при причинении вреда российским законодателем устанавливается традиционный принцип подчинения деликтного статуса праву страны, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда (ст. 1219 ГК РФ). Но в том случае, если в результате такого действия или иного обстоятельства вред наступил в другой стране, то может применяться право этой страны, если причинитель вреда предвидел или должен был предвидеть наступление вреда в этой стране. Хотя подобное требование представляется весьма затруднительным доказать (должно было в соответствующем конкретном случае предвидеть вред или нет), что обусловливает проблематичность использования данной коллизионной привязки. Помимо этого данная статья в п.2 закрепляет, что в том случае, если обязательства возникли вследствие причинения вреда за границей и стороны деликтного правоотношения (делинквент и потерпевший) являются гражданами или юридическими лицами одной и той же страны, либо имеют место жительства в одной стране, то применяется право этой страны. Существенное значение при применении указанной коллизионной нормы имеет понятие “совершение действия или наступление события за границей”. Это означает, что если деликт произошел на территории России несмотря на наличие условия об общем гражданстве или месте жительства делинквента и потерпевшего будет применяться российское право. Данное обстоятельство позволяет установить, что в законодательстве России по-прежнему преобладает территориальный подход, что в целом не является оправданным. В противовес п. 2 указанной статьи п. 3 допускает возможность выбора применимого права самими сторонами деликтного правоотношения, хотя и в ограниченных пределах, а именно только после совершения действия или наступления иного обстоятельства, повлекших причинения вреда и альтернативой в виде права страны суда. Ст. 1220 определяет сферу действия права, подлежащего применению к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда. Данная статья устанавливает какие отношения охватываются правопорядком, выбранным с помощью коллизионной нормы. Положения ст. 1221 определяют право, подлежащее применению к ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товара, работы или услуги предусматривая несколько вариантов по выбору потерпевшим: 1) право страны, в которой имеет место жительства или основное место деятельности продавец или изготовитель товара либо иной причинитель вреда; 2) право страны, в которой имеет место жительства или основное место деятельности потерпевший; 3) право страны, где была выполнена работа, оказана услуга, или право страны, где был приобретен товар. Единственным условием предусмотренным данной статьей является возможность причинителю вреда доказать, что товар поступил в соответствующую страну без его согласия. Эта же статья в п. 3 устанавливает, что правила данной статьи применяются и в отношении требований о возмещении вреда, причиненного вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре, работе или об услуге. В ст. 1222 содержится регулирование отношений, связанных с недобросовестной конкуренцией, которая подчиняет деликтный статут праву страны, рынок которой затронут такой конкуренцией, если иное не вытекает из закона или существа обязательств. К обязательствам, возникающим вследствие неосновательного обогащения, применяется право страны, где обогащение имело место, а также стороны могут договориться о применении к данным обязательствам права страны суда (ст. 1223 ГК РФ). Билет № 4 Способы регулирования в международном частном праве и правовые формы их осуществления. Международному частному праву свойственны свои специфические приемы и средства регулирования прав и обязанностей участников гражданских правоотношений международного характера. Выделяются два метода: коллизионный и материально-правовой. Коллизионный метод действует посредством применения коллизионной нормы, которая определяет право какого государства будет регулировать соответствующее отношение. Таким образом, коллизионный метод регулирования действует посредством обращения к коллизионной норме, которая, в совокупности с определенной материальный нормой, составляет коллизионный механизм регулирования. Материальный метод регулирования существует в двух формах. Первая - международно-правовая. Она имеет место при наличии материальной (неколлизионной) нормы, унифицированной международным договором, которая регулирует отношения непосредственно. Второе проявление материально-правового метода заключается в действии национальных материальных норм, специально ориентированных на регулирование отношений, входящих в предмет международного частного права. От лат. слова collisio - столкновение. Когда говорят о коллизии законов, то имеют в виду необходимость выбора между ними для решения спора или возникшего вопроса в области МЧП.. МЧП возникло первоначально исключительно как коллизионное право, и до сих пор в ряде государств оно рассматривается в качестве такового. Недостатки коллизионного метода состоят в следующем: 1)применение коллизионной нормы, отсылающей к праву иностранного государства, усложняет деятельность суда или иного органа государства, который обязан в силу международного договора или внутреннего закона на основании коллизионной нормы применять иностранное право, а установить его содержание не так просто. 2) применение этого метода не способствует обеспечению единообразия при решении конфликтных ситуаций, поскольку в различных государствах коллизионные нормы в отношении одного и того же предмета могут и не совпадать. Следовательно, конечный результат будет зависеть от того, в суде какого государства рассматривается спор. 3) при коллизионном методе применяются, как правило, нормы общего характера, призванные регулировать все частноправовые отношения, не рассчитанные на отношения с иностранным элементом. Объединение в составе МЧП коллизионных и материально-правовых норм основывается на необходимости двумя различными методами регулировать однородные по своему характеру отношения. Материально-правовая норма не отсылает, а непосредственно регулирует правоотношения. Преимущества применения материально-правового метода состоят в следующем: 1) его использование создает гораздо большую определенность для участников соответствующих отношений, поскольку и им, и тем органам, которые будут их применять (например, в случае возникновения споров), материально-правовые нормы всегда известны заранее; 2) при применении этого метода создается единообразное регулирование, устраняется односторонний подход, присущий коллизионному методу, когда в целом ряде случаев коллизионная норма устанавливается каким-либо одним государством. К недостаткам этого метода следует отнести то, что нормы международных соглашений могут по-разному пониматься и применяться в различных странах, а также то, что в большинстве случаев они носят диспозитивный характер (т.е. они не являются обязательными, а могут применяться по усмотрению сторон). В законодательстве сохраняются национальные нормы прямого действия по отдельным вопросам (например, в отношении аккредитации представительств иностранных фирм). В российском законодательстве установлен примат унифицированного материально-правового метода над коллизионным (п. 3 ст. 1186 и п. 6 ст. 1211 ГКРФ). Коллизионный метод играет субсидиарную роль он применяется при отсутствии прямых материально-правовых предписаний. Личный статут и национальность юридического лица: понятие и их соотношение. Категория «национальность» юр. лица явл. условной, неточной, т.е. она не имеет исходного содержания – т.е. особой правовой связи лица с государством, выражаемый в институту гражданства (у физ. лиц), но используемой для удобства, краткости, в обиходе. «Личный статут» - точное юрид. понятии применительно к иностр. юр. лицам. В разных странах используются разные признака для определения национальности юр.лица, соответственно доктриной было выработано ряд теорий.   Теория инкорпорации. В современном МЧП основными критериями выступают категории инкорпорации (регистрация) и местонахождения юр. лица. Принято считать, что данный признак характерен для англосаксонских стран, но также Россия, Бразилия, Венесуэла, Китай, Чехия и др. Содержание: компания принадлежит правопорядку страны, в которой она учреждена в соответствии с ее законодательством, т.е. компания, образованная по английскому закону и существующая на основании его предписаний, будет признаваться английской компанией в тех гос-дар, где придерживаются этого же критерия. Теория оседлости. Личным статутом юр. лица явл. закон той страны, где находится его центр управления (совет директоров, правления и др.). Страны: Австрия, Франция, Испания, Бельгия и др. Теория центра эксплуатации. Юр.лицо в качестве личного закон имеет статут той страны, где оно ведет производственную деятельность. Этот критерий свойствен для развивающихся стран с тем, чтобы объявлять всех «своими» кто ведет свои деловые операции на данного гос-дар для привлечения капитала. Теория контроля.   Начало использование данной теории связана с 1-ой и 2-ой мировой войной. Во время войн проблема иностр. юр. лиц приобретает друге очертания. Воющие государства закономерно заинтересованы прекратить любые эконом. контакты с врагами. В циркуляре французского министерства юстиции 1916 г. указывалась, что вражеским надо признать юр. лицо, если его управление или его капитал в целом или большей частью находится в руках неприятельских граждан, ибо в этом случае за фикцией гражданского права скрываются действующие физ. лица. Статья 1202 ГК РФ. Личный закон юридического лица 1. Личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо. 2. На основе личного закона юридического лица определяются, в частности: 1) статус организации в качестве юридического лица; 2) организационно-правовая форма юридического лица; 3) требования к наименованию юридического лица; 4) вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопросы правопреемства; 5) содержание правоспособности юридического лица; 6) порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей; 7) внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками; 8) способность юридического лица отвечать по своим обязательствам. 3. Юридическое лицо не может ссылаться на ограничение полномочий его органа или представителя на совершение сделки, неизвестное праву страны, в которой орган или представитель юридического лица совершил сделку, за исключением случаев, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанном ограничении. Категория личного статута чрезвычайно важна, т.к. она отвечает на вопрос: является ли данное лицо юридическим, т.е. является ли самостоятельным субъектом права. Личный закон указывает объем правоспособности, правила реорганизации, ликвидации, формы и порядок выступления лица в хозяйственном обороте. Напр.при ликвидации юр.лица, действующего за границей и имеющего имущество на территории иностранного государства, будет действовать личный закон юр.лица, а не закон места нахождения вещи. При выдачи гарантии или поручительства содержание прав и обязанностей стороны также подчиняется ее личному закону. Внедоговорные обязательства в международном частном праве: виды, особенности регулирования. Внедоговорные обязательства - это обязательства, возникающие НЕ на основе соглашения сторон, а в связи с наступлением фактов, предусмотренных в законе, а именно: причинения вреда одним субъектом другому; приобретения или сбережения имущества за счет средств другого лица без достаточных оснований (неосновательное обогащение); совершения некоторых действий в чужом интересе без поручения. Особенностью внедоговорных обязательств является присущая всем им восстановительная функция. Собственно, законодатель ввел эти нормы для того, чтобы устранить несправедливость и компенсировать лицу его потери. Обязательства вследствие причинения вреда - это такие гражданско-правовые обязательства, в силу которых потерпевший (кредитор) имеет право требования от причинителя (должника) полного возмещения противоправно причиненного вреда, что направлено на ликвидацию последствий правонарушения, на восстановление имущественного состояния потерпевшего. К обязательствам, возникающим из внедоговорных отношений, относят обязательства, возникающие из причинения вреда - обычно называют деликтными обязательствами, поскольку они возникают не из договора, а из неправомерных действий (деликтов). Содержание деликтного обязательства - обязательства по приведению лица-потерпевшего от неправомерных действий по нарушению его абсолютных прав, за счет и силами нарушителя; имеет правовую форму  возмещения убытков, возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью,  компенсации морального вреда. Нарушение правил безопасности при применении современных транспортных средств, при массовом перемещении людей из одной страны в другую приводит к значительному увеличению аварий и катастроф различного рода и масштаба, что, в свою очередь, влечет за собой возникновение деликтных отношений с так называемым иностранным элементом. Вред может быть причинен иностранному гражданину на территории России, например, в результате дорожно-транспортного происшествия по вине российского или иностранного водителя, в результате столкновения в открытом море морских судов, зарегистрированных в различных государствах. Во многих странах коллизии законов в области обязательств вследствие причинения вреда решаются, исходя из одного из старейших начал международного частного права - закона места совершения правонарушения (lex loci delicti commissi). Выбор права места деликта в качестве ведущей коллизионной нормы закреплен в законодательстве Австрии, Венгрии, Германии, Греции, Италии, Польши, Скандинавских стран, а также в международных договорах, например в Кодексе Бустаманте 1928 года. Проявлением современных подходов стало комбинированное применение закона места совершения правонарушения и иных коллизионных правил, отсылающих к законам гражданства, места жительства сторон, места регистрации транспортного средства. Английская доктрина - принцип «двойной подсудности», Австрия, Югославия, Швейцария - и место причинения, и личный закон  участников отношения. Закон гражданства участвующих лиц - Италия, Греция, Бельгия, Германия, Россия, Алжир. Или закон Домициля (постоянного места жительства), закон места возникновения вреда - Венгрия. Если же на ТС произошел деликт - то право флага. (Венгрия), В Испании - жестко - только место причинения вреда. В Нидерландах - закон места причинения вреда, но стороны могут выбирать сами применимый правопорядок. В Швейцарии - право выбора сторонами правопорядка. По германскому праву к искам в этой области подлежит применению право страны, в которой было совершено противоправное действие лицом, обязанным возместить вред. Таким образом, при решении коллизионного вопроса применительно к деликтным обязательствам осуществляется выбор между двумя основными вариантами: применением права страны совершения вредоносного действия, применением права страны потерпевшего, т.е. лица, которому был причинен вред. Традиционно применяется закон места причинения вреда, однако применение этого принципа по законодательству ряда стран корректируется возможностью применения права страны потерпевшего, если оно предоставляет лучшие возможности возмещения вреда. Таким образом, третья часть ГК РФ исходит прежде всего из принципа применения закона места деликта (lex loci delicti). Тем самым в ГК РФ закреплен тот же основной принцип, из которого исходило и предшествующее законодательство. Вторая коллизионная норма предусматривает: "К обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда за границей, если стороны являются гражданами или юридическими лицами одной и той же страны, применяется право этой страны. В случае если стороны такого обязательства не являются гражданами одной и той же страны, но имеют место жительства в одной и той же стране, применяется право этой страны" (п. 2 ст. 1219). Билет № 5 Нормативный состав международного частного права. Нормативная структура МЧП отличается повышенной сложностью. Эту отрасль права составляют совершенно различные по своему характеру, природе и структуре нормы. Их можно проклассифицировать следующим образом: коллизионные (от лат. collisio - столкновение, конфликт) и материально-правовые нормы. Центральная часть - это коллизионные (отсылочные) нормы. Они уникальны по своей природе и встречаются только в МЧП. Унифицированные коллизионные нормы имеют исключительно договорное происхождение (обычных международных коллизионных норм не существует). В нормативной структуре МЧП коллизионные нормы играют основополагающую роль. В настоящее время практически общепризнано, что нормативная структура МЧП не исчерпывается только коллизионными нормами. В состав МЧП входят и материально правовые нормы. Их источники — международные договоры и обычаи, международное коммерческое право. Унифицированные материально-правовые нормы могут непосредственно применяться для регулирования частноправовых отношений с иностранным элементом. Материально-правовые нормы национального права не являются частью нормативной структуры МЧП. Поскольку 1) применяются не непосредственно, а через коллизионные нормы. 2) наличие таких норм не снимает коллизионную проблему, значит они не являются выражением метода МЧП и не входят в нормативный состав МЧП. Место норм международного гражданского процесса. Нет оснований для включения их в состав МЧП. 1) они не являются выражением общего метода МЧП – преодоление коллизионной проблемы, т.к. здесь таковая вообще не возникает. 2) у них иной предмет регулирования. Сфера применения личного статута юридического лица. Категория личного статута чрезвычайно важна для юридического лица, поскольку, как было отмечено, именно он отвечает на главный вопрос — является ли данное лицо юридическим, т.е. обладает ли волей, относительно независимой от воли лиц, объединяющихся в нем, иными словами, самостоятельным субъектом права. Торговое товарищество (societe en nom collectif, partnership, offene handelsgesellschaft), созданное во Франции, будет правосубъектным образованием с точки зрения ее законодательства, а также в Испании, Португалии, но неправосубъектным — в Англии, США, на Британских Виргинских и Нормандских островах, в Сингапуре, Германии, Швейцарии и т.д., хотя в последних из указанных стран за товариществами и признаются некоторые важные права, свойственные юридическим лицам. Таким образом, каждое иностранное юридическое лицо, будучи созданным конкретным правопорядком, имеет последний в качестве личного закона. Этот правопорядок определяет все жизненно важные стороны действительности данного явления — возникновение, функционирование, продолжение существования или прекращение, а также возможные способы и формы преобразования. Тем же правопорядком регулируется и объем правоспособности юридического лица, устанавливаются ее пределы. Личный закон юридического лица, кроме того, указывает формы и порядок выступления юридического лица во внутреннем и внешнем хозяйственном обороте. Содержание личного статута дает ответы на вопрос о том, вправе или не вправе рассматриваемое юридическое лицо в своей деятельности выходить за рамки отечественной юрисдикции и каковы условия, форма и специальные требования, предъявляемые к такому выходу. Следовательно, решение проблем личного статуса, личных прав в отношениях данного юридического лица с третьими лицами находится всецело в сфере действия личного статута. При ликвидации юридического лица, действующего за границей и имеющего на территории иностранного государства имущество, в том числе и недвижимое, личный закон, а не закон места нахождения вещи, как это обычно бывает в МЧП, будет решать судьбу последнего. В отдельных случаях обязательственных отношений, т.е. тогда, когда личность стороны в определенного рода обязательствах приобретает особое значение (например, при выдаче гарантии или поручительства, имеющих акцессорный характер), содержание прав и обязанностей сторон в таком отношении будет также подчиняться личному закону юридического лица, являющегося подобной стороной, а не закону, избранному сторонами для регулирования взаимоотношений в рамках основного обязательства, или закону, применимому к существу отношения в силу коллизионной нормы. Коллизионно-правовое регулирование  обязательств по возмещению вреда в Российской Федерации. В соответствии со статьёй 1219 ГК к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, применяется право страны, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для требования о возмещении вреда. В случае, когда в результате такого действия или иного обстоятельства вред наступил в другой стране, может быть применено право этой страны, если причинитель вреда предвидел или должен был предвидеть наступление вреда в этой стране.    При этом следует отметить, что развитие современных технологий, международного транспортного сообщения, средств массовой информации и коммуникации, в особенности Интернета, приводит к частому возникновению ситуаций, когда место совершения действия не совпадает с местом наступления вредоносного результата, причиненного этим действием (так называемая проблема двойственности locus delicti). Это обстоятельство, а также стремление максимально защитить потерпевшего вызвало необходимость появления новеллы российского законодательства в п. 1 комментируемой статьи, а именно возможности применения права страны, на территории которой наступил вред, причиненный тем или иным действием, если причинитель вреда предвидел или должен был предвидеть наступление вреда в этой стране. Аналогичная данной норма содержится в Швейцарском законе о международном частном праве. Важное нововведение в сфере коллизионного регулирования деликтных обязательств, осложненных иностранным элементом, в истории отечественного правового регулирования представляет собой норма п. 3 комментируемой статьи, предусматривающая ограниченную автономию воли сторон деликтного обязательства при выборе права, применимого к правоотношению сторон, - статута деликтного обязательства. Следует отметить, что в той или иной степени автономию воли сторон при выборе статута деликтного обязательства предусматривает законодательство и (или) правоприменительная практика многих государств. В частности, соответствующие нормы содержатся в Вводном законе к Германскому гражданскому уложению, Швейцарском законе о международном частном праве, Австрийском законе о международном частном праве 1979 г., в проекте Регламента ЕС о праве, применимом к внедоговорным обязательствам. В соответствии с общей нормой ст. 308 ГК обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве стороны (третьих лиц). Представляется, что этот принцип путем расширительного толкования должен применяться и к возможности выбора права сторонами при выборе статута деликтного обязательства; подобный выбор права не должен ущемлять интересов третьих лиц, например страховщиков гражданской ответственности и т.д. Билет № 6 Место международного частного права в юридической системе. Термин «Международное частное право». Данный вопрос настолько тесно связан с понятием и природой МЧП, что порождает неослабевающие дискуссии. Можно выделить три основных подхода: 1) МЧП относится к международному праву в широком смысле; 2) МЧП входит в систему внутреннего права государства; 3) МЧП - это «полисистемный комплекс», который частично относится к МПП и частично - к внутригосударственному праву. МЧП, бесспорно, связано как с МПП, так и с национальным правом государств, прежде всего с отраслями частного права. Несмотря на тесную связь с МПП, МЧП входит в систему внутреннего (национального) права государства. Это жестко предопределяется предметом правового регулирования - частноправовыми отношениями. Оно регулирует отношения между такими субъектами (физические и юридические лица), которые находятся под верховенством государства и, следовательно, под действием его внутреннего права. Механизм международно-правового регулирования не приспособлен для регулирования отношений между физическими и юридическими лицами. В системе внутреннего права МЧП не является частью гражданского права (семейного, трудового). Оно занимает самостоятельное место в этой системе - является самостоятельной отраслью со своими специфическими предметом и методом регулирования. Вопреки названию МЧП имеет национально-правовую природу. В отличие от МПП, единого для всех государств, МЧП существует в рамках  внутреннего  (национального) права каждого государства: «российское -международное частное право», «украинское международное частное право», «английское международное частное право» и т. д. Исходя из вышеизложенного можно дать определение российскому МЧП - это самостоятельная отрасль российского права, представляющая собой систему коллизионных (внутренних и договорных) и унифицированных материальных частноправовых норм, регулирующих частноправовые отношения (гражданские, семейно-брачные,  трудовые и иные), осложненные иностранным элементом, посредством преодоления коллизии частного права разных государств. Допуск иностранного юридического лица к хозяйственной деятельности. Представительства и филиалы. Правила допуска в разных странах не совпадают между собой. Приведем несколько примеров. Франция. Иностранная компания, даже учредившая представительство (бюро) в этой стране в целях рекламы, сбора информации, налаживания, поддерживания и развития контактов и т.д. с фр. компаниями, не имеет право на совершение каких- либо юр. актов на ее территории (заключение контрактов, купля- продажа, аренда или предоставления услуг). осуществление собственно хоз. деятельности для иностр. лиц возможно по средством создания по крайней мере либо агентства, либо своего филиала во Франции. Создание же филиала иностр. юр. лица может потребовать особого разрешения на «иностр. инвест. деятельность во Франции», депонирование устава, внесение в торговый реестр и реестр компаний, публикаций  газете и др. ФРГ.   Здесь чтобы иностр. лицо могло быть признано правоспособным на его территории, ему необходимо получить отдельное постановление исполнительной власти, если оно принадлежит к особой категории юр. лиц – союзов, требующих спец. регистрации  или разрешения. Указанное не применяется в отношении торговых товариществ – акционерных обществ. Япония.   Иностр. компания, намеревающиеся осуществлять коммерческие сделки в качестве способа продолжительного осуществления предпринимат. деятельности на территории этой страны, обязаны назначить представителя в Японии и создать контору по м/ж его или в др. месте, которое укажет это лицо (Торговый кодекс Японии 1899). Иностр. компания обязана обеспечить регистрацию по месту нахождения своей конторы и дать об этом публичное объявление. Кроме того, в случае подобного рода иностр компания  обязана зарегистрироваться в соответств. с закон-вом, на основании которого она была учреждена, т.е. в «материнской» стране, с указанием имени и м/ж своего представителя в Японии. До обеспечении такой регистрации иностр. компания не имеет права осуществлять Хох. деятельность в Японии и совершать сделки. Суд в праве закрыть конторы иностр. компаний по требовании. министра юстиции, акционера, кредитора или др. лица., в случаях, например, наряду с прочим последняя прекратила платежи или в течение 1 года после регистрации не начала работу, либо прекратила на такой же период.   США. Есть особый институт, действующий в этой стране, который, как представляется, можно приравнять к инструменту допуска иностр. юр. лиц к хоз. деятельности. Речь идет о заполнении формы SS-4 и получение налогового номера корпорации, что, по существу, означает явочный порядок допуска, не требующ. издания спец. админстр. акта. Представительством является обособленное подразделение юридического лица, расположенное вне места его нахождения, которое представляет интересы юридического лица и осуществляет их защиту. Иностранная фирма или организация, заинтересованная в открытии представительства, подает в соответствующий аккредитующий орган письменное заявление, в котором оговаривается цель открытия представительства, дается описание деятельности фирмы, ее планов и перспектив сотрудничества с российскими партнерами. К заявлению прилагаются официальные документы, в числе которых можно назвать: устав иностранного юридического лица, открывающего представительство; выписку из торгового реестра и банковскую справку о платежеспособности иностранной фирмы; положение о представительстве и решение компетентного органа управления иностранного предприятия о его открытии. Разрешение на открытие обычно выдается на срок от одного года до трех лет и может быть продлено по просьбе соответствующего иностранного юридического лица. Представительства не являются юридическими лицами. Они не обладают самостоятельным правовым статусом, отделенным от правового статуса создавшего их юридического лица. Правоспособность филиала и представительства производна от правоспособности юридического лица, ее пределы определяются в соответствии с законом самим юридическим лицом в положении о филиале или представительстве, на основании которого последние и действуют. Коллизионно-правовое регулирование обязательств по возмещению вреда, причиненного товарами, работами, услугами, недобросовестной конкуренцией,  в Российской Федерации. Статья 1221 ГК является новой для российского законодательства. Она содержит специальные коллизионные нормы о выборе права, подлежащего применению к ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товара, работы или услуги. При этом следует отличать нормы, регулирующие ответственность производителя за ущерб, причиненный его продукцией, от норм, которые регулируют ответственность производителя или продавца за введение в оборот некачественной продукции. В последнем случае применяются нормы, регулирующие ответственность в сфере договорных обязательств. Появление комментируемой статьи среди норм части третьей ГК тем более актуально, что Российская Федерация не является участником основной конвенции, содержащей коллизионные нормы, которые регулируют ответственность за вред, причиненный товаром или услугой, - речь идет о Гаагской конвенции о праве, применимом к ответственности изготовителя, 1973 г. Наряду с этим причинение вреда некачественной продукцией или услугой, особенно в настоящее время, часто сопровождается достаточно существенным "пространственным" фактором: изготовление может иметь место в одной или нескольких странах, продажа - в другой, использование или потребление - в третьей. Нормы комментируемой статьи предоставляют потерпевшему право выбора между правом страны, где имеет место жительства или основное место деятельности продавец или изготовитель товара или иной причинитель вреда, правом страны, где имеет место жительства или основное место деятельности потерпевший, и правом страны, где была выполнена работа, оказана услуга, или правом страны, где был приобретен товар. Следует подчеркнуть, что указанные государства фактически могут не совпадать с местом непосредственного причинения вреда пострадавшему, а также местом изготовления товара. Причинителем вреда для целей комментируемой статьи помимо изготовителя первоначального продукта и непосредственного продавца товара может являться поставщик товара, другие лица, включая мастеров по ремонту, хранителей, участвующих в производстве и распределении товара. Представляется, что если причинение вреда имеет существенную связь с деятельностью обособленного подразделения юридического лица - делинквента, то пострадавший имеет право избрать в качестве применимого права право места расположения этого обособленного подразделения. При этом указывается, что выбор потерпевшим права места своего жительства или основного места деятельности, а также права места, где был приобретен товар или оказана услуга, может быть признан лишь в случае, если причинитель вреда не докажет, что товар поступил в соответствующую страну без его согласия. Эта оговорка, с одной стороны, призвана защитить права добросовестного изготовителя и продавца, с другой - возлагает бремя доказывания на причинителя вреда, предоставляя тем самым дополнительную защиту пострадавшему. Принимая во внимание потребность усиления правовой защиты потребителя товаров и услуг, который в большинстве случаев является экономически более слабой стороной, чем изготовитель или распространитель товара, бремя доказывания факта отсутствия согласия делинквента на поступление товара в ту или иную страну лежит на причинителе вреда, в отличие от общей нормы ст. 1219 ГК. Следует отметить, что анализ комментируемой статьи не дает оснований утверждать, что пострадавший для целей применения коллизионных норм комментируемой статьи должен быть потребителем в смысле ст. 1095 ГК, т.е. пострадавший не обязательно должен быть лицом, приобретшим товар (услугу) в потребительских целях. Таким образом, нормы комментируемой статьи будут использоваться также, если товар приобретен, а услуга оказана для целей, связанных с предпринимательской деятельностью потерпевшего. Аналогичное регулирование содержится в ряде зарубежных законодательных актов, как-то: в Швейцарском законе о международном частном праве 1987 г., в Итальянском законе о реформе итальянской системы международного частного права 1995 г., Румынском законе 1992 г. применительно к регулированию отношений международного частного права, в Гражданских кодексах стран СНГ, воспринявших нормы разд. VII "Международное частное право" Модельного ГК для стран СНГ, а также в нормах уже упоминавшейся Гаагской конвенции о праве, применимом к ответственности изготовителя. Комментируемая статья не содержит указания на то, в какое время потерпевшим может быть совершен выбор права. Представляется, что выбор права в соответствии с комментируемой статьей может быть совершен потерпевшим на любой стадии процесса до вынесения решения соответствующим судом. 2. В случае если потерпевший не использует предоставленное ему право выбора, применимое право определяется в соответствии с общими нормами о праве, подлежащем применению к обязательствам вследствие причинения вреда, которые предусмотрены ст. 1219 ГК. 3. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что вышеуказанные требования могут возникать не только в связи с дефектом товара, но и ввиду предоставления о нем неполной или неточной информации, как-то: неправильного описания товара, его свойств и метода использования. В этой связи норма п. 3 комментируемой статьи соответствует регулированию, которое содержится в п. 3 ст. 1096 ГК: правила об ответственности изготовителя (продавца) распространяются на требования о возмещении вреда, причиненного вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре, работе или услуге. Билет № 7 Соотношение и взаимодействие международного права и международного частного права. Соотношение МПП и МЧП выглядит следующим образом: 1) Субъекты МПП - это прежде всего государства.  Международная правосубъектность всех остальных образований (международных организаций; наций, борющихся за независимость; государствоподобных образований; физических и юридических лиц) имеет вторичный характер и производна от правосубъектности государства. Основными субъектами МЧП являются физические и ЮЛ. 2) Объект регулирования МПП - это межгосударственные (властные) отношения. Объект регулирования МЧП - частноправовые (невластные) отношения, осложненные иностранным элементом. 3) Метод регулирования - это метод согласования воль государств; метод централизации и согласованных государственных предписаний. Основные методы МЧП - децентрализация и автономия воли, осуществляемые путем преодоления коллизий. 4) Источники МПП имеют строго международный характер — это международные договоры и обычаи, общие принципы права цивилизованных народов, резолюции и рекомендации международных организаций,  акты международных конференций. Основной источник МПП — международный договор. Основной источник МЧП - национальное законодательство, поскольку МЧП представляет собой отрасль национального права. 5) Сфера действия МПП имеет глобальный характер: существует универсальное (общее) международное право, локальное и региональное международное право. МЧП имеет, прежде всего, национальную сферу действия — в каждом государстве существует свое собственное МЧП. 6) Ответственность в МПП имеет международно-правовой характер и является в первую очередь ответственностью государств. Ответственность в МЧП - это гражданско-правовая ответственность. Правовое положение иностранных юридических лиц в Российской Федерации. Иностранные лица – все лица, которые, во-первых, организованы в соответствии с законами иного, нежели РФ, государства, и, во-вторых, имеющие свое местонахождение вне ее территории (доктринальное определение). В вопросе правового положения иностранных ЮЛ на территории РФ отечественный правопорядок исходит из закрепленного в действующем праве в РФ, прежде всего в ГК и Законе «Об иностранных инвестициях в РФ» 1999 г., для юридических лиц – иностранных инвесторов – принципа национальной режима: «правовой режим деятельности иностранных инвесторов и использования полученной от инвестиций прибыли не может быть менее благоприятным, чем правовой режим деятельности и использования полученной от инвестиций прибыли, предоставленный российским инвесторам, за изъятиями, устанавливаемыми ФЗ-ми». Ст. 2 ГК «Правила, установленные гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено ФЗ-ом». В общеправовом плане все иностранные ЮЛ могут вести на территории РФ хоз деятельность, создавать с участием российских ЮЛ или ФЛ либо ЮЛ и ФЛ третьих государств или без таковых новые образования, открывать и закрывать представительства или учреждать филиалы и т.п. Хотя действующие гражданско-правовые нормы РФ (ст. 1209 ГК) и требуют, чтобы, в частности, форма внешнеэкономических сделок, заключенных на территории РФ, подчинялась российскому праву, в то жк время это не должно означать, что при этом нельзя стремиться к соблюдению и императивных предписаний, установленных иностранным законом Что касается операций внешнеэкономического характера как основного вида деятельности в случаях с иностранными ЮЛ, то здесь главное – отсутствие каких-либо формальных разрешений для их осуществления. НО: существует противоречие между формальным и юридическим моментами. Хотя специального разрешения не надо, зато без получения карточки ВЭД (кода участника внешнеэкономической деятельности) ни 1 субъект права на территории РФ не может реально осуществить в рамках центрального звена такой деятельности – обеспечения таможенной очистки товаров, совершения формальностей при вывозе грузов. Особенности интеллектуальных прав в международном частном праве. Термин «интеллектуальная собственность» пришел из французского права, но всемирную известность получил благодаря принятию в 1967 г. Стокгольмской конвенции об учреждении Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС). Ст. 2 «интеллектуальная собственность» включает права, относящиеся к: литературным, художественным и научным произведениям, исполнительской деятельности артистов, звукозаписи, радио - и телевизионным передачам, изобретениям во всех областях человеческой деятельности, научным открытиям, промышленным образцам, товарным знакам, знакам обслуживания, фирменным наименованиям и коммерческим обозначениям, защите против недобросовестной конкуренции, а также все другие права, относящиеся к интеллектуальной деятельности в производственной, научной, литературной и художественной областях. Более подробный перечень объектов интеллектуальной собственности закреплен в Соглашении об относящихся к торговле аспектах прав интеллектуальной собственности 1994 г. Здесь дополнительно названы: компьютерные программы и базы данных, смежные права (права, производителей фонограмм, организаций вещания), географические названия в наименованиях мест происхождения товаров, топологии интегральной микросхем, нераскрытая информация. Права на интеллектуальную собственность подразделяются на 2 блока: 1) авторские права (права на литературные, художественные, научные произведения) и смежные права (права исполнителей, производителей фонограмм, организаций вещания. 2) права на промышленную собственность (права на изобретения, промышленные образцы, товарные знаки и др., т.е. на результаты интеллектуальной деятельности, связанной с материальным производством, торговлей товарами и услугами). Особенности правового регулирования всей совокупности интеллектуальной собственности в МЧП: 1) их территориальный характер. Получение прав на такие объекты в одном государстве не влечет их признания в другом. Этим они отличаются от вещных прав, которые сохраняются вне зависимости от пересечения объектом прав государственных границ. Преодолеть территориальный характер прав на интеллектуальную собственность можно с помощью заключения межгосударственных соглашений о взаимном признании и охране территориальной собственности  2) значительная роль международных договоров в правовой регламентации трансграничной интеллектуальной собственности. 3) Если права на объекты интеллектуальной собственности, возникшие за рубежом, не признаются, то не возникает и коллизия права. Другое дело, если между государствами заключается о взаимном признании и охране таких прав. Как неизбежное следствие такого соглашения встает коллизионный вопрос, по праву какого государства следует рассматривать объем охраняемых прав, сроки и условия охраны и т.п. Поэтому международные договоры наряду с материально-правовыми положениями об охране интеллектуальной собственности предусматривают и коллизионные нормы. Билет № 8 Международные организации по вопросам международного частного права. Достижения в унификации норм МЧП связаны с деятельностью ряда международных органов и организаций. Наиболее значительные результаты в этой области стали возможны благодаря усилиям 1) Гаагской конференции по международному частному праву, 2) Международного института по унификации частного права (УНИДРУА), 3) Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ). 1) В 1893 году, в Нидерландах  -первая сессия Гаагской конференции по МЧП. Собиралась 5 раз, в 1894, 1900, 1904 и 1925, затем после войны в 1951 году, где был принят статут конференции. В соответствии со статутом задачей конференции является унификация норм МЧП. Предметы конвенций: 1) международная купля-продажа товаров, 2) международный гражданский процесс, 3) семейные отношения, 4) наследование. Только за 1951—1996 гг. на сессиях Гаагской конференции были приняты 32 конвенции. Российская Федерация участвует в Конвенции по вопросам гражданского процесса 1954 г. и Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов, 1961 г. 2) Международный институт по унификации частного права (УНИДРУА) основан в 1926 г. как вспомогательный орган Лиги Наций; с прекращением деятельности Лиги Наций функционирует в качестве межправительственной организации (Рим). Документы: Конвенция о единообразном законе о заключении договоров международной купли-продажи товаров (г. Гаага, 1964 г.), Конвенция о единообразном законе о международной купле-продаже товаров Гаага, 1964, Конвенция УНИДРУА о международном финансовом лизинге (г. Оттава, 1988 г. Институтом разработаны Принципы международных коммерческих договоров. Не являясь обязательным документом, Принципы применяются в случае, если стороны согласились, что их договор будет регулироваться Принципами. 3) Комиссия ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ)- 1966 г. Документы: Конвенция об исковой давности в международной купле-продаже товаров (г. Нью-Йорк, 1974 г); о договорах международной купли-продажи товаров (г. Вена, 1980 г.); о международных переводных векселях и международных простых векселях (г. Нью-Йорк, 1988 г.); Комиссией разработаны Типовой закон ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже 1985 г., на основе которого во многих странах было принято соответствующее законодательство (из положений Типового закона исходит и Закон Российской Федерации "О международном коммерческом арбитраже"); по электронной торговле (1996 г.). Большую работу по унификации норм международного частного права выполняют Конференция ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), Международная морская организация (ИМО), Международная организация гражданской авиации (ИКАО), Всемирная организация интеллектуальной собственности (ВОИС). Международная торговая палата (МТП). неправительственная организация объединяет национальные палаты, в том числе. Торгово-промышленная палата РФ. МТП подготовила Правила толкования международных торговых терминов—International commercial Terms—ИНКОТЕРМС (последняя редакция 2000 г.). Государство как субъект международного частного права В системе межд. отношений центральное место занимает государство. Суверенитет как постоянно присущее ему качество делает гос-дар не только основным, но и принципиально отличным субъектом как межд., так и внутреннего права. Помимо публич.-прав. отношений гос-дар может быть и субъектом частноправовых отношений, которые характеризуются независимостью и равноправием субъектов, свободой их воли и неприкосновенностью частной собственности. Государство может быть субъектом гражданско-правовых отношений; государство не пользуется никакими преимуществами и имеет те же права и обязанности, что и другие субъекты гражданско-правовых отношений; к государству по аналогии применяются нормы, определяющие участие юр. лиц в этих отношениях. Наряду с традиционными формами участия, сохраняющими свое значение, появляются новые формы, Например, использование для развития важных отраслей внутр.экономики концессионные соглашения. При этом государство заключая сделки на территории иностр. государства, пользуется особым правовым режимом, согласно которому государство, его собственность, сделки с его участием не подчиняются власти этого иностр. государства, т. е. его юрисдикции. Следовательно, особенность правового режима государства как участника межд. частноправовой деятельности заключается в его иммунитете от иностр.й юрисдикции. Юрисдикция вытекает из суверенитета государства и означает его законодательную, судебную, административную власть; объем власти и сферу действия власти Юрисдикция осуществляется государством в основном в пределах своей территории: согласно своему суверенитету государство подчиняет своей власти всех, кто находится, и все, что находится на его территории. Юрисдикция бывает полной и ограниченной. Полная – гос-дар. обладает властью предписывать определенное поведение (например, нормами права, административными распоряжениями и пр.) всем находящимся на его территории и обеспечивать любыми средствами реализацию своих предписаний. Ограниченная – гос-дар. обладает властью предписывать определенное поведение, но оно ограничено по различным причинам в использовании средств для обеспечения реализации своих предписаний. Т.о. определение иммунитет государства, в зависимости от того, с позиции какого государства его рассматривать, либо с позиции государства, осуществляющего деятельность на территории иностр. гос-дар., либо с позиции принимающего гос-дар. 1) Иммунитет — это право государства на освобождение от юрисдикции другого государства, т. е. право на неприменение к нему принудительных мер со стороны судебных, административных и иных органов другого государства. 2) Иммунитет —это частичный отказ государства от осуществления своей юрисдикции, при сохранении ограниченной, в отношении действий и имущества иностранного государства, т. с. отказ от применения принудительных мер своими судебными, административными и другими государственными органами в отношении иностранного государства. Международно-правовая охрана авторских прав. Основные источники: Бернская конвенция об охране литературных и художественных произведений 1886 г. в редакции Парижского акта 1971 г., Всемирная конвенция об авторском праве (2 редакции: 1952 г., 1971 г.). Дополнительные: соглашение о торговых аспектах прав интеллектуально собственности 1994 г. (ТРИПС), договор Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС) по авторскому праву 1996 г. Виды объектов охраны (ст. 1 всемирной конвенции): литературные, научные и художественные произведения, выраженные в письменной, музыкальной, кинематографической и др. формах. Бернская конвенция раскрывает термин «литературные и художественные произведения» как все произведения в области литературы, науки и искусства, каким бы способом и в какой бы форме они ни были выражены». Охраняются как опубликованные произведения, так и не опубликованные произведения. Ни в Бернской, ни во всемирной конвенциях не упоминаются такие объекты как компьютерные программы и базы данных. Это не означает, что они не пользуются охраной этих конвенций. Неохраняемые объекты. Бернская конвенция - сообщения о новостях дня или иные сообщения чисто информационного характера. Договор ВОИС – дополнительно устанавливает, что исключатся из охраны идеи, процессы, методы или математические концепции. Основания предоставления и общие принципы конвенционной охраны авторских прав (бернская и всемирная конвенции). 2 критерия: гражданство автора и территориальный критерий (применяется только в отношении произведений, не являющиеся гражданами стран-участниц и не имеющих в них основного места жительства). Соглашение ТРИПС и договор ВОИС по авторскому праву отсылают к бернской конвенции. Закреплен принцип национального режима. Условия охраны авторских прав. Охрана авторских прав вне зависимости от соблюдения формальностей (авторское право возникает с момента создания произведения). Срочный характер охраны авторских прав. Всемирная конвенция – охрана не может быть меньше 25 лет после смерти автора. Для фотографий и прикладного искусства – 10 лет. Бернская – 50 лет, для фотографий и прикладного искусства – 25 лет. Основные права авторов: а) личные неимущественные (моральные): право требовать признания авторства, право противодействовать всякому искажению произведения, способному нанести ущерб чести или репутации автора. б) имущественные: исключительное право автора переводить и разрешать переводы своих произведений, право на воспроизведение, право на передачу в эфир, право долевого участия на оригиналы произведений и рукописей (на долю от цены при каждой последующей продаже), право на переделку произведений и др. Билет № 9 Соотношение и взаимодействие международного частного права с национальным правом (гражданским, семейным, процессуальным и др.). МЧП, так же как гражданское, семейное и трудовое, регулирует имущественные и связанные с ними личные неимущественные отношения, основанные на началах равенства сторон. Однако существует одно принципиальное отличие между частноправовыми отношениями, регулируемыми нормами внутреннего права, и аналогичными отношениями, регулируемыми нормами МЧП. Поясним это на примере семейно-правовых отношений. Заключение брака между гражданами одного и того же государства в какой-либо стране полностью регулируется нормами семейного права страны, в которой заключается брак. Однако если один из вступающих в брак - гражданин иностранного государства, то это уже отношения, регулируемые нормами МЧП. В современном мире есть только два вида систем права - международное право и национальные системы права; МЧП является частью национальных систем права различных государств. Нормы МЧП - часть национальной правовой системы, они создаются государством самостоятельно и регулируют не публично-правовые, а частноправовые отношения, осложненные иностранным элементом в различных отраслях права (ГП, СП, ТП и др). В системе внутреннего права МЧП НЕ является частью ГП (СП или ТП). Оно занимает самостоятельное место в этой системе - является самостоятельной отраслью со своими специфическими предметом и методом регулирования. МЧП - это самостоятельная отрасль российского права, представляющая собой систему коллизионных (внутренних и договорных) и унифицированных материальных частноправовых норм, регулирующих частноправовые отношения (гражданские, семейные, трудовые и иные), осложненные иностранным элементом, посредством преодоления коллизии частного права разных государств. Внутреннее законодательство - это один из основных источников МЧП в России. РФ относится, таким образом, к группе стран, в которых не имеется такого единого акта, как закон о МЧП. Нормы, регулирующие соответствующие отношения, находятся в различных законах и иных отраслевых нормативных актах (Гражданский кодекс, Гражданский процессуальный кодекс, Арбитражный процессуальный кодекс, Кодекс торгового мореплавания, Земельный кодекс, Трудовой кодекс, Семейный кодекс и т.д.) или же в законах, которые носят комплексный характер. Нормы международного публичного и МЧП служат одной и той же цели - созданию правовых условий развития международного сотрудничества в различных областях. Общее состоит в том, что в обоих случаях речь идет о международных отношениях в широком смысле этого слова, т.е. отношениях, выходящих за пределы одного государства, связанных с двумя или несколькими государствами. Но нормы МЧП регулируют не публично-правовые, а частноправовые отношения. "Международное" оно лишь в том смысле, что регулирует отношения, осложненные иностранным элементом. Иммунитет государства: понятие, виды. Иммунитет государства (суверенный иммунитет) — в международном праве  принцип, в соответствии с которым суверенное  государство не подчиняется органам власти других государств. Содержание иммунитета. Иммунитет государства от юрисдикции иностранного государства состоит из нескольких элементов: 1) судебный иммунитет; 2) иммунитет от применения мер по предварительному обеспечению иска; 3) иммунитет по принудительному исполнению судебного решения; 4) иммунитет собственности государства; 5) иммунитет от применения иностранного права. Судебный иммунитет— юрисдикционный иммунитет в узком смысле слова как неподсудность государства суду иностранного государства. Согласно судебному иммунитету ни один иностранный суд не вправе принудительно осуществить свою юрисдикцию по отношению к другому государству, иначе говоря, не вправе привлечь иностранное государство в качестве ответчика. В то же время, если государство о бращается с иском в иностранный суд для защиты своих прав, то ни один иностранный суд не вправе отказать ему в юрисдикции. Такой отказ был бы нарушением суверенных прав государства. Государство может выступить и ответчиком в иностранном суде, но при добровольном согласии. Меры по предварительному обеспечению иска. Согласно иммунитету суд, рассматривающий частноправовой спор с участием иностранного государства, не вправе применять любые меры по предварительному обеспечению иска, так как эти меры носят принудительный характер. Часто меры по обеспечению иска рассматриваются и принимаются судом еще до возбуждения и слушания дела с участием государства. В любом случае, если такие меры касаются государства и его собственности (арест государственных счетов в иностранных банках, опись имущества, ограничение права государства пользоваться своим имуществом и пр.), то с точки зрения иммунитета они недопустимы. Меры по принудительному исполнению иностранного судебного решения. В отношении государства и его собственности не могут быть приняты какие-либо принудительные меры по исполнению иностранного судебного (арбитражного) решения любыми органами этого и любого другого иностранного государства. Даже если государство добровольно приняло участие в иностранном судебном процессе, решение может быть выполнено им только добровольно. Иммунитет включает право государства на неприменение к нему принудительных мер по исполнению решения. Иммунитет собственности государства означает правовой режим неприкосновенности государственной собственности, находящейся на территории иностранного государства. Он тесно связан с иммунитетом государства. Рассмотренные выше элементы содержания иммунитета государства, связанные с судебным разбирательством спорного правоотношения с участием государства, прямо направлены на обеспечение неприкосновенности государственной собственности. Иммунитет от применения иностранного права, который часто называют иммунитетом сделок с участием государства, так как он 'чаще  всего  возникает по  поводу обязательств,  вытекающих  из -сделок.  Поскольку государство в силу иммунитета свободно от Принудительных мер по осуществлению иностранных законов, административных распоряжений и пр., то из этого следует, что частноправовые отношения  международного характера с участием государства,    в   частности    сделки,    заключаемые    государством С иностранными физическими и юридическими лицами, должны регулироваться правом этого государства, если только сами стороны не договорятся о применении иностранного права. Авторские права иностранцев в Российской Федерации. Главной особенностью правового регулирования всей совокупности интеллектуальной собственности в МЧП, в т.ч. авторских прав, является их территориальный характер. Получение прав на такие объекты в одном государстве не влечет их признания в другом. Поэтому произведения иностранных авторов могут быть охраняемыми и не охраняемыми. Права авторов будут охраняться российскими законами, если произведение было опубликовано в государстве-участнике Бернской конвенции об авторском праве 1973 г. (Бразилия, UK, Грузия, Египет, Украина, Япония и др. Всего 149 государств) или в случае существования двустороннего договора РФ с данным государством (в котором было опубликовано произведение). В остальных случаях произведение в РФ охраны не получит. При представлении на территории РФ охраны произведению в соответствии с международными договорами РФ автор произведения определяется по закону государства, на территории которого имел юридический факт, послуживший для обладания авторским правом. Произведение считается опубликованным в РФ, если в течение 30 дней после даты первого опубликования за пределами РФ оно было опубликовано в РФ. Авторское право распространяется на произведения науки, литературы и искусства, являющиеся результатом творческой деятельности, независимо от назначения и достоинства произведения, а также от способа его выражения. Авторское право распространяется как на обнародованные произведения, так и на необнародованные произведения, существующие в какой-либо объективной форме. Авторское право не распространяется на идеи, методы, процессы, системы, способы, концепции, принципы, открытия, факты. Авторское право на произведение не связано с правом собственности на материальный объект, в котором произведение выражено. Закон РФ «Об авторском праве и смежных правах» 1993 г. Авторское право возникает в силу факта его создания. Автору сборника и других составных произведений (составителю) принадлежит авторское право на осуществленные им подбор или расположение материалов, представляющие результат творческого труда (составительство). Переводчикам и авторам других производных произведений принадлежит авторское право на осуществленные ими перевод, переделку, аранжировку или другую переработку. Авторами аудиовизуального произведения являются: режиссер-постановщик; сценарист; композитор. Авторское право на произведение, созданное в порядке выполнения служебных обязанностей или служебного задания работодателя (служебное произведение), принадлежит автору служебного произведения. Ст. 15. Личные неимущественные права. Автору в отношении его произведения принадлежат следующие личные неимущественные права: право признаваться автором (право авторства); право использовать или разрешать использовать произведение под подлинным именем автора, псевдонимом либо без обозначения имени, то есть анонимно (право на имя); право обнародовать или разрешать обнародовать произведение в любой форме (право на обнародование), включая право на отзыв; право на защиту произведения (право на защиту репутации автора). Ст. 16. Имущественные права. Автору принадлежат исключительные права на использование произведения в любой форме и любым способом. Билет № 10 Основные принципы международного частного права. К числу специальных принципов международного частного права следует отнести основополагающие коллизионные начала, признанные доктриной международного частного права, закрепленные в виде общего правила в законодательстве и применяемые на практике, в том числе и при отсутствии прямого указания в законе. Кстати, в литературе основные коллизионные привязки очень часто спонтанно называются коллизионными принципами. В числе множества коллизионных норм, регулирующих тот или иной институт международного частного права, ярко выделяются основные коллизионные правила (принципы), а остальные предусмотренные законом привязки являются не чем иным, как исключением из общего правила. В число основных коллизионных принципов возможно отнести следующие: 1. Принцип места нахождения вещи — в отношениях собственности. Данный принцип подразумевает, что вещные отношения регулируются законом страны, где находится соответствующее имущество. 2. Принцип местонахождения основного исполнителя по сделке — в договорных отношениях. Этот принцип означает, что в случае отсутствия иного указания в законе или договоре к договорным отношениям применяется право страны, где находится (проживает, расположена) сторона, являющаяся основным исполнителем по сделке: даритель в договоре дарения, подрядчик в договоре подряда и т. д. 3. Принцип флага — в отношениях по международной перевозке. К отношениям международной перевозки, как правило, применяется закон страны, где зарегистрирован международный перевозчик (под чьим флагом ходит судно и т. п.). 4. Принцип места причинения вреда — в деликтных отношениях. Ответственность по обязательствам из причинения вреда устанавливается по праву страны, где было совершено гражданско-правовое нарушение (деликт). 5. Принцип места осуществления основной трудовой деятельности. Трудовые отношения с иностранным элементом в принципе регулируются правом страны, на территории которой осуществляется основная трудовая деятельность. 6. Принцип неприменения иностранного права к авторским отношениям: защита авторских прав осуществляется только по законодательству страны, где эта защита испрашивается. 7. Принцип неприменения иностранного процессуального законодательства: судебная процедура по гражданским делам с иностранным элементом ведется исключительно по праву страны суда.   Разумеется, изложенный перечень не является исчерпывающим. При необходимости можно вывести и иные специальные принципы, причем не только коллизионные. Исчерпывающий перечень принципов, по всей вероятности, составить нельзя по определению: поскольку принципы есть основополагающие идеи отрасли права, то закрытого ряда "идей" вообще быть не может. Международно-правовое регулирование иммунитета государства. Иммунитет государства (суверенный иммунитет) — в международном праве  принцип, в соответствии с которым суверенное  государство не подчиняется органам власти других государств. Принцип иммунитета государства основан на понятии о суверенном равенстве, закреплённом в Уставе ООН ( 1945 )и раскрытом в Декларации о принципах международного права ( 1970 )[2] При этом само понятие суверенного равенства возникло гораздо раньше. Данный принцип распространяется как на законодательную  и исполнительную , так и на судебную   юрисдикции  иностранного государства. В настоящее время не существует единой общемировой практики урегулирования вопросов, связанных с применением концепции иммунитета государства. Отчасти это бремя ложится на национальные законодательства. В 2004 г. Генеральной Ассамблеей ООН  была принята Конвенция ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности. [3]   Россия  подписала её в 2006 году . [4]  Однако эта конвенция вступит в силу только после того, как её ратифицируют  30 государств. Элементы иммунитетов государства Иммунитет государства от юрисдикции иностранного государства состоит из нескольких элементов: [5] Судебный иммунитет — неподсудность государства суду иностранного государства. Иммунитет от предварительного обеспечения иска. Иммунитет от принудительного исполнения иностранного судебного решения. Иммунитет собственности государства — правовой режим неприкосновенности государственной собственности, находящейся на территории иностранного государства. Иммунитет от применения иностранного права по отношению к сделкам с участием государства. Эти иммунитеты действуют независимо. Например, если государство дает согласие на рассмотрение своего дела в суде (то есть отказывается от судебного иммунитета), иммунитеты от предварительного обеспечения и принудительного исполнения продолжают действовать. Иммунитет государства и гражданско-правовые отношения Концепция иммунитета относится к действиям государства как субъекта международно-правовых отношений. В современном мире государство часто ведет себя как юридическое лицо (субъект гражданского права). Существуют различные точки зрения на то, распространяется ли иммунитет государства на такие отношения. Теория абсолютного иммунитета Эта теория получила развитие в XIX в. и в первой половине XX в. В соответствии с ней иммунитет государства распространяется и на коммерческие сделки. Советский Союз  и КНР  придерживались теории абсолютного иммунитета. Указанная концепция оставляет за государством суверенное право отказаться от иммунитета (в том числе, заявить об отказе от использования иммунитета в договоре). Теория функционального (ограниченного) иммунитета Теория функционального иммунитета принята в США и большинстве европейских стран во второй половине XX в. Россия в последнее время также начинает отказываться от концепции абсолютного иммунитета в пользу этой позиции. [6] При этом считается, что государство не может пользоваться иммунитетом для защиты от исков, обусловленных невыполнением государством своих обязательств по коммерческим контрактам. [7]  Таким образом, необходимы формальные критерии разграничения случаев, когда государство действует «как носитель публичной власти» ( лат.  jure imperii) и случаев, когда государство ведет себя «как частное лицо» ( лат.  jure gestionis). Такие критерии являются предметом регулирования национального законодательства об иммунитете иностранных государств. Существуют также и международные договоры, затрагивающие эти вопросы. Например, Европейская конвенция об иммунитете государств [8] , принятая в 1972 г. (Россия не является её участником), оговаривает случаи, в которых государство не может ссылаться на иммунитет. Однако, такое регулирование отчасти ущемляет суверенитет иностранных государств, возлагая на национальные органы власти решение о применимости иммунитета в конкретном случае. Уже упоминавшаяся Конвенция ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности (пока не вступившая в силу) содержит статью, запрещающую применение иммунитета государства в коммерческих сделках с иностранным физическим или юридическим лицом. Исключением являются случаи, когда стороны явным образом договорились об ином. Также эта статья не распространяется на сделки между государствами. Международно-правовая охрана смежных прав.    По смыслу Стокгольмской конвенции 1967 года под смежными правами принято понимать права, относящиеся к «исполнительной деятельности артистов, звукозаписи, радио- и телевизионным передачам». Основные международные документы в области смежных прав:   1.Международная (Римская) конвенция об охране интересов артистов-исполнителей, производителей фонограмм и вещательных организаций (от 26 октября 1961 года);    2.Женевская конвенция об охране интересов производителей фонограмм от незаконного воспроизводства (от 29 октября 1971 года);  3.  Брюссельская конвенция о распространении несущих программы сигналов, передаваемых через спутники (от 21 мая 1974 года). Основные формы охраны смежных прав: 1. использование международного знака охраны смежных прав; 2. предоставление государствами владельцам смежных прав из числа иностранцев национального режима; 3. право владельца смежных прав на предотвращение посягательств на свои права путём установления разрешений и запретов; 4. обязанность пользователя выплачивать владельцу смежных прав справедливое вознаграждение в денежной форме. Предусматриваются исключения (изъятия) из охраны в отношении: 1. использования в личных целях; 2.  использования кратких отрывков с целью сообщения о текущих событиях; 3. кратковременной звуковой записи, осуществляемой вещательной организацией с помощью своего собственного оборудования и для своих собственных передач; 4.  использования в учебных или научно-исследовательских целях. Билет № 11 Источники международного частного права, понятие, виды. Концепция двойственности источников, ее критика. Источник права - это форма существования правовых норм. Как и само МЧП в целом, его источники имеют двойственный парадоксальный характер. Основные – НПА, судебный прецедент, санкционированный обычай. Специфика источников МЧП порождена его предметом регулирования: частноправовые отношения, отягощенные иностранным элементом, т.е. лежащие в сфере международного общения и затрагивающие интересы двух и более государств. С одной стороны, МЧП представляет собой отрасль национального права, следовательно, его источники имеют национально-правовой характер. С другой — МЧП регулирует именно международные гражданские правоотношения, следовательно, международное право выступает самостоятельным источником этой отрасли права. Национальным источником МЧП вся внутренняя правовая система. Источником МЧП является международное право в целом. В систему правовых источников МЧП входят международные и договоры, международные правовые обычаи и система негосударственного регулирования внешнеторговой деятельности (международное коммерческое право., например ИНКОТЕРМС). Из всех международно-правовых источников МЧП основное значение принадлежит именно международным договорам. Кроме того, нельзя забывать, что общепризнанные нормы и принципы международного права являются частью правовой системы большинства государств и имеют примат над нормами национального права в случае их противоречия (ст. 15 Конституции РФист.7ГКРФ). Самостоятельными источниками МЧП являются такие формы, которые в других отраслях права считаются либо вспомогательными, либо средствами определения и толкования правовых норм, либо просто правовыми институтами. Это связано с тем, что МЧП отличается особой сложностью, и в нем, как ни в какой другой отрасли права, имеется огромное количество пробелов. Такими источниками МЧП можно назвать судебную и арбитражную практику (и национальную, и международную), доктрину (науку) права, аналогию права и аналогию закона, автономию воли сторон, общие принципы права цивилизованных народов. Источники: разд. VI «МЧП» ГК РФ. Источники российского МЧП перечислены в ГК РФ - ст. 3 (Гражданское законодательство и иные акты, содержащие нормы гражданского права), ст. 5-7 (Обычаи делового оборота;  Гражданское законодательство и нормы международного права Международные договоры РФ применяются к отношениям, непосредственно, кроме случаев, когда из международного договора следует, что для его применения требуется издание внутригосударственного акта.), ст. 1186 (Право, подлежащее применению определяется на основании международных договоров РФ, ГК, других законов (пункт 2 статьи 3) и обычаев, признаваемых в РФ); в СК РФ — ст. 3 — 6. Российское законодательство в качестве источников МЧП признает национальное право, международные договоры и обычаи, аналогию права и закона. В современной доктрине МЧП, причем не только отечественной, достаточно традиционным считалось положение о двойственности его источников, т.е. разделении источников на «национальные» и «международные». К национальным относят внутреннее законодательство и судебную, а также арбитражную практику. К международным — соответственно международный договор и международный обычай. К последним некоторые относили также и международную судебную практику84. Ныне в связи с расширением материальной основы международного частного права, особенно за счет развития и углубления торгово-экономических и производственных отношений на всех уровнях, как между самими государствами, так и между государствами и субъектами национального права, равно как и между физическими и юридическими лицами отдельных стран, интерес к источникам МЧП закономерно обостряется, приобретая прежде всего практическую значимость.        Однако        поскольку        самостоятельных        исследований        применительно        к фундаментальному анализу проблем источников права в международном частном праве не проводилось, исходными началами для изучения поставленного вопроса выступают имеющиеся достижения общей теории государства и права. Анализ соответствующей литературы показывает существенные различия во взглядах специалистов даже по самой трактовке термина «источник» в обозначаемой им категории. Напомним, что в общем плане ученые выделяют обычно два элемента понятия «источник права»: внешнюю форму — «выражение вовне внутренне организованного содержания» правовой нормы и конститутивный элемент — «придание норме качества правовой нормы»85. С.С. Алексеев под источником права понимает «объективированный в документальном виде акт правотворчества», являющийся «формой юридически официального бытия» соответствующих правовых норм86. Французский исследователь компаративного права Р. Давид далеко не в последнюю очередь называет источниками права «те технические приемы, с помощью которых в данной стране и в данный период создают или уточняют юридические нормы»87. Чешский автор З. Кучера отмечает гносеологический аспект в содержании рассматриваемого понятия: «Термин «источники права» применяется здесь (в международном частном праве — Л.А.) в смысле познания юридических правил, правовых форм, в которых содержится право и которые служат познанию содержания и текста юридических правил»88. Любопытно отметить в данной связи, что раздел, посвященный источникам МЧП в работе датского автора Коппенол-Ляфорс М., начинается с освещения материала, относящегося к деятельности международных организаций в области унификации права (Гаагских конференций, ЮНСИТ-РАЛ, УНИДРУА, ЕС и т.д.).89 Теоретики права подметили, что формирование права, право-образование начинается в сфере материальных отношений собственности. Завершается же этот сложный процесс формированием соответствующих юридических норм при помощи государственной деятельности. Результатом являются акты правотворчества. Вместе с тем определение источников права в юридическом смысле состоит в том, что это — «способы закрепления правил поведения, которым государство придает правовую силу»90. Однако данные характеристики не могут считаться исчерпывающими. Не менее существенным оказывается еще один момент, играющий принципиальную роль для понятия «источник права», — властная обеспеченность формы выражения права, т.е. государственно-правовые гарантии применения и соблюдения данного акта правотворчества. Эти три элемента, характеризующие конструкцию источников права, как кажется, отчетливо проявляются в специфике некоторых видов источников международного частного права, о чем пойдет речь далее. Различия в источниках права, по существу, обусловлены различиями в генезисе правовых норм. Понятно, что норма обычая отличается от нормы, скажем, судебного прецедента прежде всего «внешней оболочкой» своего бытия. Однако коренное различие — в механизме создания и формирования модели поведения на этапе ее существования еще в качестве «преднормы». Это обусловливает впоследствии и иные расхождения — не одинаковы в каждом конкретном случае те процессы, в ходе которых складывается то или иное правило поведения в правовую норму: устойчивость соблюдения, повторяющееся применение, молчаливое признание со стороны государства данного правила как юридически обязательного в одном случае (обычай), согласование им в определенных случаях своей воли с прочими государствами или субъектами международного права (международный договор) — в другом, независимое, автономное изъявление государством своего веления (издание закона, нормативного акта и т.д.) — в третьем. На завершающей же фазе все правовые нормы, действующие в пределах юрисдикции рассматриваемого государства, так или иначе должны быть пропущены через государственную волю, т.е. установлены или санкционированы им. Следовательно, для источников права (международного частного права особенно ввиду их многообразия) характерно, с одной стороны, разграничение, а с другой стороны, — сочетание «формы права» — внешнего его выражения (внутригосударственного закона, международного договора и проч.) — и способа придания со стороны государства моделям поведения юридической силы, т.е. санкционирования государством обязательности в качестве образца поведения того предписания, которое заключено в конкретную оболочку определенной правовой формы. Третий элемент понятия «источник права», о котором говорилось выше и который делает право собственно правом, — властная обеспеченность соблюдения едва ли не наиболее отчетливым образом проявляется именно в источниках международного частного права. Последовательный анализ закона, международного договора и обычая, а также судебного прецедента дает возможность установить у всех этих видов наличие указанных выше трех элементов и более того — их единство в каждом из источников международного частного права. Однако проследить это конкретно наиболее целесообразно при отдельном рассмотрении соответствующих их видов. Законодательство Российской Федерации об иммунитете государства. Иммунитет иностранных государств в России регулируется ст. 401 ГПК [9]  и ст. 251 АПК. Ст. 401 ГПК утверждает иммунитет иностранного государства от исков в судах Российской Федерации, если иное не предусмотрено федеральным законом (пока такого закона нет) или международным договором РФ. В то же время, ст. 251 АПК гарантирует иммунитет только в тех случаях, когда иностранное государство выступает «в качестве носителя власти». Отсюда следует, что на случаи, когда оно выступает в другом качестве, иммунитет не распространяется. 11 марта 2005 г. Государственная Дума  приняла в первом чтении законопроект «О юрисдикционном иммунитете иностранного государства и его собственности». [11]  Однако дальнейших действий по принятию данного законопроекта пока не производилось. В законе США 1976 г. указано, что государство не имеет права пользоваться иммунитетом от судебных исков в следующих случаях: [12] если основанием для иска служит коммерческая деятельность, которую иностранное государство осуществляет в США, если основанием для иска служит коммерческая деятельность, осуществляемая за пределами США, но порождающая «прямые последствия» для США. Иммунитет государства в практике международных отношений В 1948 г. по иску неких граждан в Нью-Йорке  был наложен арест на пароход «Россия», принадлежащий Советскому Союзу. Правительство СССР заявило протест, и по решению федеральных судов Нью-Йорка арест был снят. [13] В 1991 г. правительство РСФСР  заключило договор о займе  средств на закупку продовольствия и сельхозудобрений со швейцарской фирмой Noga . В дальнейшем российская сторона расторгла этот невыгодный контракт. Однако западные суды встали на сторону Noga, в результате чего последовала серия арестов счетов Центробанка РФ  и дипломатических миссий, а также парусника « Седов » (в дальнейшем эти аресты были сняты). Такая ситуация стала возможной благодаря тому, что в контракте с Noga Россия добровольно отказалась от иммунитета. Международно-правовая охрана промышленности собственности Право промышленной собственности подразделяется на правовую охрану изобретений, товарных изобретений и промышленных образцов и на правовую охрану средств индивидуализации участников гражданского оборота и производимой ими продукции, работ и услуг. Как и любые объекты интеллектуальной собственности обладают территориальностью, т.е. они охраняются только в пределах территориального государства, в котором она возникла. Причем территориальный характер промышленной собственности проявляется более жестко, чем в сфере авторского права. Если авторские права возникают в силу самого факта создания произведения, то право на объект возникает в силу получения патента/свидетельства. Такой документ имеет силу в пределах того государства, где он выдан. Для того чтобы объект пользовался охраной в другой стране, его следует зарегистрировать там и получить охранный документ. Территориальный характер порождает проблему: для выдачи патента в большинстве требуется новизна, а если объект уже зарегистрирован в др. государстве. Единственным приемлемым способом обеспечить охрану за рубежом оказывается участие государства в международных договорах по охране промышленной собственности. Основной документ – Парижская конвенция об охране промышленной собственности 1883 г. в редакции Стокгольмского акта 1967 г. (на 2002 г. в ней участвовало 162 государства, в т.ч. и РФ). Этот документ не преодолевает территориального характера охраны объектов промышленной собственности, не создает единой системы международной регистрации этих объектов. Она прямо устанавливает принцип независимости регистрации и охранных документов (права на объект существуют отдельно и независимо друг от друга в разных государствах мира). Содержит ряд правил, имеющих основополагающее значение для международной охраны любых объектов промышленной собственности. 1) граждане и ЮЛ пользуются на территории любого-государства члена национальным режимом + правами, специально предусмотренными конвенцией. 2) правила о приоритете (лицо которое подало заявку на регистрацию в любой из стран Парижского союза, имеет преимущественное положение на регистрацию этого объекта в течение определенных сроков). Для патентов и полезных моделей - 12 месяцев, для промышленных образцов и товарных знаков – 6 месяцев. Билет № 12 Российское законодательство по международному частному праву. Конституция устанавливает только самые общие начала регулирования международных гражданских отношений (гл. 2). В законодательстве РФ, регулирующем отношения в сфере МЧП, следует выделить: Гк, Гпк, Апк, Тк, Ск, Нк, Тк, Воздушный кодекс, Ктм, Основы законодательства о нотариате, Закон о МКАС. Подзаконные акты, ведомственные инструкции, ненормативные акты министерств и ведомств РФ также являются источниками российского МЧП. Разумеется, все перечисленное законодательство, так же как подзаконные акты и ведомственные инструкции, в целом не могут считаться источниками российского МЧП. Речь идет о содержащихся в них нормах, специально посвященных регулированию частноправовых отношений с иностранным элементом. В российском праве отсутствует отдельный закон о международном частном праве, хотя проект такого закона на доктринальном уровне был подготовлен уже в 80-х годах XX в. В российском праве произведена межотраслевая кодификация — в ГК, СК, КТМ, ГПК и АПК включены специальные главы и разделы, регулирующие частноправовые in ношения с иностранным элементом. Основные источники российского МЧП - разд. VI «МЧП» ГК РФ, Глава 66 «Общие положения»; Глава 67 «Право, подлежащее применению при определении правового положения лиц»; Глава 68 «Право, подлежащее применению к имущественным и личным неимущественным отношениям» СК РФ Раздел VII. Применение семейного законодательства к семейным отношениям с участием иностранных граждан и лиц без гражданства. Гл. XXVI КТМ РФ, разд. V ГПК, гл. 31, 32, 33 АПК РФ. Главный источник – это разд. VI ч. 3 ГК РФ, поскольку положения гражданского законодательства могут применяться но аналогии ко всем частноправовым отношениям, не урегулированным специальным законодательством (ст. 4 СК РФ). Особое значение имеет гл. 66 разд. VI части 3 ГК РФ, которая содержит общие положения применения иностранного права на территории РФ и устанавливает общие принципы регулирования всех частноправовых отношений с иностранным элементом. Пороки российского законодательства о МЧП - неопределенность формулировок и правоположений, наличие «отсылочных» и «бланкетных» коллизионных норм, постоянная необходимость применения аналогии нрава и закона, практическая невозможность непосредственного применения норм ГК (без толкования и разъяснения пленумами верховных судов), полное отсутствие регулирования трудовых отношений с иностранным элементом в ТК РФ, огромное количество неурегулированных вопросов в СК РФ. Полномасштабная кодификация международного частного права вообще имеет серьезные преимущества по сравнению с межотраслевой. Международные организации – субъекты МЧП. МО не может осуществлять свою межд. деятельность без статуса субъекта хоз. оборота – она должна получать от государства пребывания и находящихся под его суверенитетом субъектов услуги связи, энергоснабжения, пользоваться телеграфными, почтовыми, телефонными, железнодорожными, космическими  прочими объектами и предприятиями и т.д. Для этого МО наделяется правами юр. лица. Ее образование санкционируется соответст. правопорядком. Например, ООН – юр. лицо Нью- Йорка, ЮНЕСКО – юр. лицо франции, МАГАТЭ – австрийское юр. лицо. Данные МО заключают как правило соглашения с правительствами данных стран об условиях пребывания.  Где указывается, что данная МО пользуется правами юр. лица на территории данного государства, правомочен заключать межд. и др. соглашения, приобретать, арендовать, отчуждать движимое и недвижимое имущество и распоряжаться им., совершать др. действия, направленные на выполнение задач возложенных уставом данного МО. Также МО освобождается от всех налогов, сборов и пошлин, взимаемых на территории данного гос-дар., за исключением тех, которые представляют собой плату за пользование конкретными видами обслуживания. Должностные лица МО приравниваются по объему привилегий и иммунитетов к дипломатическим представителям иностр. государств на территории данной страны. Налогообложение вознаграждений сотрудников МО, осуществляется согласно законам страны пребывания и ее межд. договорами. На должностных лиц МО, являющихся гражданами страны пребывания МО, привилегии и иммунитеты не распространяются.   В то же время МО обязана производить отчислении фонды занятости государств, гражданами которых явл. сотрудники МО, а равно и в пенсион. фонды.   Например, МАГАТЭ, проводит научные исследования в области ядерной энергетики. В связи с чем развернула систему перепоручения проведения данных работ…. Безусловно, подобные инструменты сотрудничества не были бы возможны , если бы МО не имели статуса юр. лица – полноправного субъекта гражд. отношений конкретного государства. Презюмируется, что таковым она становится с момента регистрации ее устава или включение в реестр юр. лиц государства местонахождения, которое, как правило, указывается в ее учред. документах, конституирующ. ее прежде всего как субъект межд. права. В этой связи правоспособность такого юр. лица определяется по закону того гос-дар., в котором находится штаб-квартира данной МО. Международно-правовая охрана товарных знаков. Основной документ – Парижская конвенция об охране промышленной собственности 1883 г. в редакции Стокгольмского акта 1967 г. (на 2002 г. в ней участвовало 162 государства, в т.ч. и РФ). Этот документ содержит ряд специальных положений об охране прав на отварные знаки, знаки обслуживания, наименования мест происхождения товаров, фирменные наименования, называемые средствами индивидуализации участников гражданского оборота, товаров, работ, услуг и положений о недобросовестной конкуренции. 1) Правило об охране общеизвестных товарных знаков без специальной регистрации. Товарный знак, представляющий собой воспроизведение, имитацию или перевод другого знака, способные вызвать смешение со знаком, который по определению компетентного органа страны регистрации или страны применения уже является в этой стране общеизвестным не должен быть зарегистрирован, а если он уже зарегистрирован, то его регистрация признается недействительной. Для предъявления требования об аннулировании такого знака предоставляется срок не менее 5 лет, исчисляемый с даты регистрации Срок не устанавливается для предъявления требования об аннулировании или запрещении применения знаков, зарегистрированных или используемых недобросовестно. 2) Закрепляет перечень оснований, по которым может быть отказано в регистрации знака либо такая регистрация может быть признана недействительной: а) если в качестве знака регистрируются без разрешения компетентных властей гербы, флаги и т.п. б) если знаки могут затронуть права, приобретенные 3-ими лицами в стране, где испрашивается охрана. в) если они лишены отличительных признаков. г) если противоречат морали и публичному порядку / вводят в заблуждение общественность. д) если использование знака – акт недобросовестной конкуренции. 3) Содержит ряд унифицированных правовых норм, к которым относятся: правила о передаче знаков, последствия регистрации знака агентом или представителем владельца знака без разрешения последнего и др. 4) фирменные наименования охраняются во всех странах Союза без обязательной подачи заявки или регистрации. 5) Предусматривает ряд мер защиты прав индивидуализации: арест любого продукта с незаконной маркировкой или ложным указанием о происхождении продукта. 3 универсальных договора, создающих систему международной регистрации товарных знаков и знаков обслуживания: мадридское соглашение о международной регистрации знаков 1891 г. в редакции Стокгольмского акта 1967 г. (учреждает Специальный союз по международной регистрации знаков. На 2002 г. в нем участвовало 52 государства, в т.ч. РФ), Протокол к мадридскому соглашению о международной регистрации знаков 1989 г., договор о регистрации товарных знаков 1973 г. Лиссабонское соглашение 1958 г. устанавливает систему международной регистрации мест происхождения товаров, сходную с Мадридским соглашением. Мадридское соглашение о пресечении ложных или вводящих в заблуждение указаний происхождения. Договор о законах по товарным знакам 1994 г. (на 2002 г. участвует 28 государств, в т.ч. и РФ). Билет № 13 Законодательство зарубежных стран по международному частному праву. В законодательстве многих зарубежных государств уже давно произведена полномасштабная кодификация МЧП — приняты специальные законы о международном частном праве и процессе (Турция, Балканские страны, Италия, Грузия, Тунис, Таиланд, Румыния). При этом, как правило, в одном законодательном акте имеет место отдельное регулирование вопросов внутригосударственного международного частного права и международного гражданского процесса. Эталонными (с точки зрения юридической техники) национальными законами о МЧП являются специальные кодификации МЧП в Польше, Чехии, Венгрии, Австрии и Швейцарии. Кодификация М ЧП может производиться не только посредством принятия специального закона, но и иными способами, — например, в ФРГ был принят Вводный закон к ГГУ, содержащий полномасштабную кодификацию международного частного права Германии. По этому же пути пошел и японский законодатель —. к ЯГК был принят Вводный закон, содержащий нормы японского МЧП. Точно такие же Вводные законы приняты к Гражданским кодексам Испании и Бразилии. Первоисточником французского МЧП является ФГК 1804 г. Этот нормативный акт содержит всего несколько коллизионных правил одностороннего и императивного характера (предусматривающих применение исключительно французского права к отношениям с иностранным элементом).  В порядке интерпретации и на их основе практика французских судов сформулировала обширный конгломерат коллизионных норм. (учитывая при этом, что Франция не является страной прецедентного права). В большинстве же государств мира нормы их национального международного частного права, как и в России, сформулированы в отдельных главах и разделах их  гражданских кодексов (Португалия, Скандинавские страны, I рения, страны Бенилюкса, большинство государств Азии, Африки и Латинской Америки). Ни в Великобритании, ни в США не существует специальных законов, кодифицирующих МЧП этих государств. В англо-американском праве решающее значение имеет система судебных прецедентов, хотя по отдельным вопросам издаются специальные законы, в которых содержатся нормы МЧП (Закон об иммунитете иностранного государства  США  1976 г.,   Единообразный торговый Кодекс США 1962 г., Закон Великобритании о государственном иммунитете 1978 г., Закон Великобритании об арбитраже 1996 г. В США на федеральном уровне выработан Свод законов о конфликтах законов 1972 г., который представляет собой частную (произведенную не законодателем, а правоведами) общефедеральную кодификацию МЧП, имеющую рекомендательный характер. Однако в отдельных штатах есть специальные законы о МЧП (ГК штата Луизианы 1981 г.). Вещный статут и сфера его применения. Господствующим правилом выступает положение о том, что регулирование вещных отношений подчиняется закону того государства, на территории которого данная вещь находится (lege situs). При этом понимается, что право страны местонахождения вещи регулирует возникновение, способы, переход содержание, ограничения права собственности. Положение о привязке к закону места нахождения вещи разделяется всеми странами без исключения. Своими истоками эта норма восходит к средневековью и первоначально относилась только к недвижимым вещам. В отношении же движимостей считалось, что «движимость привязана к человеку» («mobilia ossibus haerent») и что «движимость следует за лицом» («mobilia personam sequuntur»). Основанием привязки служил личный закон — домицилий (местожительство) лица, являющегося собственником или владельцем вещи. Право собственности на движимые вещи определяется по закону того государства, в котором вещь находилась в момент возникновения основания перехода права собственности.Иной характер носят ситуации с решением вопросов о праве собственности в случаях с крадеными вещами. Если угнанный в Германии автомобиль затем продается в Голландии, право собственности будет регулироваться голландским законом, поскольку в момент перехода этого права на покупателя предмет находился в этой стране, которой известен институт истребования (виндикации) украденной вещи у добросовестного приобретателя в течение определенного срока. Рецензия к диссертации тоже есть инфа. (Определяемое на основании коллизионной нормы право, которое подлежит применению к правоотношениям в сфере вещного права, именуется вещным статутом. Предметом регулирования вещного статута являются все отношения по поводу вещи, возникающие в сфере вещного права, которое представляет лицу юридическую власть над вещью, и создает возможность обладателя такого права воздействовать на вещь, получать от нее пользу, помимо всяких иных лиц, по собственному усмотрению и своей волей, с учетом ограничений, установленных законом. Исходя из этого, представляется, что в сферу действия вещного статута входит решение следующих вопросов: определение видов вещных прав, которые могут признаваться правопорядком; содержание и пределы осуществления этих прав; основания и способы возникновения, изменения и прекращения вещных прав, в частности, переход права собственности, и все вопросы, связанные с вещным эффектом сделок, направленных на переход права собственности; защита вещных прав; квалификация имущества на движимое и недвижимое; оборотоспособность и отчуждаемость вещи; признание и адаптация вещных прав, возникших в других правопорядках. Таким образом, вещный статут будет компетентен решать все вопросы, которые напрямую будут касаться вещных прав в отношении имущества. После рассмотрения основных причин, обосновывающих использование привязки lex rei sitae am регулирования вещных прав в международном частном праве, автор приходит к выводу, что в ее применение в полной мере оправдано для регулирования вещных прав на недвижимое имущество, поскольку она способствует защите оборота недвижимости. Использование указанной привязки для определения статута движимых вещей не всегда имеет такое же важное в значение, как в отношении недвижимого имущества, т.к. в силу своей природы они могут быть перемещены из одного государства в другое, в связи с чем, их связь с правопорядком фактического местонахождения оказывается не такой значительной, Коллизионная норма, содержащая привязку lex rei sitae, обладает определенной «жесткостью», территориальность ее действия может быть расценена двояко. С одной стороны, как может показаться на первый взгляд, в ней заключается предсказуемость и прозрачность правового регулирования, а также единообразие достигаемого результата правового регулирования на международном уровне. Однако, с другой стороны, «механистичность» ее действия и «безразличие к результату применения», присущие всем подобным коллизионным нормам, не позволяют учитывать всех значимых для отношения обстоятельств, т.к. в ней отсутствует какая-либо градация и приспособляемость к специфике отношения, к которому она применяется, что может привести к несправедливому решению. В работе подчеркивается, что использование привязки lex rei sitae в качестве основы для коллизионной нормы, направленной на защиту интересов участников имущественного оборота, не всегда является веской причиной, т.к. защита прав и интересов сторон сделки, а также третьих лиц, зависит не от коллизионной нормы самой по себе, с помощью которой устанавливается компетентный правопорядок, а от содержания норм применимого материального права. По мнению автора, несмотря на отмеченные в работе недостатки привязки lex rei sitae, следует признать, что ее применение в большинстве случаев достаточно очевидно, в связи с этим представляется целесообразным полагать, что по общему правилу любой вопрос, касающийся вещных прав, должен быть подчинен праву местонахождения вещи, до тех пор, пока не будет очевидной причины для использования другого подхода [1] . Во втором параграфе «Применение коллизионной привязки lex rei sitae» рассматриваются общие вопросы толкования и применения привязки lex rei sitae, а также основные проблемы, которые возникают при ее использовании для регулирования отношений, связанных с переходом права собственности по договору международной купли-продажи. В работе отмечается, что привязка lex rei sitae должна толковаться как право фактического местонахождения вещи, подразумевающая физическую связь с территорией государства, и соответственно применение его права. В противном случае смысл использования указанной коллизионной привязки в международном частном праве утрачивается, т.к. основное ее преимущество состоит в точности установления компетентного правопорядка, что в определенной степени способствует в предсказуемости правового регулирования. Поэтому представляется, что исключения из общего правила, предусматривающего привязку lex rei sitae, должны устанавливаться отдельно. Поскольку указанная коллизионная норма использует местонахождение вещи в качестве критерия для установления применимого права, которое для движимых вещей, в силу их физической природы, с течением времени может изменяться, то в некоторых случаях применение коллизионной нормы с привязкой lex rei sitae на практике может породить проблему изменения статута ("/е conflit mobile", "statutenwechse/"): в отношении движимых вещей может встать вопрос об определении промежутка времени и последовательности применения нескольких правопорядков, определенных в результате действия привязки lex rei sitae. Применительно к переходу права собственности по договору международной купли-продажи проблема состоит в том, что в процессе его исполнения вынужденно происходит изменение местонахождения вещи, и, следовательно, применимого права. В связи с этим различные юридические факты, направленные на переход права собственности, могут лежать в сфере действия нескольких правопорядков, что для разных моделей исполнения договора купли-продажи может обуславливаться как материальными нормами вещного права, так и условиями самого договора. Указанная особенность отношений, возникающих в сфере международной торговли, влечет возникновение целого ряда проблем, связанных с использованием привязки lex rei sitae для регулирования перехода права собственности по договору международной купли-продажи. Если юридический состав, влекущий переход права собственности, установленный lex rei sitae, был завершен («наполнен») и повлек переход права собственности, а вещь затем перемещается в другой правопорядок, то право собственности в отношении движимой вещи, законно возникшее в одном правопорядке, будет продолжать существовать после ее перемещения в другой правопорядок, даже в том случае, если последующий правопорядок, в который перемещается вещь (новый вещный статут), предусматривает другой юридический состав для возникновения права собственности. Автор обращает внимание на то обстоятельство, что хотя перемещение вещи не затрагивает напрямую существование вещных прав, возникших в соответствии с предшествующим статутом, их осуществление в новом месте нахождения вещи будет возможно только в том случае, если они могут быть адаптированы в систему вещных прав нового вещного статута (фактического lex rei sitae) [2] . В отношении права собственности, как правило, этой проблемы не возникает, т.к. это вещное право существует во всех правопорядках, и рассматривается как наиболее полное и максимально возможное господство лица над вещью, отличия могут касаться лишь пределов осуществления этого права, установленных различными правопорядками. Проблема адаптации и правовой совместимости в первую очередь касается ограниченных вещных прав, система и содержание которых в различных правопорядках может существенно отличаться. Если юридический состав, влекущий переход права собственности, установленный lex rei sitae, не был завершен («не наполнен»), и, следовательно, не повлек правовых последствий в виде перехода права собственности, а вещь затем перемещена в другой правопорядок, то возникают проблемы, связанные с согласованием норм нескольких правопорядков. В данном случае проблема состоит в том, что при переходе границы, и соответственно попадании вещи на территорию другого правопорядка, старый статут уже не действует, а новый предъявляет другие требования. При этом здесь возможно две ситуации: нормы нового вещного статута могут рассматривать фактический состав, произошедший в предыдущем lex rei sitae, как влекущий переход права собственности, так и наоборот, не влекущий. С одной стороны, учитывая формализм и территориальность действия привязки lex rei sitae, можно предположить, что дефекты юридического состава, влекущего переход права собственности, не могут быть восполнены в результате простого перемещения вещи: происходит продолжение «негативного эффекта» предыдущего вещного статута. Такой подход, состоящий в независимом применении нескольких leges rei sitae в их строгой временной последовательности, ведет к тому, что переход права собственности не произойдет, пока не будет осуществлен в соответствии с новым вещным статутом. С другой стороны, для исполнения договора международной купли-продажи необходимость продолжения осуществления процесса перехода права собственности очевидна. Автор отмечает, что толкование привязки lex rei sitae не препятствует тому, чтобы новый вещный статут решал вопрос о восполнении юридического состава, влекущего переход права собственности, в соответствии с его нормами, а также учитывал юридические факты, наступившие в сфере действия предыдущего вещного статута [3] . Однако произошедшие юридические факты, направленные на переход права собственности, можно принимать во внимание при оценке перехода права собственности по новому вещному статуту в том случае, если ни участники, ни гражданский оборот, не заинтересованы в том, чтобы сохранять последствия, произошедшие в сфере действия старого вещного статута. Поэтому необходимо принимать во внимание характер отсутствия правовых последствий по нормам предшествующего вещного статута. В связи с этим автором предлагается проводить различие между незавершенным, но восполнимым юридическим составом, и незавершенным невосполнимым составом (т.е. который вообще не может повлечь переход права собственности). Если же отклонять вышеуказанное предложение о дальнейшей переоценке юридических фактов при восполнимости элементов юридического состава, влекущего переход права собственности, произошедших в сфере действия старого статута, то переход права собственности не произойдет, несмотря на то, что все предпосылки для этого существовали согласно нормам обоих затрагиваемых статутов, в случае если бы указанные обстоятельства произошли на территории одного правопорядка. Указанная проблема изменения вещного статута при перемещении движимой вещи также рассматривается через призму материально-правового регулирования: путем сопоставления различных способов исполнения договора международной купли-продажи с моделями правового регулирования перехода права собственности в материальном праве, рассмотренными в первой главе. Применение привязки lex rei sitae для определения права, применимого к переходу права собственности по договору купли-продажи, также порождает общую проблему согласования норм вещного и обязательственного статутов в международном частном праве. Различные критериев, используемых для определения применимого права для обязательственного и вещного эффектов договора международной купли-продажи ведет к тому, что единая, с точки зрения материально-правового регулирования, сделка распадается на обязательственный и вещный статуты, которые могут не совпадать. В связи с этим могут возникать значительные трудности, связанные с разграничением сфер действия обоих статутов, квалификацией некоторых институтов гражданского права, а также согласованием (адаптацией) норм права различных правопорядков, решение которых осложняет процесс применения права, и в значительной мере влечет утрату предсказуемости правового регулирования. Рассматривая проблемы координации вещного и обязательственного статутов, в частности относительно установления юридических фактов, необходимых для перехода права собственности, об определении права, применимого к вещно-правовым последствиям недействительности и расторжения договора, автор приходит к выводу, что решение вышеуказанных проблем видится в закреплении общего принципа, в соответствии с которым, в случаях противоречия вещного и обязательственного статутов относительно вещного эффекта сделки, приоритет должен отдаваться вещному статуту, поскольку вещный эффект договора входит в сферу его действия. Противоречия положений вещного и договорного статутов касательно перехода права собственности в определенной степени могут сглаживаться соглашением сторон. Однако предел координации состоит только в моменте перехода права собственности от продавца к покупателю, за счет диспозитивности норм материального права. Различия относительно последствий недействительности или расторжения договора купли-продажи не могут быть во всех случаях устранены в полной мере, т.к. нормы относительно последствий недействительности и расторжения договора не диспозитивны в такой же мере, как относительно момента перехода права собственности. Таким образом, проблема согласования действия норм вещного и обязательственного статутов, а также фактического lex rei sitae не может быть устранена полностью соглашением сторон. После рассмотрения вопросов, связанных с определением вещного статута, регулирующего переход права собственности по договору международной купли-продажи товаров, автор делает вывод о том, что «территориальность» привязки оправдывает ее полное и безоговорочное применение только в отношении недвижимости, поскольку она способствует защите оборота недвижимого имущества. Использование коллизионной привязки lex rei sitae для регулирования перехода права собственности на движимые вещи по договору международной купли-продажи может порождать проблемы изменения статута, а также разграничения сфер действия и последующей координации положений вещного и обязательственного статутов. Третья глава «Автономия воли сторон по установлению вещного статута, регулирующего переход права собственности по договору международной купли-продажи» состоит из двух параграфов, в которых рассматриваются вопросы о допустимости автономии воли для регулирования перехода права собственности по договору международной купли-продажи товаров, ее юридическом механизме и возможных моделях. Первый параграф «Общие положения о роли автономии воли в отношениях, регулируемых вещным статутом» посвящен рассмотрению вопросов необходимости и возможности закрепления автономии воли для вещного статута, регулирующего переход права собственности. Для устранения основных проблем, возникающих при использовании привязки lex rei sitae, следствием которых является существенное снижение предсказуемости правового регулирования, необходимо чтобы при регулировании перехода права собственности по договору международной купли-продажи одновременно были достигнуты неизменность самого вещного статута, а также его согласованность с нормами обязательственного статута. Единственным решением, позволяющим достигнуть указанного результата, является автономия воли сторон по определению вещного статута, регулирующего переход права собственности по договору международной купли продажи. Введение в международном частном праве автономии воли, предоставляющей сторонам договора международной купли-продажи возможность определять вещный статут, регулирующий переход права собственности, имеет ряд практических преимуществ и в целом направлено на достижение предсказуемости правового регулирования. Во втором параграфе «Юридический механизм и модели автономии воли по установлению вещного статута, регулирующего переход права собственности по договору международной купли-продажи» рассматриваются вопросы действия общего юридического механизма и возможные модели автономии воли для вещного статута, регулирующего переход права собственности. Рассматривая общие вопросы юридического механизма автономии воли для вещного статута, регулирующего переход права собственности, автор отмечает, что выбранное право не должно затрагивать содержание и осуществление вещных прав правопорядка lex rei sitae. Это обусловлено защитой интересов имущественного оборота и системы его вещных прав lex reisitae, а также прав третьих лиц в отношении вещей, находящихся на его территории. Содержание и осуществление возникшего вещного права должно определяться в соответствии с lex rei sitae, соотноситься с системой его вещных прав, не противоречить ему. Вещный статут, выбранный для регулирования перехода права собственности по договору, будет компетентен определять модель перехода права собственности (юридический состав), вещно-правовые последствия недействительности и расторжения договора, толкование воли, направленной на переход права собственности, возникновение и действительность распоряжения имуществом. При допустимости автономии воли сторон для определения вещного статута, регулирующего переход права собственности, возникшее вещное право ставится под оговоркой признания правопорядком lex rei sitae, поэтому нельзя согласиться с тем, что автономия воли относительно перехода права собственности наносила бы значительный вред и была бы несовместима с системой вещных прав lex rei sitae. Автономия воли, предоставляющая сторонам договора международной купли-продажи возможность определять вещный статут, регулирующий переход права собственности, который будет действовать в отношении третьих лиц {erga omnes), не поможет избежать проблем, возникающих при использовании привязки lex rei sitae, до тех пор, пока в остальных государствах для регулирования вопросов, связанных с переходом права собственности, будет оставаться применение привязки lex rei sitae. В отсутствие международной унификации, такое регулирование оказывается фрагментарным, в результате чего, в значительной степени теряется его предсказуемость. Автором также отмечается тот факт, что если все-таки и допустить непосредственную автономию воли относительно выбора вещного статута, регулирующего переход права собственности, с правовыми последствиями erga omnes, то, устраняя проблему изменения статута, она не гарантирует совпадение вещного и обязательственного статутов, что опять-таки может порождать проблему согласования их норм. Далее рассматривается опосредованная модель автономии воли, при которой вещный статут, регулирующий переход права собственности, будет определяться через право, которое будет выбрано сторонами для договорного статута {lex contractus). В этом случае будет происходить косвенный выбор вещного статута через нормы lex contractus, поскольку в международном частном праве развитых правопорядков автономия воли широко признана для регулирования договорных обязательств. Такой подход, в отличие от непосредственной автономии воли, позволяет изначально устранить проблемы, связанные с взаимодействием норм вещного и обязательственного статутов, путем применения норм одного правопорядка к обоим статутам, который будет определен сторонами для обязательства {lex contractus) и будет совпадать с вещным статутом, регулирующим переход права собственности. Данное решение принимает в расчет экономическое единство обязательственного и вещного эффектов, в результате чего, в частности, будет достигнуто единство логики правового регулирования, и тем самым установлена ясность и предсказуемость правового регулирования. Однако указанный подход содержит в себе многие недостатки, присущие непосредственной автономии воли с правовыми последствиями erga omnes. Автономия воли для вещного статута, опосредованная привязкой к lex contractus, ограниченная сферой действия между сторонами договора {inter partes), в значительно большей степени учитывает интересы сторон по сравнению с использованием привязки lex rei sitae. Регулирование перехода права собственности, по меньшей мере, между сторонами, будет осуществляться в рамках одного правопорядка, который будет стабилен и определен изначально. Единство права, применимого к договору международной купли-продажи, достигается путем совпадения норм вещного и обязательственного статутов, что влечет упрощение и предсказуемость правового регулирования, и тем самым создает большую устойчивость при регулировании отношений между сторонами договора. Указанный подход является единственным способом, устраняющим оба существенных недостатка привязки lex rei sitae: изменение вещного статута и расщепление права, применимого к договору купли-продажи на вещный и обязательственный статут. Ограничение выбора применимого сторонами права сферой действия inter partes будет учитывать интересы третьих лиц и оборота в целом, а также избавит стороны договора от ошибочного представления о действительно применимом праве в отношении третьих лиц. Такой подход отражен в кодификациях по международному частному праву России [4]  и Швейцарии [5] : законодатель этих стран предоставил сторонам возможность выбора права, применимого к регулированию перехода права собственности, посредством его определения через право, выбранное для регулирования договора, при условии, что такой опосредованный выбор не затрагивает прав третьих лиц.) Международно-правовая охрана интеллектуальной собственности в рамках СНГ Источник: Всемирная конвенция об авторском праве (2 редакции: 1952 г., 1971 г.). В рамках СНГ в 1993 г. было заключено соглашение о сотрудничестве в области охраны авторского и смежных прав, согласно которому государства - бывшие республики СССР взяли на себя обязательства обеспечить применение на своих территориях положений Всемирной конвенции в редакции 1952 г., а также сотрудничать в сфере совершенствования внутреннего законодательства и борьбы с незаконным использованием авторских и смежных прав. Виды объектов охраны (ст. 1 всемирной конвенции): литературные, научные и художественные произведения, выраженные в письменной, музыкальной, кинематографической и др. формах. Охраняются как опубликованные произведения, так и не опубликованные произведения. Во всемирной конвенции не упоминаются такие объекты как компьютерные программы и базы данных. Это не означает, что они не пользуются охраной этой конвенции. Основания предоставления и общие принципы конвенционной охраны авторских прав. 2 критерия: гражданство автора и территориальный критерий (применяется только в отношении произведений, не являющиеся гражданами стран-участниц и не имеющих в них основного места жительства). Закреплен принцип национального режима. Условия охраны авторских прав. Охрана авторских прав вне зависимости от соблюдения формальностей (авторское право возникает с момента создания произведения). Срочный характер охраны авторских прав. Всемирная конвенция – охрана не может быть меньше 25 лет после смерти автора. Для фотографий и прикладного искусства – 10 лет. В отличие от нее Бернская конвенция– 50 лет, для фотографий и прикладного искусства – 25 лет. Основные права авторов: а) личные неимущественные (моральные): право требовать признания авторства, право противодействовать всякому искажению произведения, способному нанести ущерб чести или репутации автора. б) имущественные: исключительное право автора переводить и разрешать переводы своих произведений, право на воспроизведение, право на передачу в эфир, право долевого участия на оригиналы произведений и рукописей (на долю от цены при каждой последующей продаже), право на переделку произведений и др. Билет № 14 Роль международных договоров в развитии международного частного права. Участие РФ в договорах по международному частному праву. Международный договор имеет наиболее важное значение как источник МЧП. Международные договоры, регулирующие вопросы МЧП, составляют в международном праве целую систему. Основное количество таких договоров — двусторонние (договоры о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам, консульские конвенции, договоры о торговле и мореплавании, торговом судоходстве). Универсальные международные соглашения, устанавливающие единообразное правовое регулирование на глобальном уровне. С начала XX в. в рамках различных международных организаций (Гаагские конференции по МЧП, УНИДРУА, МОТ и др.) предпринимались попытки универсальной кодификации МЧП. В настоящее время разработана целая система универсальных Гаагских, Брюссельских и Женевских конвенций, регулирующих отношения практически во всех областях МЧП. Основной недостаток большинства таких соглашений - их недостаточно представительный характер (например, в Венской конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. участвуют всего около 100 государств мира). Многие универсальные соглашения, принятые довольно давно, до сих пор не вступили в силу, так как не набрали необходимого количества участников. Значительно более успешна кодификация международного частного нрава, производимая посредством заключения международных конвенций регионального характера. В современном мире существует единственная межгосударственная кодификация МЧП на региональном уровне — это Кодекс Бустаманте 1928 г. (участники — государства Центральной и Южной Америки). Кодекс Бустаманте — это полномасштабная кодификация унифицированных региональных коллизионных норм, которые действуют и применяются судами всех государств-участников. Кодекс представляет собой до сих пор непревзойденную межгосударственную унификацию коллизионного права. В 60-х годах XX в. был создан Международный симпозиум по Кодексу Бустаманте — универсальная межправительственная международная организация, членами которой являются государства разных регионов (Польша, Австрия, Египет и др.). Региональные конвенции по вопросам сотрудничества в области МЧП заключаются в рамках различных международных организаций — например, Конвенция СНГ о правовой помощи 2002 г., конвенции Европейского совета (Конвенция об усыновлении детей 1967 г.). В рамках Европейского союза МЧП и вопросы сотрудничества в области правосудия включены в качестве «первоосновы» в компетенцию ЕС. В настоящее время разрабатывается Европейский процессуальный кодекс, предназначенный для применения как в национальном, так и в транснациональном процессе. Гаагской конференции по МЧП (Конвенция по вопросам гражданского процесса 1954 г. и др.). Международный институт по унификации частного права (УНИДРУА) подготовил Документы: Конвенция УНИДРУА о международном финансовом лизинге (г. Оттава, 1988 г.). Комиссия ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ). Документы: Конвенция о договорах международной купли-продажи товаров (г. Вена, 1980 г.) и др., Международная торговая палата (МТП). ИНКОТЕРМС (последняя редакция 2000 г.). ГК в соответствии с п. 4 ст. 15 Конституции указывает, что если «международным договором РФ установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены гражданским законодательством, применяются правила международного договора» — абз. 2 п. 2 ст. 7. Старейшей организацией в рассматриваемой области является Гаагская конференция по МЧП, созданная еще в XIX в. (переговоры по ее созданию были начаты по инициативе Италии в 1867 г., а первая официальная сессия была созвана правительством Нидерландов в Гааге в 1893 г.). Многие годы организация не имела постоянной основы, созывалась по инициативе правительств, а с 1955 г. стала постоянно действующей (в 1951 г. был принят Статут, который вступил в силу в 1955 г.). До 1917 г. Россия активно участвовала в работе созывавшихся сессий, но затем прекратила и не была участником организации. РФ (СССР) принимала участие в работе сессий (сессии проводятся раз в четыре, года) в качестве наблюдателя. Указом Президента РФ от 22 февраля 2001 г. Россия стала ее полноправным членом1. Основная задача Гаагской конференции —унификация правил международного частного права, прежде всего коллизионного, а также норм международного гражданского процесса. Наибольшее значение приобрели разработанные в рамках Гаагской конференции конвенции по гражданскому процессу. Прежде всего это относится к Конвенции по вопросам гражданского процесса 1954 г. (СССР присоединился к ней в 1966 г.). Конвенция об облегчении доступа к правосудию за границей 1980 г. Отметим также Конвенцию 1961 г. об отмене легализации иностранных официальных документов. Россия стала ее участником в 1992 г. Российская Федерация участвует в Конвенции по вопросам гражданского процесса 1954 г. и Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов, 1961 г. В 1926 г. в создана межправительственная международная организация — Международный институт по унификации частного права  в  Риме  (УНИДРУА).   Россия  как  правопреемница  СССР также является ее членом,. + Оттавская конвенция о международном финансовом лизинге 1988 г. (Россия присоединилась в 1998 г. + Парижская конвенция по охране промышленной собственности 1883 г. (СССР ратифицировал в 1965 г.); Бернская конвенция об охране литературных и художественных произведений 1886 г. (Россия присоединилась в 1994 г.); Мадридская конвенция о регистрации товарных знаков 1891 г. (СССР ратифицировал в 1980 г.); Всемирная конвенция об авторском праве 1952 г. (СССР ратифицировал в 1971 г.); Договор о патентной кооперации 1970 г. (СССР ратифицировал в 1977 г.) и др. В области международных расчетов действуют Женевские конвенции 1930 г. о простом и переводном векселе (СССР ратифицировал в 1935 г.) Большую работу по унификации норм международного частного права выполняют Конференция ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), Международная морская организация (ИМО), Международная организация гражданской авиации (ИКАО), Всемирная организация интеллектуальной собственности (ВОИС). Коллизионно-правовое регулирование отношений собственности в Российской Федерации. Коллизионные нормы российского права, относящиеся к праву собственности, ранее были сосредоточены в Основах гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г., а ныне — в третьей части ГК РФ. Ввиду того, что после вступления в силу третьей части ГК РФ нормы других актов, в частности, Основ ГЗ Союза ССР и республик 1991 г. должны будут применяться к отношениям, возникшим до 1 марта 2002 г., целесообразно остановиться на их содержании. Основы ГЗ закрепляют общий коллизионный принцип, свойственный праву если не всех, то преобладающего числа государств, — закон места нахождения вещи (lex situs): «право собственности на имущество определяется по праву страны, где это имущество находится» (п. 1 ст. 164). Однако в той же статье имеется п. 2, в силу которого уточняются общие положения: «Возникновение и прекращение права собственности на имущество определяются по праву страны, где это имущество находилось в момент, когда имело место действие и или иное обстоятельство, послужившее основанием для возникновения или прекращения права собственности, если иное не предусмотрено законодательством СССР». Это означает, что если право собственности на движимую вещь возникло на основании закона страны ее местонахождения, то при перемещении ее в СССР (Российскую Федерацию) оно не может автоматически прекратиться, даже если праву СССР и не известно подобное основание приобретения права собственности, за исключением тех случаев, когда это особо оговорено в советском (российском) законодательстве. Согласно п. 3 ст. 164 разрешается очень важный с практической стороны дела вопрос о переходе права собственности в рамках осуществления внешнеэкономической и иной деятельности международного характера. Согласно содержащемуся в нем регулированию «возникновение и прекращение права собственности на имущество, являющееся предметом сделки, определяется по праву места совершения сделки, если иное не установлено соглашением сторон». Следовательно, главным принципом служит автономия воли сторон. Если же контрагенты по сделке не избрали в договоре соответствующий правопорядок, то будет действовать закон места заключения сделки — lex loci contractus. Таким образом, в зависимости от подходов, зафиксированных в том или ином законодательстве, будет решаться вопрос перехода права собственности на движимое имущество, являющееся предметом сделки. Выше было показано некоторое разночтение в подобного рода ситуациях, свойственных праву ряда стран, и указывалось, в частности, что по законодательству России и некоторых других государств переход права собственности связывается с фактической передачей вещи (ст. 223 ГК РФ). Однако при этом необходимо разграничивать два правовых института: переход права собственности, находящийся в рамках вещного права, и переход риска случайной гибели вещи — категорию обязательственного права. Статья 459 ГК РФ устанавливает, что риск случайной гибели в договоре купли-продажи, если стороны не договорились об ином, переходит с продавца на покупателя в момент, когда в соответствии с законом или договором продавец считается исполнившим свою обязанность по передаче товара покупателю.Право собственности на имущество, находящееся в пути по внешнеэкономической сделке, определяется по праву страны, из которой это имущество отправлено (ч. 2 п. 3 ст. 164 Основ гражданского законодательства 1991 г.). В то же время в ряде случаев имеются международные договоры, в которых установлены материально-правовые нормы, которые предусматривают необходимое «прямое» регулирование. Например, в Общих условиях поставок стран — членов СЭВ 1968/1988 г., имеющих в ограниченной сфере отношений юридическое значение для российских хозяйственных организаций при осуществлении ими внешнеторговых поставок (в частности, в случае поставок между предприятиями Российской Федерации и Вьетнама), переход права собственности с продавца на покупателя, а также риска случайной утраты или случайного повреждения товара считается совершенным: при железнодорожных перевозках — с момента передачи товара с железной дороги страны продавца железной дороге, принимающей товар; в водных перевозках на условиях FOB, CIF или CAF (CFR — согласно Инкотермс-2000) — с момента перехода товара через борт судна в порту погрузки, в автомобильных перевозках — с момента принятия товара с транспортных средств продавца на транспортные средства покупателя, а если товар доставляется транспортными средствами продавца за государственную границу его страны, — с момента досмотра товара пограничной таможней страны, граничащей со страной продавца; при воздушных перевозках — с момента сдачи товара организации воздушного транспорта в стране продавца. Регулирование вещных отношений по поводу транспортных средств подчиняется в силу ч. 1 п. 2 ст. 164 Основ гражданского законодательства 1991 г. праву страны, где транспортное средство внесено в реестр. В случае предъявления собственником вещных требований о защите нарушенного права он может осуществить выбор того правопорядка, в соответствии с которым будет решаться спор по существу. Таковым может выступать право страны, где имущество находится, право страны, в суде которой заявлено требование, или право страны, в которой транспортное средство внесено в реестр (п. 4 ст. 164). Как видно, предоставленные законом возможности выбора правопорядка при заявлении требований в случаях нарушения права собственности распространяются и на другие категории вещей, а не только на транспортные средства. Тенденции будущего развития международного частного права, характерные для регулирования в данной сфере, достаточно различимы в третьей части ГК РФ, которая обладает рядом новелл. Прежде всего, в коллизионных нормах, касающихся вещных прав, впервые получило отражение такое основание возникновения права собственности, как приобретательная давность. В этом плане соответствующей привязкой является принцип lex situs — право страны, где имущество находилось в момент окончания срока приобретательной давности (п. 3 ст. 1206). Во-вторых, воздушные и морские суда, суда внутренненого плавания, космические объекты, подлежащие государственной регистрации, выделены в особую категорию вещей, к праву собственности в отношении которых, иным вещным правам, а также их осуществлению и защите применяется право страны, где эти суда и объекты зарегистрированы (ст. 1207). Соответственно, если стороны заключают договор по поводу движимого имущества, они вправе избрать применимый к их правам и обязанностям правопорядок. Выбор права в таком случае ограничивается определенными условиями. В частности, избранное право применяется к возникновению и прекращению права собственности и иных вещных прав на движимое имущество без ущерба для прав третьих лиц. Кроме того, соглашение сторон о выборе подлежащего применению права должно быть прямо выражено или должно определенно вытекать из условий договора либо совокупности обстоятельств дела (пп. 1, 2 ст. 1210) . Таким образом, сфера действия закона, избранного по соглашению сторон, существенно расширяется за счет санкционированного подчинения ему некоторых аспектов вещно-правовых, а не только обязательственных отношений, как это было ранее. В отношении имущества, внесенного в государственный реестр РФ, применяется российское право. Аналогичным образом к вопросам формы сделок в отношении недвижимого имущества, находящегося на территории РФ, внесенного в государственный реестр РФ, применяется право Российской Федерации. Форма сделок в отношении недвижимого имущества, находящегося за границей, подчиняется праву страны, где находится это имущество. По-прежнему генеральной коллизионной нормой в области права собственности и иных вещных прав в российском регулировании остается принцип lex situs. В силу этого содержание права собственности и иных вещных прав и их осуществление, принадлежность имущества к движимым или недвижимым вещам подчиняются праву страны местонахождения вещи (ст. 1205). Возникновение и прекращение права собственности и иных вещных прав на имущество определяется по праву страны, где это имущество находилось в момент, когда имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для возникновения либо прекращения права собственности и иных вещных прав. Исключение составляют случаи, когда законодательством Российской Федерации предусматривается иное. К подобной категории случаев может быть отнесена ситуация, решенная в ГК, когда возникновение и прекращение права собственности и иных вещных прав на движимое имущество, являющееся предметом сделки, может устанавливаться по закону, избранному соглашением сторон. Если такой выбор не произведен, будет действовать привязка к правопорядку места отправки товара, если иное не предусмотрено законом (п. 2 ст. 1206). Привязка к праву страны отправки товара, если иное не установлено соглашением сторон по сделке или законом, предусматривается в целях разрешения вопросов права собственности и иных вещных прав в отношении движимого имущества, находящегося в пути, и в принципе совпадает с регулированием, закрепленным в Основах гражданского законодательства. Оценивая зафиксированные в третьей части ГК РФ подходы к коллизионному регулированию, следует отметить, что они аналогичны по содержанию правилам, разработанным в Модельном гражданском кодексе стран СНГ. Исходя из этого, впоследствии при принятии в странах-участницах нового гражданского законодательства либо обновлении соответствующих его разделов можно ожидать достаточно высокой степени единообразия действующих в этих государствах правовых норм, поскольку каждый из правопорядков неизбежно должен отражать регулирование, предложенное в Модельном кодексе, в том числе и в области отношений собственности, лежащих в сфере международного оборота. Права иностранцев на промышленную собственность в Российской Федерации. Права российских граждан за рубежом. Право промышленной собственности подразделяется на правовую охрану изобретений, товарных изобретений и промышленных образцов и на правовую охрану средств индивидуализации участников гражданского оборота и производимой ими продукции, работ и услуг. Как и любые объекты интеллектуальной собственности обладают территориальностью, т.е. они охраняются только в пределах территориального государства, в котором она возникла. Причем территориальный характер промышленной собственности проявляется более жестко, чем в сфере авторского права. Если авторские права возникают в силу самого факта создания произведения, то право на объект возникает в силу получения патента/свидетельства. Такой документ имеет силу в пределах того государства, где он выдан. Для того чтобы объект пользовался охраной в другой стране, его следует зарегистрировать там и получить охранный документ. Территориальный характер порождает проблему: для выдачи патента в большинстве требуется новизна, а если объект уже зарегистрирован в др. государстве. Единственным приемлемым способом обеспечить охрану за рубежом оказывается участие государства в международных договорах по охране промышленной собственности. Основной документ – Парижская конвенция об охране промышленной собственности 1883 г. в редакции Стокгольмского акта 1967 г. (на 2002 г. в ней участвовало 162 государства, в т.ч. и РФ). Этот документ не преодолевает территориального характера охраны объектов промышленной собственности, не создает единой системы международной регистрации этих объектов. Она прямо устанавливает принцип независимости регистрации и охранных документов (права на объект существуют отдельно и независимо друг от друга в разных государствах мира). Содержит ряд правил, имеющих основополагающее значение для международной охраны любых объектов промышленной собственности. 1) граждане и ЮЛ пользуются на территории любого-государства члена национальным режимом + правами, специально предусмотренными конвенцией. 2) правила о приоритете (лицо которое подало заявку на регистрацию в любой из стран Парижского союза, имеет преимущественное положение на регистрацию этого объекта в течение определенных сроков). Для патентов и полезных моделей - 12 месяцев, для промышленных образцов и товарных знаков – 6 месяцев. 3 универсальных договора, создающих систему международной регистрации товарных знаков и знаков обслуживания: мадридское соглашение о международной регистрации знаков 1891 г. в редакции Стокгольмского акта 1967 г. (учреждает Специальный союз по международной регистрации знаков. На 2002 г. в нем участвовало 52 государства, в т.ч. РФ), Протокол к мадридскому соглашению о международной регистрации знаков 1989 г., договор о регистрации товарных знаков 1973 г. Лиссабонское соглашение 1958 г. устанавливает систему международной регистрации мест происхождения товаров, сходную с Мадридским соглашением. Мадридское соглашение о пресечении ложных или вводящих в заблуждение указаний происхождения. Договор о законах по товарным знакам 1994 г. (на 2002 г. участвует 28 государств, в т.ч. и РФ). Патентный закон РФ 1992 г. Билет № 15 Обычай как источник международного частного права. Обычаи – это правила, которые сложились давно, систематически применяются, хотя нигде не зафиксированы. Этим обычаи отличаются от норм права. Обычаи в качестве источника МЧП:   Международные обычаи, основанные на последовательном и длительном применении одних и тех же правил, доктрина и практика рассматривают в качестве источников МЧП.    Международные обычаи характеризуются тем, что они носят неписанный характер, их нормативное содержание формируется на протяжении более или менее длительного периода времени, служащего доказательством «всеобщей практики», отражающейся в правоприменительной практике: в решениях международных судебных и арбитражных органов, в резолюциях международных организаций. Данные документы выступают в качестве подтверждения существования международного обычая в целом или наличия его отдельных элементов.   Обычаи, в основе которых лежат принципы суверенитета и равенства государств, обязательны для всех стран; что же касается других обычаев, то они обязательны для того ли иного государства в случае, если они им в какой-то форме признаны. Правовое регулирование иностранных инвестиций В Российской Федерации. Иностранные инвестиции - это материальные и нематериальные ценности, принадлежащие юридическим и физическим лицам одного государства и находящиеся на территории другого государства с целью извлечения прибыли. 2 уровня правового регулирования: 1) международный. Конвенция о порядке разрешения инвестиционных споров между государствами и иностранными лицами (Разрешение споров путем примирительной процедуры либо арбитражного производства). Конвенция об учреждении Многостороннего агентства по гарантиям инвестиций (Страхование от некоммерческих рисков: риск, связанный с переводом валют; риск экспроприации, риск гражданских беспорядков. Нарушение условий договора  правительством принимающего государства). Соглашение стран СНГ «О сотрудничестве в области инвестиционной деятельности». Есть двусторонние Соглашения о поощрении и взаимной защите капиталовложений. Есть двусторонние соглашения об избежании двойного налогообложения. 2) внутригосударственный в РФ. Особенностью инвестиционного законодательства оно не применяет коллизионный способ регулирования и его нормы прямо регулируют отношения между иностранным частным инвестором и государством. Закон «Об инвестиционной деятельности в РСФСР» 1991 г., утратил силу в части норм, противоречащих ФЗ «Об иностранных инвестициях» 1999 г. ФЗ «О соглашениях о разделе продукции» 1995 г. Закон 1999 г. понимает под иностранными инвестициями вложение иностранного капитала в объект предпринимательской деятельности на территории РФ в виде объектов гражданских прав, (не изъяты из оборота или не ограничены в обороте в РФ) принадлежащих иностранному инвестору, в том числе денег, ценных бумаг (в иностранной валюте и валюте РФ), иного имущества, имущественных прав, имеющих денежную оценку исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, а также услуг и информации. ФЗ «Об особых экономических зонах в РФ» 2005 г. Особая экономическая зона - определяемая Правительством РФ часть территории РФ, на которой действует особый режим осуществления предпринимательской деятельности. ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» 2003 г. При национальном режиме иностранные инвесторы равны с национальными, за некоторым исключением. При режиме наибольшего благоприятствования всем иностранным инвесторам предоставляются равные условия. Привилегированный режим (режим преференций) предоставляет льготы в отдельных отраслях экономики. Закон 1999 г., так же как и Закон 1991 г., предусматривает в исключительных случаях возможность национализации иностранной собственности с выплатой адекватной и своевременной компенсации. Лицензионные договоры в международном торговом обороте: понятие, виды, содержание. По лицензионному договору владелец изобретения передает другому лицу право пользоваться этой собственностью. Владелец в данном случае обычно именуется лицензиаром, а тот, кто получает право пользования, - лицензиатом. Жесткой классификации лицензионных договоров не существует. Тем не менее по некоторым признакам их можно отнести к тому или иному типу. Лицензионные договоры делятся по: а) объему передаваемых прав: с исключительной лицензией (владелец интеллектуальной собственности в полном объеме предоставляет лицензиату все права пользователя без каких-либо ограничений, на весь срок действия охранного документа. Лицензиар при этом лишается права заключать на аналогичных условиях договоры с третьими лицами); с неисключительной лицензией (лицензиар может дальше использовать этот объект на собственном производстве или предавать на него права неограниченному числу пользователей. По такому договору лицензиат может оформить сублицензию только с разрешения лицензиара); с открытой лицензией (Лицензионный договор с открытой лицензией предоставляет возможность свободно пользоваться объектом интеллектуальной собственности любому лицу. Чтобы заключить договор с открытой лицензией, патентообладатель должен подать в Патентное ведомство заявление. Это заявление публикуется. Лицо, которое хочет использовать заявленный объект, может просто заключить с патентообладателем договор о платежах). б) тому, будет ли лицензия оплачиваться: возмездные и безвозмездные. в) местонахождению участников договора: внутренние и МЕЖДУНАРОДНЫЕ (Если участники лицензионного договора находятся в РФ - это внутренний договор. А если такой договор заключают представители и других стран, то тогда это уже международное лицензионное соглашение. В этом случае необходимо руководствоваться не только российским законодательством, но и нормами международного права). г) добровольности передачи прав по лицензии. Ст. 1211 ГК. При отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан (право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора). Такой стороной признается лицензиар - в лицензионном договоре. Ст.13 Патентного закона РФ 1992 г. «предоставление права на использование изобретения, полезной модели, промышленного образца». Ст. 22, 26 Закона «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» 1992 г. Использованием товарного знака считается применение его на товарах, для которых товарный знак зарегистрирован, и (или) их упаковке правообладателем или лицом, которому такое право предоставлено на основе лицензионного договора. Билет № 16 Место lex mercatoria в регулировании трансграничных отношений. Участие невластных субъектов в его формировании. В так называемом праве международной торговли большую роль играют обычаи и обыкновения, а также применительно к отношениям конкретных субъектов между собой — заведенный порядок, или устоявшаяся практика отношений. Право международной торговли следует отличать от международного торгового права, которое квалифицируется как подотрасль международного экономического права, входящая в состав международного публичного права и, таким образом, регулирует отношения межгосударственные либо таковые между субъектами, производными от государств, и иными субъектами международного права. Под правом международной торговли понимают совокупность норм (обычно-правового происхождения, национальных норм законодательства отдельных государств, а также международных договоров), которые действуют в сфере осуществления международной торговли в широком смысле (т.е. в области отношений, во-первых, выходящих за рамки собственной национальной юрисдикции, и во-вторых, относящихся не только к торговым связям, но и вообще к международному хозяйственному обороту). В самом общем плане категория «право международной торговли» иногда используется как синоним правового режима международных торговых отношений, в который включаются и публично-правовые, и частноправовые предписания, касающиеся международной торговли. Вместе с тем распространенное ныне в мировой практике понимание права международной торговли подразумевает наличие в нем прежде всего норм частноправового характера. Вопрос о содержании права международной торговли возник в связи с созданием Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ) в 1966 г., целью которой, согласно резолюции ГА ООН, является содействие прогрессивной гармонизации и унификации права международной торговли и распространения информации в этой области. В докладе Генерального секретаря ООН на XXI сессии Генеральной Ассамблеи 1966 г. в связи с принятием решения об учреждении ЮНСИТРАЛ указывалось, что право международной торговли есть «совокупность норм, регулирующих торговые отношения частноправового характера, затрагивающие различные страны». Наиболее традиционные сферы, которые в соответствии с данным документом относятся к праву международной торговли, — это международная купля- продажа, страхование, перевозка товаров различными видами транспорта, оборотные документы, интеллектуальная собственность, торговый арбитраж и т.д. Кроме того, право международной торговли подразумевает как материально-правовые, так и коллизионные нормы, как нормы международных договоров, так и предписания внутригосударственного права. В таком аспектеправо международной торговли не содержит национальных положений государственно-правового или административно-правового характера, направленных на формирование системы правового регулирования, обеспечение механизмов управления и определение общих принципов правовой регламентации внешнеэкономической деятельности (квотирование, лицензирование, таможенное и тарифное регулирование и т.д.), а также правил международных договоров, которые регулируют соответствующие отношения между государствами и устанавливают корреспондирующие этому обязанности в данной области, поскольку они не относятся к частному праву. Возможна и более узкая трактовка понятия «право международной торговли», которая иногда встречается в зарубежной правовой литературе и сводит его, в частности, к международным конвенциям и типовым законам, разрабатываемым на международном уровне различными международными органами и организациями в целях унификации национально-правовых норм в области международной торговли, а также к торговым обычаям. Имея в виду именно частноправовую природу права международной торговли, некоторые авторы рассматривают его как подотрасль международного частного права. В последние годы в научный обиход и практику международной торговли прочно вошло понятие lex mercatoria (буквально — «торговцев», «право купцов»), которым большей частью принято обозначать некую автономность, обособленность регламентации международных торговых сделок от каких-либо национальных систем правового регулирования. В теории lex mercatoria получили отражение существующие тенденции и результаты взаимодействия права с его материальной основой в части международных экономических (преимущественно торговых в широком смысле слова) отношений, конкретно — растущая динамика мирохозяйственных связей и определенное отставание развития национального законодательства, обеспечивающего их регулирование. Кроме того, появление lex mercatoria, мыслящегося как «вненациональный» комплекс правовых и неправовых норм, призванных обеспечивать необходимое регулирование международных торговых операций, должно было бы снять определенное противоречие между международным характером таких операций и регламентацией их преимущественно внутригосударственными средствами. В рамках самого общего подхода к истории возникновения данной теории lex mercatoria может быть датирована 50—60-ми гг. XX столетия, хотя сам рассматриваемый термин активно использовался много раньше. В эпоху средневековья под ним понималось право купеческого сословия и обычаи, которые распространяли свое действие за пределы национальных государств. В 20-х гг. XX в. lex mercatoria было средством фиксирования в деловом обороте практикуемых элементов саморегулирования со стороны его участников. Теория lex mercatoria не имеет однозначно понимаемого всеми содержания. Ее последователи (Б. Голдман, А. Голдштейн, Ф. Кан, Ф. Фушар, К. Шмитхофф) не всегда даже придерживаются этого термина и порой оперируют такими категориями, как «транснациональное право», «вненациональное право» (Шмитхофф, Фушар) и др. К составляющим lex mercatoria элементам иногда относят нормы международного публичного права, унифицированные акты, общие принципы права, рекомендательные нормы документов международных организаций, обычаи и обыкновения, арбитражные решения (О. Ландо), причем большей частью, помимо международных конвенций, в lex mercatoria включают модельные законы, разрабатываемые в международном масштабе для целей использования при выработке актов национального законотворчества, а также обычаи международной торговли, которые трактуют нетрадиционно широко, подразумевая в том числе и торговые (деловые) обыкновения, типовые договоры (контракты), общие условия, всевозможные своды единообразных правил и проч. Важно подчеркнуть, что концепция lex mercatoria при всем многообразии интерпретации ее содержания все-таки имеет во всех случаях общий стержень. Это прежде всего выведение права международной торговли за рамки какой- либо конкретной правовой системы, будь то международная или национальная, с одной стороны, включение в его состав предписаний неправового характера, с другой стороны. Наконец, это отказ от традиционных коллизионных принципов как основного инструментария МЧП и замена их «вненациональными», «автономными» средствами регулирования внешнеэкономических связей и разрешения возникающих в этой сфере споров. Необходимо подчеркнуть, что далеко не все страны разделяют доктрину lex mercatoria как регулирующую систему. Например, в практике Российской Федерации отношение к lex mercatoria подкрепляется соответствующими правовыми нормами. Закон Российской Федерации «О международном коммерческом арбитраже» 1993 г. прямо устанавливает: «Любое указание на право или систему права какого-либо государства должно толковаться как непосредственно отсылающее к материальному праву этого государства...» (п. 1. ст. 28). Негосударственные средства регулирования. Рост масштабов осуществления сделок международного характера (внешнеэкономических операций) диктует необходимость типизации условий некоторых из них, относящихся к отдельным сферам торговли или видам договоров. В рамках международных органов и организаций, будь то межгосударственные или неправительственные, разрабатывается немало документов рекомендательногохарактера, предназначенных облегчить осуществление коммерческой деятельности на международных рынках, содействовать развитию международной торговли в широком смысле слова. Большую известность получили документы указанного рода, не обладающие юридически обязательной силой, которые созданы Международной торговой палатой в Париже. Назовем наиболее значительные акты. Помимо «Инкотермс» и «Trade Terms» (сборника торговых обычаев), МТП инициировала, разработала и в ряде случаев предприняла обновление документов, представляющих собой унифицированные правила: Унифицированные правила по договорным гарантиям 1978 г. (публикация МТП No 325), Унифицированные правила для гарантий по первому требованию 1992 г. (публикация МТП No 458), Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов 1993 г. (вступили в силу с 1 января 1994 г., публикация МТП No 500), Унифицированные правила ICC для межбанковского рамбурсирования по документарным аккредитивам от 1 июля 1996 г. (публикация МТП No 520), Унифицированные правила по инкассо 1995 г. (публикация МТП No 522, вступили в силу с 1 июня 1996 г.). Интересно отметить, что украинский закон «О внешнеэкономической деятельности» от 16 апреля 1991 г. непосредственно устанавливает, что субъекты гражданско-правовых отношений в международной сфере «при составлении контрактов имеют право использовать известные международные обычаи, рекомендации международных органов и организаций, если это не запрещено прямо и в исключительной форме настоящим и иными законами Украинской ССР» (ст. 6). Другой разновидностью средств негосударственного регулирования выступают типовые контракты, проформы, общие условия, разрабатываемые как участниками международного хозяйственного оборота, их ассоциациями и объединениями, так и международными организациями. Например, Европейская экономическая комиссия (ЕЭК) ООН подготовила несколько десятков документов рассматриваемого типа, включая общие условия экспортных контрактов на поставку машин и оборудования (Общие условия экспортных поставок машинного оборудования 1955 г. — Документ No 574, применяемые наряду с более ранним документом No 188 — Общими условиями контрактов на поставку оборудования и машин для экспорта), их монтаж и шефмонтаж, на экспорт потребительских товаров длительного пользования, купли-продажи отдельных видов товаров (пиломатериалов, твердого топлива, зерновых, картофеля, сушеных фруктов, цитрусовых и проч.). Иногда типовые контракты и общие условия создаются в рамках профессиональных международных ассоциаций. Всемирно известны, например, общие условия и типовые положения контрактов на производство общестроительных и инжиниринговых работ, разработанные ФИДИК — Международной федерацией инженеров-консультантов. ОРГАЛИМ — Организацией по координации европейской металлообрабатывающей промышленности подготовила примерные договоры о передаче ноу-хау и патентной лицензии. Международная ассоциация дилеров по сделкам «своп» и операциям с производными ценными бумагами (ISDA) рекомендовала заключение контрактов на условиях Генерального соглашения о мультивалютных трансграничных операциях 1992 г. Помимо этого, в практике международной торговли и связанных с ней областях существуют и находят применение документы, способствующие более рациональному согласованию контрактных условий. К ним относятся, в частности, разнообразные руководства по составлению гражданско-правовых договоров, подготовленные ЕЭК ООН: Руководство по выработке договоров о международной передаче производственного опыта и знаний в машиностроении, Руководство по составлению международных договоров о промышленном сотрудничестве, Руководство по составлению договоров на сооружение промышленных объектов, Руководство по международным договорам о встречной торговле, Руководство по международным компенсационным договорам и т.д. Все приведенные категории документов являются рекомендательными по своей правовой природе. Юридическую силу такие акты приобретают только при наличии на них ссылки в контрактах либо при непосредственном их использовании в качестве проформы при заключении гражданско-правового договора. Применение соответствующих моделей, созданных для использования в реальной экономической жизни, оказывает действенное унифицирующее влияние на развитие права международной торговли и связанных с ней областей. Например, таково назначение Типового закона ЮНСИТРАЛ о закупках товаров, строительных работ и услуг 1994 г., Типового закона ЮНСИТРАЛ о международных кредитных переводах 1992 г., Типовой закон ЮНСИТРАЛ по электронной торговле 1996 г. и др. Нередко решения, содержащиеся в правовых моделях негосударственного регулирования (проформах, общих условиях и типовых контрактах), получают воплощение в принимаемых конкретными государствами актах национального права или заключаемых международно-правовых соглашениях. Указанные в настоящем разделе общие условия следует отличать от нормативных общих условий (многосторонних и двусторонних), являющихся по юридической природе международными договорами (см. § 1 гл. 23). Международно-правовое регулирование иностранных инвестиций. А. Международно-правовое регулирование. Отчетливой тенденцией в общественном развитии современной эпохи выступает интернационализация хозяйственного оборота, обусловившая активизацию процессов движения капиталов, товаров и услуг через государственные границы. Результатом интеграции стало всевозрастающее многообразие форм деятельности правосубъектных образований за пределами собственных национальных государств. Наиболее характерными сферами деловой активности в сегодняшнем мире является вложение материальных и финансовых ресурсов, техники и технологии, управленческого опыта в экономику зарубежных государств в целях более эффективного их использования как инвесторами, так и принимающими государствами, производственно-кооперационные и собственно торговые операции широкого спектра. Правовое регулирование иностранных инвестиций строится на сочетании международно-правового и национально-правового элементов. Международно- правовое регулирование включает различные категории международных соглашений: многосторонние универсальные, региональные и двусторонние. В числе многосторонних соглашений, получивших значительный резонанс в мире, следует назвать Вашингтонскую конвенцию об урегулировании инвестиционных споров между государствами и национальными субъектами права иных государств от 18 марта 1965 г., которая вступила в силу 14 октября 1966 г., и Сеульскую конвенцию о об учреждении Многостороннего агентства по гарантиям инвестиций 1985 г., вступившую в силу 12 апреля 1988 г. Благодаря этой Конвенции система государственного и частного страхования дополняется международной системой страхования иностранных инвестиций, основанной на многостороннем сотрудничестве государств. Создаваемое в соответствии с рассматриваемым международным соглашением Агентство по гарантиям инвестиций (МИГА) имеет функцией заключение договоров страхования и перестрахования некоммерческих рисков, которым могут подвергаться иностранные инвестиции стран—участниц Конвенции. Агентство вправе производить дополнительные ассигнования в целях расширения деятельности по обеспечению притока инвестиций в развивающиеся страны— участницы договора, которые рассматриваются в качестве таковых для целей Конвенции. В Конвенции содержатся понятия гарантий, инвестиций, подпадающих под гарантии, инвестора, подпадающего под гарантии,содействия капиталовложениям (ст. 12—13). В качестве форм содействия капиталовложениям Конвенция рассматривает распространение информации о возможностях капиталовложений в развивающихся странах-членах, предоставление технических консультаций и помощи для улучшения инвестиционных условий на территории данного участника, заключение соглашений с перспективными с точки зрения принятия инвестиций странами, в силу которых будут обеспечиваться в отношении гарантируемых Агентством инвестиций режимы, не менее благоприятные, чем те, которые уже предоставлены таким государством-членом инвестициям других агентств или государств, пользующихся режимом наибольшего благоприятствования. Наряду с этим Агентство способствует мирному урегулированию споров между инвесторами и принимающими странами. В этой части Сеульская конвенция дополняет регулирование, содержащееся в ашингтонской конвенции, которая предусматривает для отдельной категории инвестиционных споров — между государством и национальными субъектами права других государств — создание Международного центра по урегулированию инвестиционных споров при Международном банке реконструкции и развития. В компетенции Центра «находится разрешение правовых споров, возникающих непосредственно из отношений, связанных с инвестициями между Договаривающимся государством (или любым уполномоченным органом Договаривающегося государства, о котором сообщено Договаривающимся государством Центру) и лицом другого Договаривающегося государства, при условии наличия письменного согласия участников о передаче такого спора для разрешения Центру. Стороны, достигшие такого согласия, не вправе отказаться от него в одностороннем порядке» (ст. 25). Среди современных документов международно-правового характера, принятых в последние годы и не столь активно освещаемых в отечественной юридической литературе, присутствует Соглашение по связанным с торговлей инвестиционным мерам (ТРИМС), принятое 15 апреля 1994 г. в рамках Уругвайского раунда переговоров государств—участников ВТО, явившееся результатом достижения договоренности между странами—экспортерами капитала об устранении препятствий на путях осуществления инвестиций в широких международных масштабах. Оно направлено на закрепление обязательств государств—участников по неприменению в инвестиционных отношениях мер, сковывающих международную торговлю, а также установление в договорном порядке перечня подобных мер. Соглашение конструируется как средство содействия либерализации мировой торговли, расширения потоков иностранных инвестиций для целей ускорения экономического роста торговых партнеров, в том числе развивающихся стран— членов ВТО. В соответствии с положениями ст. 2 ТРИМС его участники приняли на себя обязательства воздерживаться от мер, не совместимых с положениями, зафиксированными в ГАТТ-94, относящимися к принципу национального режима, запрета количественных ограничений в торговле. Например, из числа недопустимых согласно содержанию документа мер можно назвать требование, касающееся «потребления местного компонента», т.е. закупки или использования в процессе производства предприятием с иностранным участием конкретных товаров отечественного происхождения в определенных объемах, или требование об ограничении импорта товаров для целей производства посредством увязки его с объемом валютных поступлений на счет данного предприятия и др. Вместе с тем Соглашение не исключает использование государствами в инвестиционной политике и правовом регулировании таких связанных с торговлей инвестиционных мер, как положения рестрикционного характера, обусловленные соображениями национальной безопасности, здоровья населения и т.д. (ст. 3). Однако, поскольку участие большинства государств мира в вышеназванных международных договорах не является подавляющим, правовое регулирование взаимных отношений по иностранному инвестированию осуществляется на двусторонней основе. Ведущие страны Запада широко прибегают к использованию двусторонних соглашений о взаимной защите и поощрении иностранных капиталовложений в отношениях с развивающимися странами. Практика осуществления таких отношений выработала в ряде случаев достаточно известные образцы регулирования тех или иных сторон подобного рода взаимоотношений. Так, наименьшую критику с юридической точки зрения вызывает понятие «иностранные инвестиции», сконструированное в договорах Швейцарии с зарубежными государствами по рассматриваемому вопросу и характеризующееся достаточной полнотой. «Иностранные инвестиции — это любые виды активов, в том числе, однако, не исключительно: движимая и недвижимая собственность, равно как и другие вещные права, а именно закладные, право удержания имущества до уплаты долга, залоги, узуфрукты и аналогичные права; акции и другие виды долей и участия в компаниях; права требования денежного исполнения и другие права, имеющие материальную ценность; авторские права, права на промышленную собственность, ноу-хау, фирменные наименования, торговые марки и деловая репутация фирмы; производственные концессии публичного права, включая концессии на поиск и разработку полезных ископаемых». Российская Федерация также активно использует двусторонние инструменты решения вопросов правового положения иностранных инвесторов на своей территории и собственных инвесторов в зарубежных странах. Подобные соглашения имеются у Российской Федерации как на основе правопреемства, так и в порядке их заключения в качестве самостоятельного субъекта международного права со многими государствами Европы, Азии и Латинской Америки: Великобританией, США, ФРГ, Швейцарией, Испанией, Канадой, Францией, Бельгией, Нидерландами, Италией, Австрией, Турцией, Кореей, Китаем, Финляндией, Индией и др. В практике международных отношений к иностранным инвестициям традиционно применяется 2 режима — режим наибольшего благоприятствования и национальный режим. В соответствии со ст. 4 закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации», ст. 2 ГК РФ, другими российскими правовыми актами правовой режим деятельности иностранных инвесторов и использования полученной от инвестиций прибыли не может быть менее благоприятным, нежели правовой режим деятельности и использования полученной от инвестиций прибыли, предоставленный российским инвесторам, за изъятиями, устанавливаемыми федеральными законами. Иными словами, в правовых актах РФ закреплен национальный режим. На основе обобщения предшествующей международно-правовой практики в Российской Федерации разработан Типовой проект соглашения между Правительствам РФ и правительствами иностранных государств о поощрении и взаимной защите капиталовложений, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 11 июня 1992 г., который имеет целью создать примерные рамки правового регулирования, относящегося к режиму иностранных инвестиций, устанавливаемому заключаемым международным договором с конкретным государством. В частности, предлагаются следующие формулировки в отношении основ правового положения иностранных инвесторов: «Каждая из договаривающихся сторон будет обеспечивать на своей территории капиталовложениям инвесторов другой стороны и их деятельности справедливый и равноправный режим, исключающий применение мер дискриминационного характера». Упомянутый режим «не будет менее благоприятным, чем режим, который предоставляется капиталовложениям собственных инвесторов или инвесторов любого третьего государства». «Каждая из договаривающихся сторон оставляет за собой право определять отрасли и сферы деятельности, в которых исключается или ограничивается деятельность иностранных инвесторов». При этом режим наиболее благоприятствуемой нации, предоставляемый в соответствии с договором, не будет распространяться на преимущества, которые договаривающаяся сторона предоставляет или предоставит в будущем в связи с участием в зоне свободной торговли, таможенном или экономическом союзе, на основе соглашения об устранении двойного налогообложения или других договоренностей по вопросам налогообложения и т.д. (см. об этом в разделе «Принцип наибольшего благоприятствования»). Следовательно, предоставление национального режима, предусматриваемое международными соглашениями Российской Федерации, заключенными с другими государствами в области иностранных капиталовложений, не исключает введение определенных ограничений в соответствующих сферах, формах и видах деятельности. Изъятия могут вводиться и в целях обеспечения национальной безопасности, общественного порядка, осуществления государственной монополии на производство и обращение некоторых видов товаров. Российская Федерация, как отмечалось выше, на настоящем этапе имеет международные соглашения о защите инвестиций с большинством ведущих развитых стран: Австрией (от 8 февраля 1990 г.), Бельгией и Люксембургом (от 9 февраля 1989 г.), Великобританией (от 6 апреля 1989 г.), Германией (от 13 июня 1989 г.), Испанией (от 26 октября 1990 г.), Италией (от 30 ноября 1989 г.), Канадой (от 20 ноября 1989 г.), Китаем (от 21 июля 1990 г.), Нидерландами (от 5 октября 1989 г.), США (от 3 апреля 1992 г.), Финляндией (от 8 февраля 1989 г.), Францией (от 5 июля 1989 г. с учетом обмена письмами от 6 февраля 1992 г.), Швейцарией (от 1 декабря 1990 г.) и др. В рассматриваемых международно-правовых соглашениях содержатся ключевые понятия, важные для точности и полноты правового регулирования: «инвестор», «капиталовложения», «национальная принадлежность иностранного юридического лица», являющегося инвестором, «режим иностранных инвестиций» и т.д. К капиталовложениям соглашения относят, как правило, имущество, здания, сооружения, оборудование, иные материальные ценности; денежные средства, акции и другие формы участия; права требования по денежным средствам, которые вкладываются для создания материальных ценностей; объекты интеллектуальной собственности — авторские права, права на изобретения, технологию, ноу-хау, промышленные образцы и товарные знаки; иные имущественные ценности, которые признаются капиталовложениями в соответствии с законодательством страны, на территории которой они осуществлены. В некоторых случаях в понятие «капиталовложения» включается и право на разведку, разработку, добычу и эксплуатацию природных ресурсов (соглашения с ФРГ, Великобританией). Международные договоры в данной области специально оговаривают формы неприкосновенности и гарантий защиты взаимных капиталовложений от таких мер государства-реципиента, как, например, национализация, экспроприация, реквизиция и конфискация. В частности, они фиксируют в качестве общего подхода к регулированию обязанностей государств-партнеров обязательство воздерживаться от подобных действий (соглашения с Финляндией, Испанией). Вместе с тем нельзя рассматривать в качестве содержания этого обязательства отказ от экспроприации в принципе, поскольку соглашения допускают возможность национализации и экспроприации, с соблюдением, однако, ряда императивных требований, в том числе и по выплате компенсации. Важно подчеркнуть, что международно-правовые договоры содержат более подробное регулирование соответствующих отношений, нежели это имеется во внутригосударственных актах, скажем, России. Вопрос о государственных гарантиях и защите капиталовложений — один из основополагающих в сфере как национально-правового, так и международно- правого регулирования иностранных инвестиций. Наряду с обязательством государства не прибегать к национализации, кроме как в исключительных случаях, к тому же только тогда, когда этого требуют общественные интересы, и обязанностью, кроме того, выплатить при подобных обстоятельствах «быструю, адекватную и эффективную компенсацию», нередко в соответствующие акты включаются положения rebus sic standibus — оговорка о неизменности обстоятельств. Например, первые акты Казахстана в области инвестиций, принятые после провозглашения суверенитета, — закон от 30 ноября 1990 г. «О свободных экономических зонах в Казахской ССР» и закон от 7 декабря 1990 г. «Об иностранных инвестициях в Казахской ССР» устанавливали, что, во-первых, Казахская ССР гарантирует соблюдение прав и законных интересов граждан СССР, Казахской ССР и иностранных граждан, предприятий, объединений и организаций, действующих на территории свободной экономической зоны; во-вторых, национализация государством имущества, принадлежащего перечисленным субъектам, в общем порядке осуществляющим инвестиции или действующим на территории СЭЗ, не допускается; в-третьих, убытки, причиненные гражданам СССР, Казахской ССР и иностранным гражданам, предприятиям, объединениям и организациям в результате необоснованного вмешательства в их деятельность государственных и иных органов либо должностных лиц, подлежат возмещению этими органами. Закон Казахстана «Об иностранных инвестициях» от 19 июня 1995 г. вводит так называемую стабилизационную оговорку, устанавливая, что в случае ухудшения положения иностранного инвестора в результате изменения законодательства в течение 10 лет будет применяться регулирование, действовавшее в момент осуществления инвестиций, а по долгосрочным (свыше 10 лет) инвестиционным контрактам, заключенным с государственными органами и организациями, — до окончания срока действия договора, если последним не предусмотрено иное. Условия стабилизационного характера в инвестиционных отношениях могут иметь различные формы и содержание. Помимо выражения в материально- правовых нормах, как показано выше, иногда они включены в коллизионно- правовое регулирование. Так, Римской конвенцией о праве, применимом к договорным обязательствам, предоставлены различные возможности выбора сторонами права на основе автономии воли. В частности, в области инвестиционных контрактов между государством и частным инвестором предусматривается стабилизационная — «дедушкина» — оговорка, «замораживающая» действие норм избранного правопорядка на момент выбора. Кроме того, государство может согласиться на соблюдение условий договора в таком объеме, форме и содержании, как это было определено в момент его заключения, либо исполнять договор невзирая на последующие изменения в законодательстве. Однако следует заметить, что в рамках анализа предписаний ст. 3 Римской конвенции подобные суждения вызывают дискуссии. В то же время метод «отложенного выбора» права допускается Конвенцией безоговорочно. Он состоит в том, что сторонам или стороне контракта предоставляется возможность выбора правопорядка какого-либо государства на более поздних этапах от момента заключения договора в зависимости от наступления каких-либо событий, скажем, возникновения спора. Конвенция о защите прав инвестора 1997 г. стран СНГ в свою очередь предусматривает, что в случае, если после вступления настоящей Конвенции в силу, сторонами будут изменены законодательные нормы, касающиеся инвестиций, которые, по мнению одной или нескольких заинтересованных сторон, ухудшают условия и режим инвестиционной деятельности, этот вопрос может быть внесен на рассмотрение Экономического суда Содружества Независимых Государств и/или иных международных судов или международных арбитражных судов (ст. 5). Существенным элементом в сфере правового регулирования, охватываемой соглашениями, является проблема разрешения инвестиционных споров. При этом сохраняется дифференциация межгосударственных споров (т.е. споров, возникающих между участниками межгосударственного договора в связи с его исполнением) и гражданско-правовых — между инвестором и принимающим государством, между иностранными инвесторами, а также между национальными и иностранными участниками инвестиционной деятельности. Принципиальным положением в этой части является предусматриваемый соглашениями порядок арбитражного (третейского) разбирательства подобного рода разногласий. Б. Национально-правовое регулирование. Масштабы присутствия на территории конкретной страны иностранных юридических лиц в предпринимательских целях в существеннейшей мере зависят от уровня благоприятствования в приеме зарубежного бизнеса, который создан соответствующими правовыми предписаниями, действующими в рассматриваемых областях в отдельно взятом государстве, — иными словами, конкретно от того режима, что предоставлен иностранным гражданам и юридическим лицам на данной территории. Именно он определяет их правовое положение в целом. Национально-правовое регулирование вложения иностранных средств в отечественную экономику конкретной страны может осуществляться либо пакетом нормативных актов, либо единым комплексным документом, специально посвященным этому блоку отношений. Для многих из ведущих западных стран достаточно типично строить национально-правовое регулирование не на специальном законодательстве по иностранным инвестициям, а на основе применения к таким отношениям общих норм валютного, налогового, антитрестовского, банковского, корпоративного права (США, Великобритания, Франция, Япония, ФРГ, Швейцария, Испания, Португалия и др.). С другой стороны, подобные акты, рассматриваемые в качестве традиционных инструментов регулирования, свойственных странам Азии, Африки и Латинской Америки, имеются не только в развивающихся государствах, но и в некоторых развитых странах (Новой Зеландии, Восточно- Европейских странах, новых государствах Балтии, Российской Федерации, других странах СНГ, КНР, Монголии, Вьетнаме и т.д.). Правовое регулирование отношений по иностранным инвестициям, как правило, осуществляется не с помощью коллизионного метода, а посредством использования материально-правовых норм. Указанные специальные акты содержат правила, непосредственно определяющие права и обязанности иностранных инвесторов. В этих актах устанавливается общий порядок допуска иностранных предприятий и физических лиц в национальную экономику, а также те организационно-правовые формы, в которых осуществляются иностранные инвестиции, условия функционирования иностранного капитала в стране и т.п. В одних случаях вводится разрешительный порядок. В частности, законодательство об иностранных инвестициях Кыргызстана устанавливает, что иностранные инвестиции в республике требуют специального разрешения (лицензии), которое выдается Кабинетом министров Республики Кыргызстан не позднее чем в 30-дневный срок со дня поступления заявки иностранного инвестора. Регистрация иностранных инвесторов производится Министерством финансов республики (ст. 13 Закона об иностранных инвестициях в Республике Кыргызстан от 28 июня 1991 г.). Некоторые страны применяют принцип «открытых дверей», т.е. для иностранного капитала устанавливается свободный доступ в страну. В третьем варианте действуют достаточно специфичные условия для функционирования иностранных компаний и юридических лиц. К последним, в частности, относится Индия. В законодательстве этой страны для зарубежных компании, избравших в качестве места осуществления бизнеса Индию, предусматривается особый статус — «зарегистрированной иностранной компании, имеющей в Индии место осуществления своей деятельности» (ст. 591—602 Закона о компаниях 1956 г.). Правовое регулирование Китая по иностранным инвестициям представляет собой образец разрешительной системы и содержит ряд актов различной юридической силы по иерархии органов, принимавших их, однако образующих в определенной мере цельную совокупность национально-правовых актов, начиная с Конституции КНР 1982 г., в которой в общей форме провозглашается разрешение иностранным предприятиям и другим иностранным хозяйственным организациям и отдельным лицам вкладывать капиталы в Китае и осуществлять в различных формах экономическое сотрудничество с китайскими хозяйствующими субъектами. Согласно Закону КНР о предприятиях с иностранным капиталом от 12 апреля 1986 г., а также принятым в целях его развития и осуществления Правилам от 28 октября 1990 г. на территории Китая могли создаваться предприятия со стопроцентным участием иностранного капитала, которые, получив необходимое разрешение на деятельность в пределах территории КНР со стороны компетентных государственных органов (свидетельство об одобрении), осуществляли регистрационные мероприятия для целей реализации производственной (торговой) деятельности и получения лицензии по профилю. Дата выдачи лицензии считается датой учреждения предприятия с иностранным капиталом (ст. 13 Правил). Следует особо подчеркнуть, что созданные на территории КНР в соответствии с договорами о совместных предприятиях с китайским и иностранным капиталом, о кооперационных предприятиях с китайским и иностранным участием, субъекты хозяйствования становятся юридическими лицами китайского права и подчиняются китайскому правопорядку (ст. 126 Закона о договорах 1999 г.). Законодательство Литвы, Казахстана, Кыргызстана, Российской Федерации, Узбекистана, Украины, Эстонии — стран, имеющих специальные акты в области регулирования иностранных капиталовложений, — в той или иной форме запрещает дискриминацию иностранных инвесторов и устанавливает либо национальный режим, либо режим наибольшего благоприятствования. Статья 4 закона от 9 июля 1999 г. «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации», ст. 5 Закона Узбекистана, ст. 21 Закона Эстонии, ст. 1 Закона Украины обеспечивают полную правовую защиту иностранных инвестиций. В дополнение к этому ст. 6 литовского Закона провозглашает защиту со стороны литовского государства не только иностранных инвестиций, но и доходов, прав и законных интересов иностранных инвесторов на территории Литвы. В случаях национализации или реквизиции иностранному инвестору выплачивается компенсация (ст. 21 Эстонского закона, ст. 25 Закона Казахстана, ст. 3 Украинского закона, ст. 11 Закона Узбекистана, ст. 8 Закона РФ). Новейший российский акт в рассматриваемой области содержит развернутые положения в области гарантий в отношений иностранных инвесторов при осуществлении ими капиталовложений на территории РФ: гарантии правовой защиты деятельности (ст. 5), гарантии использования иностранным инвестором различных форм осуществления инвестиций на территории РФ (ст. 6), гарантии перехода прав и обязанностей иностранного инвестора другому лицу (ст. 7), гарантия компенсации при национализации и реквизиции имущества иностранного инвестора или коммерческой организации с иностранными инвестициями (ст. 8), гарантия от неблагоприятного изменения для иностранного инвестора и коммерческой организации с иностранными инвестициями законодательства РФ (ст. 9), гарантия использования на территории РФ и перевода за ее пределы доходов, прибыли и других правомерно полученных денежных сумм (ст. 11), гарантия права иностранного инвестора на беспрепятственный вывоз за пределы РФ имущества и информации в документальной форме или в форме записи на электронных носителях, которые были первоначально ввезены на территорию РФ в качестве иностранной инвестиции (ст. 12), гарантия права иностранного инвестора на приобретение ценных бумаг (ст. 13), гарантия участия иностранного инвестора в приватизации (ст. 14), гарантия предоставления иностранному инвестору права на земельные участки, другие природные ресурсы, здания, сооружения и иное недвижимое имущество (ст. 15), гарантия обеспечения надлежащего разрешения спора, возникшего в связи с осуществлением инвестиций и предпринимательской деятельности на территории РФ иностранным инвестором (ст. 10). Среди перечисленных гарантий важнейшее место занимает содержание ст. 7 Федерального закона 1999 г. как новелла российского права, впервые получившая закрепление. В частности, в ней устанавливается, что если иностранное государство или уполномоченный им государственный орган производит платеж в пользу иностранного инвестора по гарантии (договору страхования), предоставленной последнему в отношении инвестиций, осуществленных им на территории Российской Федерации, и к этому иностранному государству переходят права (уступаются требования) иностранного инвестора на указанные инвестиции, то в Российской Федерации такой переход прав (уступка требования) признается правомерным. Обходя молчанием вопрос о национализации и реквизиции, Закон об иностранных инвестициях в Республике Кыргызстан от 28 июня 1991 г. и Закон о концессиях и иностранных концессионных предприятиях в Республике Кыргызстан от 6 марта 1992 г. предусматривают в качестве гарантий иностранных инвесторов и концессинеров полную компенсацию их убытков, включая недополученную прибыль, возмещаемых в том числе и за счет казны. Закон Литвы применительно к аналогичным обстоятельствам вводит такую меру обеспечения государственных интересов в области регулирования иностранных капиталовложений, как приостановление инвестиционной деятельности. Согласно его ст. 11 инвестиционная деятельность, будь то деятельность совместного предприятия или предприятия с иностранным капиталом, может быть приостановлена литовским правительством, если она: а) противоречит законам Литвы; б) не отвечает экономическим требованиям; в) не соответствует уставу предприятия. Важнейшими мерами общего характера по стимулированию или ограничению иностранного капитала со стороны принимающих государств являются следующие: государственный контроль за допуском и осуществлением деятельности в особых областях производства и секторах экономики, в частности, добычи полезных ископаемых и разработки недр; недопущение или ограничение допуска иностранных юридических лиц в стратегические отрасли народного хозяйства либо снятие или сокращение каких-либо запретов на допуск; регулирование с помощью поощрительного либо ограничивающего нормирования перевода прибылей за границу, реинвестирования средств в национальную экономику принимающего государства, налогообложения; установление экспортно-импортного контроля и др. Основные подходы к коллизионно-правовому регулированию. наследования в  зарубежных странах. В международном частном праве едва ли можно найти еще такую же область, которая обладала бы столь устойчивым «международным» характером и длительной историей, как право наследования. О том, насколько велика роль данного института вообще, свидетельствуют слова Рудольфа Иеринга, который отмечал, что «право наследования есть условие всего прогресса человеческого общества в аспекте истории цивилизации». В наиболее ранних дошедших до нас памятниках материальной культуры, относящихся к МЧП, получили закрепление именно правила, регулирующие наследственные отношения. Так, договор князя Олега с греками 911 г. применительно к русским, находящимся на службе в Греции у греческого царя, предусматривал: «Если кто из них умрет, не завещав своего имущества, а своих родственников у него в Греции не будет, то пусть возвратят все его имущество ближайшим родственникам на Руси. Если же он составит завещание, то пусть тот, кому он написал распоряжение наследовать имущество, — устанавливал далее договор, — возьмет имущество и наследует в нем». В силу того обстоятельства, что данный вид отношений как никакой другой испытывает на себе влияние исторических, этнических, религиозных и других факторов, нормы, регламентирующие право наследования в различныхгосударствах, принципиально разнятся, и поэтому унификация материально- правовых предписаний в данной сфере не только существенно затруднена, но и вообще вряд ли возможна. Подобные различия касаются основополагающих факторов: круга лиц, могущих претендовать на наследование по закону, формы завещательного распоряжения, прав и обязанностей наследополучателей и т.д. Однако унификация коллизионных норм в рассматриваемой сфере МЧП представлялась актуальной еще в конце XIX — начале XX в., поэтому одними из первых международных соглашений, попытавшихся закрепить единообразное регулирование международных частно—правовых отношений, стали именно конвенции, посвященные вопросам наследственного права. В частности, в 1900 г. на Гаагской конференции были сделаны конкретные шаги по разработке конвенции о порядке разрешения коллизий в области наследования, основным принципом которой провозглашалось единство наследования на основе привязки к национальному закону наследодателя (что было подтверждено и позднее, на конференциях 1904, 1925, 1928 гг.), применяемого как к движимому, так и недвижимому имуществу. И хотя конвенция так и не вступила в силу, сам факт ее создания говорит о многом. На смену феодальному отрицанию наследования после иностранца (фр. droit d'aubaine), в результате чего все имущество, принадлежащее иностранцу, после его смерти захватывалось местным феодалом, вместе с буржуазными революциями пришли окончательная отмена droit d'aubaine и уравнивание в правах иностранных наследодателей с отечественными гражданами (подданными). Развитие коллизионного наследственного права в течение веков сводится, в сущности, к борьбе трех коллизионных начал: личного закона (гражданства или закона местожительства), закона места составления акта (завещания) и закона местонахождения вещи. Для наследственных отношений чрезвычайно важное значение имеет разделение вещей на движимые и недвижимые. Известное разграничение подходов к коллизионному регулированию на основе принципа местонахождения вещи применительно к недвижимостям и личного закона — в отношении движимого имущества, характерное для вещно-правовых отношений, сказывается и в наследственном праве. На основе такого разграничения можно провести соответствующую классификацию существующих в мире систем разрешения конфликтов законов в области регулирования наследственных отношений. Это, во-первых, правовые системы, разделяющие наследственную массу на недвижимое и движимое имущество и соответственно этому подчиняющие наследование недвижимых вещей закону места их нахождения, а движимых — личному закону наследодателя. К государствам, которые их придерживаются, относятся Франция, Бельгия, Англия, США, КНР. В отношении Китая следует сказать, что правовые подходы этого государства к решению коллизионных проблем наследования в течение последних десятилетий претерпели существенное изменение. С принятием Общих принципов гражданского права и Закона о наследовании 1985 г. традиционный метод разрешения коллизий, выраженный некогда в ст. 20 Советско-китайской консульской конвенции 1959 г. и устанавливающий, в частности, «национально- территориальный принцип» («движимое и недвижимое имущество, составляющее наследство наследодателя — гражданина одной Договаривающейся Стороны и находящееся на территории другой Договаривающейся Стороны, регулируется правом того государства, где находится такое имущество»), был заменен коллизионными нормами более общего характера, практикуемыми в большинстве стран мира, а именно — раздельного подхода и подчинения наследования в движимом имуществе закону постоянного места жительства (lex domicilii), а наследование в недвижимой собственности — закону места ее нахождения. Во-вторых, системы регулирования наследственных отношений, которые исходят из единства наследственной массы и устанавливают применение общей для всех видов вещей коллизионной привязки — к закону гражданства наследодателя или его последнего места жительства. В числе применяющих их государств — Чехия (закон гражданства), Польша (закон гражданства), Монголия (закон постоянного места жительства), Венгрия (закон, который на момент смерти лица может считаться его личным законом), Австрия, Япония, Германия, Греция, Италия, Португалия, Египет, Сирия, Алжир и др. Статья 1224 ГК РФ в противовес предшествующей регламентации дифференцирует наследственный статут в зависимости от принадлежности наследственного имущества к движимым или недвижимым вещам. Статья 16 Гражданского кодекса Алжира подчиняет наследование, содержание и форму завещания или иного распоряжения закону гражданства наследодателя, действующему на момент смерти лица. Эта норма, как пишет М. Иссад, берет свое начало в мусульманской традиции, согласно которой наследование включается в категорию личного статуса и в силу этого подчиняется закону гражданства. В шариате положение лица, включая его личные и имущественные отношения, определяются законом сообщества, к которому оно принадлежит. Привязка наследования к закону гражданства, будучи частью формально включенного в испанский Гражданский кодекс принципа определения широкого диапазона прав и статуса личности (ст. 9), рождает тем не менее немало различных проблем, в частности в случаях изменения гражданства. Исследователи испанского права (Бернд Хофманн и Антонио Ортис-Арсе) подчеркивают, что внесенные в ГК этой страны в 70-е гг. соответствующие дополнения направлены на учет региональных особенностей, действующих в стране. Например, в силу презумпции, что распоряжения, сделанные в завещании и завещательных документах, регулируются законом гражданства лица, действующим в момент составления завещания, в качестве действительных должны рассматриваться и так называемые «соглашения о наследовании», принятые в каталонском праве, но запрещенные в общем праве (ст. 658 и 1271.2 ГК Испании). В том что касается формы завещаний, то согласно ст. 11.2 ГК расширяется спектр правопорядков, которыми могут регулироваться вопросы формы выражения воли завещателя. Помимо закона гражданства, сфера которого, как видно из вышеприведенного, ограничена, применяется также и lex causae. Однако даже допуская эквивалентность форм и видов завещаний, наследственный статут (lex causae) может воспретить испанским гражданам, на которых распространяется действие общего права, составлять «принудительные завещания» или завещания через представителя за рубежом (ст. 699, 670, 733 ГК), а также исключить другие виды завещательных распоряжений, совершенных в Испании. В частности, иностранный наследственный статут как закон гражданства лица может, например, угрожать недействительностью завещаниям, которые составляются в определенной форме, специфически известной праву Испании (например олографическим завещаниям). Устанавливая единую коллизионную привязку, согласно которой вся наследственная масса должна в принципе регулироваться одним правопорядком (правом одного государства), некоторые из перечисленных стран все же отводят здесь место и собственному закону. Это происходит в отношении недвижимой собственности, расположенной на их территориях. Например, монгольский закон предусматривает императивное применение национального права в случаях, когда речь идет о содержании наследования, круге наследников, их правах и обязанностях, форме завещания и т.д., касающихся строений и другого недвижимого имущества, находящегося соответственно на территории МНР. При определении закона гражданства законодательства некоторых стран используют довольно многозначные понятия и конструкции. Так, Закон Японии, касающийся применения законов вообще, 1898 г. (в редакции 1989 г.) указывает, что наследование подчиняется «отечественному закону» наследодателя (ст. 26). Что же подразумевается под этой категорией? Статья 28 специально посвящена ответу на данный вопрос. «В случае, если лицо обладает гражданством двух или более государств, таковым будет право страны, в которой это лицо имеет свое постоянное место жительства, либо, если такой страны не имеется, будет действовать право того государства, с которым данное лицо наиболее тесно связано. При этом предусматривается, что если одним из таких гражданств является японское гражданство, в качестве отечественного закона будет выступать право Японии». Закон о международном частном праве Швейцарии в принципе предусматривает единую привязку к закону домициля наследодателя, Так, к наследованию после лица, имеющего последнее место жительства в Швейцарии, будет применяться швейцарское право, а к наследственным отношениям лица, последний домициль которого находится в иностранном государстве, должно приняться право, к которому отсылают коллизионные нормы страны его последнего места жительства (ст. 90, 91). На позициях единой коллизионной привязки стоит и Кодекс Бустаманте. В соответствии с его ст. 144 «наследование по закону и по завещанию, в частности, круг наследников, объем их прав и действительность содержания завещательных распоряжений, регулируется, кроме отдельных случаев, личным законом наследодателя, вне зависимости от характера имущества и места, где оно находится». Билет № 17 Унификация права в международном частном праве: понятие, признаки, результаты. ниже лучше Унификация – (unie facere- делать единым) - процесс создания единообразных, одинаковых норм национального права разных государств посредством  заключения международных договоров. В любом международном договоре устанавливаются обязанности государств по приведению своего внутреннего права в соответствие с нормами данного договора. Главная особенность унификации - она происходит одновременно в двух различных правовых системах - в международном праве (заключение международного договора) и в национальном праве. Унификация - сотрудничество, направленное на создание международного механизма регулирования отношений в сфере общих интересов государств. Унификация права — это разновидность правотворческого процесса, который происходит в основном в рамках международных организаций. Унификация затрагивает практически все отрасли и институты МЧП. Унификация права имеет 2 этапа (две стадии). 1) создается комплекс правовых норм в форме международного договора и государства берут на себя международно-правовые обязательства обеспечить их применение. 2) восприятием международно-правовых норм национальным правом. Международные организации, специализирующиеся на унификации права: Гаагская конференция по МЧП, Римский институт по унификации частного права, Комиссия ООН по праву международной торговли. Виды унификации. 1) по способу правового регулирования частноправовых отношений - унификация коллизионного права и унификация материального частного права + смешанная. Примерами У коллизионных норм являются Женевская конвенция о разрешении некоторых коллизий законов о простом и переводном векселе 1930 г., Гаагская конвенция о праве, применимом к алиментным обязательствам, 1956 г. и др. РФ участвует только в вексельной конвенции. Примерами У материальных норм являются Женевская конвенция относительно единообразного закона о простом и переводном векселе 1930 г., Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г., Оттавская конвенция о международном финансовом лизинге 1988 г. (Россия участвует во всех трех). Примеры смешанной У: Бернская конвенция об охране литературных и художественных произведений 1886 г., Всемирная конвенция об авторском праве 1952 г. и др. (Россия в них участвует). 2) по предметному критерии: У обязательственного  права, права собственности, интеллектуального права, наследственного, семейного, транспортного права и т. д. Главным образом унифицированы правовые нормы, регулирующие: договор международной купли-продажи (Нью-йоркская конвенция об исковой давности в международной К-П 1974 г., Конвенция о праве, применимом к договорам международной К-П товаров, 1986 г. и др.); новые виды договорных обязательств (Оттавские конвенции о международном финансовом лизинге и международном факторинге 1988 г.). 3) различают унификацию универсальную (редназначена для всех государств), региональную (У, осуществляемая в пределах ограниченного круга государств (например, государств одного географического района или в рамках интеграционных образований)), двустороннюю. лучше УНИДРУА — Международный институт по унификации частного права  в Риме ; Межправительственная организация , созданная в 1926  г. В число членов входит и РФ . Издает ежегодник. УНИДРУА были подготовлены проекты конвенций по целому ряду вопросов (международной купле-продаже товаров, представительству, перевозкам грузов и пассажиров, а также по иным вопросам). Международный Институт Унификации Частного Права (УНИДРУА) является независимой межправительственной организацией, которая располагается в Villa Aldobrandini в Риме. Целью организации является изучение необходимых методов модернизации, гармонизации и координации частного и, в особенности, коммерческого права между государствами и группами государств. Организация была основана в 1926 году как вспомогательный орган Лиги Наций. После того, как Лига Наций перестала существовать, организация была воссоздана в 1940 году на основе многостороннего соглашения, Устава УНИДРУА. Членство в УНИДРУА ограничивается государствами, которые подписали Устав УНИДРУА. Сейчас членами УНИДРУА является 63 государства с пяти континентов, которые представляют различные правовые, экономические и политические системы, а также различные культурные традиции. Деятельность Института финансируется за счет ежегодных взносов его членов, размер которых устанавливается Генеральной Ассамблеей, а также за счет ежегодной финансовой помощи от итальянского правительства. Также финансирование деятельности организации осуществляется путем создания всевозможных фондов. Унификация (unie facere - делать единым) права – это создание одинаковых, единообразных, то есть унифицированных норм во внутреннем праве разных государств. Поскольку право входит в область внутренней исключительной юрисдикции государства и не существует наднационального «законодательного» органа, принимающего юридически обязательные «законы» для внутреннего права государств, то единственным способом создания унифицированных норм является сотрудничество государств. Отсюда, унификация права означает сотрудничество государств, направленное на создание, изменение или прекращение одинаковых (единообразных, унифицированных) правовых норм во внутреннем праве определенного круга государств. В этом качестве унификация является разновидностью правотворческого процесса. Главной особенностью этого правотворческого процесса является то, что он происходит в двух правовых системах - в международном праве и во внутреннем праве государства, с применением международно-правовых и национально-правовых форм и механизмов. Унификация охватила все отрасли внутреннего права государств. В том числе: уголовное право (например, комплексы правовых норм по некоторым группам преступлений), уголовный процесс (например, институт выдачи преступников), административное право (например, единообразные нормы, регулирующие таможенные отношения) и т. д. Этот процесс проник даже в «святые святых» внутреннего права - в конституционное право (например, закрепленные конституциями многих государств права и свободы человека соответствуют общепризнанным международно-правовым стандартам). Но наиболее ощутимых результатов процесс унификации достиг в международном частном праве, что объясняется его спецификой.   Будучи частью внутреннего права государства, оно по своей природе экстравертно. Его объектом являются отношения международного характера, то есть выходящие за пределы одного государства: частноправовые отношения, осложненные иностранным элементом. Наличие иностранного элемента приводит к тому, что международное частное право регулирует отношения, которые своим составом лежат в правовом поле двух или более государств. Их значимость в жизни каждого государства порождает объективную потребность в их единообразном правовом регулировании.   Есть еще одна причина, способствующая довольно высокой результативности унификации в международном частном праве. Национальное право часто оказывалось не способным регулировать отношения с международными характеристиками. Особенно отчетливо это проявилось в экономической сфере. В дальнейшем речь будет идти только об унификации в международном частном праве.   Особенности правого механизма унификации права. Как уже говорилось процесс унификации права протекает в двух правовых системах, и в международном праве, и в национальном. На первом этапе достигается соглашение между государствами по поводу единообразного регулирования определенных отношений, оформляемых международным договором, в котором содержатся правовые нормы, предназначенные для регулирования этих отношений. Достижение соглашения и принятие договора с текстом соответствующих норм не означает, что унификация права состоялась.   Любой международный договор, независимо от того, какому конкретному вопросу он посвящен, регулирует отношения между государствами и обязывает только государств-участников. В равной степени это относится и к договору, направленному на унификацию права. Венская конвенция 1980 г. не регулирует договор купли-продажи. Она регулирует отношения между государствами по поводу единообразного регулирования купли-продажи, она обязывает государства обеспечить применение предусмотренных Конвенцией соответствующих правовых норм. Только тогда, когда нормы, содержащиеся в международном договоре, станут частью национального (внутреннего) права государств, можно говорить об унификации права как о законченном процессе: во внутреннем праве государств-участников договора появились одинаковые правовые нормы.   Иначе говоря, нормы международного договора должны быть «санкционированы» государством для применения их в национально-правовой сфере, то есть им должна быть придана юридическая сила национального права. Только в этом случае они будут способны регулировать отношения между субъектами национального права. Восприятие международно-правовых норм национальным правом государств - это второй этап унификации права. Это сугубо национальное дело и осуществляется он с помощью национально-правовых механизмов.   Восприятие международно-правовых норм национальным правом называется либо трансформацией, либо национальной имплементацией, Процесс восприятия обеспечивается национально-правовыми механизмами. В праве разных государств они различны, но и имеют много общих черт. В Российской Федерации правовая основа этого процесса предусмотрена в п. 4 ст. 15 Конституции: «...Международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы». Конституция устанавливает общий принцип действия международных договоров в России как части ее правовой системы. Поэтому данное правило можно рассматривать в качестве общей или генеральной трансформационной нормы, согласно которой нормам международных договоров, в которых участвует Россия, или в которых будет участвовать, придается национально-правовая сила (этот же принцип повторяется в специальных частноправовых законах, например, ст. 7 ГК РФ).   Конституционное правило конкретизируется в иных законах и, прежде всего, в Федеральном законе о международных договорах 1995 г., предусматривающем правовые процедуры, в силу которых договор становится обязательным для России '. Согласие на обязательность договора может быть выражено либо в форме федерального закона (о ратификации, о присоединении), либо в форме правовых актов Президента или Правительства (например, постановление Правительства о присоединении). Эти правовые акты и являются теми правовыми формами, в которых нормы международных договоров вводятся в российскую правовую систему2. Они же определяют место унифицированных норм в иерархии российского права: если международный договор вводится в форме федерального закона, то его нормы буду обладать юридической силой федерального закона; если договор вводится подзаконным актом, то его нормы будут обладать юридической силой этого подзаконного акта.   Таким образом, унификация права имеет две самостоятельные, но взаимосвязанные стадии: первая проходит в международно-правовой сфере и завершается принятием международно-правовых унифицирующих норм; вторая проходит в национально-правовой сфере и завершается принятием национально-правовых унифицированных норм. Соответственно обе стадии опосредуются теми правовыми формами, которые присущи двум правовым системам: во-первых, международно-правовым договором, во-вторых, национально-правовыми актами (законами и подзаконными актами).   Заканчивая рассмотрение вопроса об особенностях правового механизма унификации права, следует подчеркнуть еще одну особенность современного процесса унификации. Он имеет ярко выраженный институционный характер: первая стадия унификации преимущественно осуществляется в рамках международных организаций. Эта черта особенно проявилась во второй половине XX в., что является отражением общей тенденции роста роли международных организаций.   Существуют международные организации, специализирующиеся на унификации права: Гаагская конференция по международному частному праву. Римский институт по унификации частного права. Комиссия ООН по праву международной торговли (см. об этих организациях главу 3-ю настоящего учебника). Чаще международные организации, созданные для организации сотрудничества между государствами в конкретных областях, занимаются также унификацией права в этих областях, например, Международная морская организация (ИМО), Международная организация гражданской авиации (ИКАО), Международная организация труда (МОТ), Всемирная организация интеллектуальной собственности (ВОИС) и др. Использование структур и механизмов межправительственных организаций облегчает и ускоряет процесс подготовки и принятия международных договоров, направленных на унификацию права. Международно-правовые стандарты защиты иностранных  инвестиций. С позиции международного инвестиционного права первостепенное значение в правовом регулировании зарубежных капиталовложений имеет процедура допуска иностранных инвестиций и обеспечение соответствующих правовых гарантий. К сожалению, отсутствие необходимых правовых норм, специально регулирующих условия допуска иностранного инвестора, процедуру оформления начала инвестиционной деятельности, права и обязанности вкладчика, его ответственность при нарушении действующего инвестиционного законодательства, и, наконец, недостаточная разработанность механизма правовой защиты являются наиболее уязвимым местом Федерального закона от 9 июля 1999 г. N 160-ФЗ "Об иностранных инвестициях в Российской Федерации" (далее - Закон об иностранных инвестициях). Такое положение вещей создает дополнительные трудности, неувязки, двусмысленности в законодательном обеспечении режима иностранных инвестиций, что в конечном итоге не способствует улучшению инвестиционного климата в стране. От ученых и специалистов требуется повышенное внимание к ключевой проблеме доступа зарубежного бизнесмена к инвестиционной деятельности на территории России в соответствии с нормами международного права, закрепленными в договорном порядке и имеющими в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ приоритетное значение перед нормами отечественного инвестиционного законодательства. Следует особо отметить, что с вопросом доступа тесно и неразрывно связана проблема защиты иностранных инвестиций. Ведь именно в ходе процедуры допуска закладываются правовые основы успешной (или не очень успешной) деятельности по осуществлению иностранного инвестиционного проекта в условиях иностранного государства. И от этого непосредственно зависит вопрос о том, как будут обеспечиваться все те одиннадцать гарантий, которые Закон об иностранных инвестициях предоставляет инвесторам. Как известно, сущность правоотношений в сфере иностранных инвестиций состоит в создании условий и гарантий инвесторам-собственникам путем определения соответствующих организационно-правовых форм инвестирования. Принципиальной особенностью является то, что правовое регулирование иностранных инвестиций основано на разноуровневом характере, поскольку охватывает отношения между государствами, международными организациями, юридическими и физическими лицами. Следовательно, иностранные инвестиции регулируются не только национальными, но и международно-правовыми нормами. В связи с этим появляется вопрос о соотношении международного и национально-правового регулирования иностранных инвестиций  В тех странах, где нет специального Закона об иностранных инвестициях, общее законодательство своими нормами регулирует их допуск, поощряет приток капитала извне особыми стимулами и льготами. Характерной особенностью этого законодательства выступает то, что оно практически не содержит прямых ограничений и одновременно осуществляет действенный контроль за иностранными инвестициями. Базовыми законами, регулирующими иностранную инвестиционную деятельность в общем порядке, являются законы об акционерных обществах, законы, действующие на рынке ценных бумаг, а также антимонопольное законодательство. Принципиально важным положением с точки зрения международного инвестиционного права является то, что допуск иностранных инвестиций - это прерогатива самого государства. Как показывает зарубежный опыт правового регулирования, в некоторых случаях чрезмерная регламентация условий допуска иностранных инвестиций снижает общий инвестиционный фон и, соответственно, тормозит развитие национальной экономики. Поэтому наиболее эффективным решением проблемы правового регулирования иностранных инвестиций является открытый доступ, который не исключает изъятия из национального режима на основе специальной оценки условий допуска и лицензирования . Безусловно, условия в форме предварительного разрешения (performance reguirements) не поощряют иностранных инвесторов, приводят к утечке капиталов, а также способствуют коррупции. Международные соглашения о защите инвестиций могут предусматривать возможность изъятий из национального режима в отношениях между инвесторами договаривающихся государств и договаривающимся государством, принимающим инвестиции. Так, например, в Соглашении России с Кореей (п. 3 ст. 3) предусмотрено, что "каждая из Договаривающихся Сторон оставляет за собой право устанавливать или сохранять, в соответствии со своим действующим законодательством, ограниченные изъятия из национального режима, предоставляемые в соответствии с п. 1 и 2 настоящей статьи". Статья 4 Закона об иностранных инвестициях содержит особое положение об изъятиях: "Изъятия ограничительного характера для иностранных инвесторов могут быть установлены федеральными законами только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства". Правовое регулирование трансграничного наследования в  Российской Федерации. Правовое регулирование трансграничного наследования в  Российской Федерации. Наследственные отношения относятся к той области общественной жизни, правовая регламентация которой обеспечивается преимущественно внутренними, национально-правовыми, нормами. Указанное объясняется тем обстоятельством, что отношения по наследованию в значительной степени подвержены влиянию исторических, этнических, религиозных и иных факторов, которые обусловливают наличие существенных различий в позитивном праве разных государств и делают унификацию соответствующих правовых норм затруднительной, а подчас и невозможной. В то же самое время, «выход» отношений по наследованию за пределы границ одного государства не является для современного гражданского оборота экстраординарным явлением. Миграция населения, заключение браков между иностранцами, рождение в подобных смешанных брачных союзах детей, международное усыновление и т.д. – все это порождает задачу поиска адекватного правового упорядочения общественных отношений в условиях интернационализации. В то же время не будет искажением истины утверждать, что такая интернационализация решения правовых проблем наследования имеет место не только в сегодняшней действительности. Уже в ранних правовых памятниках Древней Руси подверглись регулированию соответствующие вопросы. Так, в договоре князя Олега с византийцами («греками») 911 г. содержалась специальная статья, посвященная русским, находящимся на службе у греческого царя, которая гласила: «Если кто из них умрет, не завещав своего имущества, а своих родственников у него в Греции не будет, то пусть возвратят все имущество ближайшим родственникам на Руси. Если же он составит завещание, то пусть тот, кому он написал распоряжение наследовать имущество, возьмет имущество и наследует в нем» [1] . Данная норма являет собой один из редчайших примеров двусторонней международно-правовой унификации положений о наследовании. Понятие и содержание наследственного статута. Если национальное право какого-либо государства не содержит подобных правил, созданных посредством международно-договорных инструментов в целях достижения единообразия (что выступает типичным явлением), то перед правоприменителем с неизбежностью встает вопрос о том, какими правовыми нормами должно быть урегулировано данное отношение – собственными или иностранными, а если иностранными, то какими принципами надлежит руководствоваться при их выборе. Такую ситуацию в доктрине и практике международного частного права (далее – МЧП) традиционно именуют коллизионным вопросом. Для его решения необходим соответствующий юридический инструментарий. Принципиальным звеном в нем выступает совокупность особых предписаний – коллизионных норм. Задача суда или иного компетентного органа в данном случае состоит в том, чтобы на основании таких норм определить, какой национальный правопорядок будет регулировать частное отношение международного характера по существу, т.е. выступать для данного отношения в качестве lege causae. Установленный на основе коллизионно-правовых предписаний правопорядок, который является компетентным для целей регламентации частных отношений, выходящих за пределы юрисдикции одного государства, применительно к их существу, традиционно именуется в доктрине и практике МЧП статутом частного отношения (вещным, обязательственным, наследственным, деликтным и т.д.). Как отмечается в литературе, «сегодня понятие «статут» указывает на конечный пункт коллизионно-правовой привязки: соответствующий компетентный правопорядок» [2] . С учетом изложенного понятие наследственного статута можно определить следующим образом: под наследственным статутом понимается определенный с помощью коллизионных норм правопорядок, призванный регулировать по существу наследственные отношения, юридически связанные с правопорядками нескольких государств. Сходным образом дают дефиницию наследственного статута М.М. Богуславский, [3]  В.П. Звеков, [4]  А.Л. Маковский [5] . Как правило, законодатель не устанавливает круг вопросов, регулируемых нормами наследственного статута [6]  - в основном данная проблематика составляет предмет внимания доктрины. Так, Л.А. Лунц относил к наследственному статуту «все вопросы, касающиеся круга наследников по закону, очередности их призвания к наследованию, их доли в наследственном имуществе; вопросы свободы завещательных распоряжений (в частности, вопросы круга возможных наследников по завещанию, их долей в наследственном имуществе, вопросы так называемых необходимых наследников и их обязательной доли, вопросы о подназначении наследников); вопросы срока на принятие наследства  и на отказ от принятия наследства, о способности быть наследником (о так называемых недостойных наследниках)». [7] В то же время следует обратить внимание на прямо противоположные правила Кодекса Бустаманте, в ст. 144 которого установлено, что «наследство по завещанию и по закону, порядок призвания к наследованию, размер наследственных пошлин и материальную действительность [завещательных распоряжений], будут регулироваться…личным законом наследодателя, каковы бы ни были характер имущества и место его нахождения» [8] Как видим, общие рамки содержания наследственного статута (без обращения к конкретным нормам соответствующих правовых систем) могут быть определены лишь схематично. Поэтому с учетом ограниченности рамок статьи стоит указать в общем плане, что в сферу действия наследственного статута входят разнообразные вопросы перехода имущества умершего к другим лицам. Критерии определения наследственного статута и юридические проблемы его отыскания и действия (проблема «расщепления наследственного статута»). В мировой практике выработано несколько основных коллизионных принципов определения наследственного статута, что позволяет, во-первых, говорить о наличии различных систем коллизионно-правового регулирования  отношений по наследованию и, во-вторых, классифицировать указанные системы по определенным критериям. Это, прежде всего, системы, разделяющие наследственное имущество на две части – движимое и недвижимое, и подчиняющие первую из них закону гражданства или домицилия наследодателя на момент его смерти, а вторую – закону места нахождения имущества. К странам, использующим указанный подход, относятся Англия, США, Франция, Бельгия, КНР, Мадагаскар, Российская Федерация, Румыния, Таиланд, Эстония. Вторая группа правовых систем исходит из начала единства наследственной массы и подчиняет наследственные отношения закону гражданства или домицилия наследодателя на момент его смерти. Этого принципа придерживаются Австрия, Бразилия, Буркина-Фасо, Венгрия и ряд других государств. Принцип, лежащий в основе первой из указанных систем, в литературе иногда именуют «расщеплением наследственного статута», «расщеплением коллизионной привязки» [9] . Рассмотрим, насколько это соответствует принципиальным постулатам учения о коллизиях законов в МЧП и теоретическим основам коллизионного права. В мировой доктрине «расщепление статута» (англ. splitting, scission; нем. Spaltung, Zersplitterung; франц. dépeçage) не имеет единого определения. Так, немецкий автор Г. Кегель пишет, что расщепление права (Rechtsspaltung) имеет место в том случае, «если в зарубежном государстве, право которого подлежит применению, действует различное право». При этом расщепляться могут как материальные правовые нормы, так и коллизионные [10] . Этот вид «расщепления» может быть представлен правовой системой США, где каждый штат имеет собственное не только материальное, но и коллизионное право. Можно также указать и на английское материальное право, в котором до 1925 г. действовали две самостоятельные системы наследования – одна для движимого, а вторая для недвижимого имущества. Иными словами, под «расщеплением права» в том смысле, в котором высказывался Г. Кегель, необходимо понимать, как правило, случаи отыскания компетентного правопорядка в условиях существования в одном государстве множественности территориальных или действующих по разному кругу лиц правовых систем. Однако понятно, что статут соответствующего общественного отношения, будучи в конечном итоге найденным, подлежит применению в его существу как целому (за теми редкими, возможно, исключениями, когда необходимо особо выделить какие-то специфические его элементы). Под расщеплением в доктрине также понимается «специальная привязка отдельных правовых вопросов, вытекающих из одного и того же дела» [11] . Американский автор А. Эренцвейг указывает, что данное явление имеет место в том случае, если «квалификация касается в большей степени отдельного вопроса, нежели основания иска в целом» [12] . В этой связи анализу подвергаются, в частности, проблемы определения обязательственного статута [13] . Для целей настоящей статьи представляется целесообразным остановиться на данной проблеме чуть детальнее. Дело в том, в ряде современных кодификаций МЧП содержится норма, в соответствии с которой стороны контракта, выбирая применимое к своим отношениям право, могут осуществить такой выбор как для договора в целом, так и для отдельных его частей. Такие предписания содержатся, например, во Вводном законе к Германскому гражданскому уложению 1986 г. (п.1 ст. 27), Гражданском кодексе Российской Федерации (п. 4 ст. 1210). Как отмечают отечественные исследователи, комментируя указанное законоположение, данная новелла рассчитана, прежде всего, на те случаи, когда в договорных отношениях достаточно отчетливо можно выделить обособленные элементы, относящиеся, например, к различным типам договоров внутри единого комплекса отношений сторон. В данном случае вполне правомерно говорить о «распадении» («разделении», «расщеплении») обязательственного статута [14] . О нем можно вести речь и тогда, когда отношения сторон по договору подчинены праву места исполнения обязательства [15] . Таким образом, можно сформулировать следующие признаки понятия «расщепления» статута частного отношения международного характера: «расщепление» статута может иметь место тогда, когда единый объем коллизионной нормы прикрепляется для целей регулирования к праву соответствующей страны с помощью такой коллизионной формулы, которая приводит в действие несколько правопорядков, претендующих на регулирование отношений, указанных в объеме данной правовой нормы. В свете этого необходимо проанализировать, имеет ли место указанное явление в сфере коллизионно-правового регулирования наследственных отношений, особенно в тех странах, которые используют первую из указанных выше систем – систему раздельности наследственной массы. Как уже указывалось выше, исходным принципом этой системы является разделение наследственного имущества на две части – движимое и недвижимое. Для каждой из этих частей используется своя, самостоятельная коллизионная привязка – гражданство или место жительства наследодателя на момент смерти для движимостей, и место нахождения имущества – для недвижимостей. Таким образом, каждый из компонентов наследства подчиняется отдельному, «своему» правопорядку с точки зрения используемых формул прикрепления. Из приведенных соображений с необходимостью следует, что здесь не идет речи о «расщеплении» статута наследования, но, напротив, о двух самостоятельных статутах, регулирующих соответствующие отношения [16] . На практике они могут совпадать (если недвижимость расположена на территории государства, гражданином или домицилированным лицом которого является наследодатель на момент своей смерти), но могут и различаться (если в составе наследства имеется недвижимость, расположенная в государстве, ином, нежели таковое гражданства или домицилия наследодателя на момент смерти последнего). Вместе с тем, именно «расщепление» наследственного статута возникает в том случае, если умерший имел недвижимость в нескольких государствах. На это в свое время обращали внимание И.С. Перетерский и С.Б. Крылов, отметив, что «если отдельные недвижимости расположены в нескольких государствах, то имеется столько различных наследований, иногда сильно отличающихся одно от другого в отношении круга наследников и т. п., сколько недвижимостей» [17] . Аналогичным образом высказывался еще в XIX в. член Палаты лордов судья Уильям Грант [18] . Какие же выводы следует сделать? Представляется, что при сравнении двух систем коллизионно-правового регулирования наследственных отношений выявляются следующие взаимосвязанные критерии их дифференциации: а) единство или расщепление наследственной массы, а не статута наследования, на что обращается внимание в зарубежной доктрине [19] ; б) унитарность или множественность правопорядков, применимых к наследованию и, следовательно, наличие одного или нескольких самостоятельных наследственных статутов. Копирование этого материала с сайта ЮрКлуба запрещено автором.   Принципы определения наследственного статута в праве РФ. Прежде чем перейти к рассмотрению особенностей нового российского регулирования в области наследования, которые могут обусловливать обращение к средствам коллизионного права, представляется целесообразным обратить внимание на некоторые общие положения принципиального характера, свойственные национально-правовой регламентации наследственных отношений в нашей стране. С 1 марта 2002 г. была введена в действие третья часть Гражданского кодекса РФ (далее – ГК), содержащая в себе два раздела – «Наследственное право» и «Международное частное право». Материально-правовое регулирование отношений по наследованию претерпело в отечественном праве существенные изменения, как по объему, так и по содержанию. Количество статей увеличилось более чем вдвое: раздел 7 ГК РСФСР 1964 г. насчитывал всего 35 статей, в ныне действующем разделе V ГК присутствует уже 76 статей. Кроме того, нормы внутри данного раздела подверглись систематизации, в результате чего они сгруппированы по главам – «Общие положения о наследовании», «Наследование по завещанию», «Наследование по закону», «Приобретение наследства», «Наследование отдельных видов имущества». В литературе отмечается, что новая регламентация наследственных отношений следует в общем русле принципов частного права, установленных в ГК РФ [20] . Углубление частноправовых начал в новом наследственном праве России осуществлено с помощью обращения к различным правовым средствам. Среди них прежде всего надо отметить закрепление свободы завещания в качестве принципа частного права вообще и гражданского права в том числе. В ГК РФ можно выделить несколько аспектов свободы завещания: 1) завещание составляется лицом по своему усмотрению, что корреспондирует общему правилу об осуществлении гражданских прав своей волей и в своем интересе (ст. 1 ГК). Решения, касающиеся самого акта завещания как такового и содержания завещательных распоряжений, должны приниматься завещателем самостоятельно и независимо. При этом он не обязан сообщать кому-либо о совершении, изменении или отмене завещания, равно как и о его содержании; 2) имущество может быть завещано любым лицам – гражданам РФ, иностранным гражданам и лицам без гражданства, которые живы на момент открытия наследства и могут быть признаны наследниками (указанная категория лиц призывается и к наследованию по закону); российским и иностранным юридическим лицам, существующим на момент открытия наследства. Кроме того, наследниками по завещанию могут быть Российская Федерация и ее субъекты, муниципальные образования, а также иностранные государства и международные организации. Думается, что в перечень наследников по завещанию может быть включена иностранная организация, не являющаяся юридическим лицом в соответствии с нормами «собственного» права (ст. 1203 ГК), хотя законодатель об этом не упоминает. Как видим, круг субъектов, которые могут призываться к наследованию, существенно расширен и включил в себя категорию, традиционно именуемую «иностранными лицами»; 3) предметом завещательного распоряжения может быть любое имущество, которое окажется принадлежащим завещателю на момент открытия наследства, не изъятое из гражданского оборота (например, золото в самородках или в виде песка не может ни находиться в собственности, ни передаваться по наследству). При этом в состав наследства в соответствии со ст. 1112 ГК включаются и могут быть завещаны принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. В условиях интенсивно развивающегося хозяйственного оборота наследственное имущество может заключать в себе движимое и недвижимое имущество, расположенное за пределами РФ, права, вытекающие из договора банковского счета с иностранным банком или иностранной страховой компанией – все то, что можно условно обозначить как «заграничное имущество». В российской правовой доктрине и практике наследование традиционно трактуется как разновидность универсального правопреемства, при котором наследник при принятии наследства становится носителем прав и обязанностей наследодателя в целом, и не может принять лишь их часть, а от остальных отказаться. Такая квалификация наследования восходит к классическому римскому праву, где в лице наследника видели продолжение юридической личности наследодателя [21] . Дореволюционный отечественный исследователь Г.Ф. Шершеневич писал, что «совокупность юридических отношений, в которые поставило себя лицо, со смертью его не прекращается, но переходит на новое лицо. За исключением…сравнительно немногочисленных отношений, все прочие сохраняют свою юридическую силу» [22] . Сходным образом давали определение наследования К.П. Победоносцев [23] , Б.Б. Черепахин [24] . Ст. 1110 ГК РФ впервые в истории отечественного гражданского законодательства понятие наследования как универсального правопреемства закрепила легально: «при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное». Такое закрепление свидетельствует не только о восприятии законодателем соответствующих доктринальных разработок, но и о применении такого важного юридического инструмента, как квалификация. В том случае, если вопрос о наследовании после умершего лица будет стоять перед судьей или нотариусом в Российской Федерации, то ими будет использована конструкция правопреемства. Если бы аналогичный вопрос ставился перед правоприменителями в странах англо-саксонского права, то здесь подход был бы принципиально иной: при наследовании имеет место исчезновение юридической личности умершего и ликвидация  его имущества; при этом осуществляется сбор причитающихся ему долгов, оплата его долгов, погашение его налоговых и иных обязанностей. Указанная процедура именуется администрированием («administration») и протекает под контролем суда. Наследники же получают право на чистый остаток (net estate) [25] . На наш взгляд, квалификация наследования в качестве successio in universum осуществлена законодателем не только посредством предписаний, содержащихся в упомянутой ст. 1110 ГК, но также посредством таковых, закрепленных в его ст. 1112. На первый взгляд, может показаться, что данная статья основной и единственной своей целью имеет нормативное закрепление состава наследственного имущества: «В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага». Сообразно этому, в специальной литературе комментаторы нередко толкуют цитированные нормы в аспекте анализа тех положений действующего законодательства РФ, которые посвящены правовому режиму тех или иных видов имущества. Вполне очевидно, что такое толкование нельзя признать абсолютно точным и достаточным. Неотъемлемой частью анализируемой статьи, в том числе для целей уяснения ее смысла, является ее название – «Наследство». Поименовав так соответствующий комплекс норм, законодатель указал, что после смерти лица его имущество (независимо от своего состава) приобретает особые юридические свойства, превращаясь в объект гражданских прав локального характера: разнообразные правоотношения, в которые оно вовлекается, преследуют лишь одну цель – обеспечить его переход от одного лица к другому (другим) в порядке универсального правопреемства. С отмеченным свойством наследственного имущества связана и другая его специфическая черта – эластичность. Она означает, что в состав наследства могут входить любые вещи, иное имущество, в т.ч. имущественные права и обязанности, причем в неограниченном количестве. И именно благодаря эластичности туда может входить и «заграничное имущество» (см. выше). В совокупности же локальность и эластичность характеризуют наследство как единое целое (ст. 1110 ГК). Представляется, что сказанное относится не только к «внутреннему» наследованию, но и к таковому трансграничного характера, хотя в литературе встречаются и иные мнения [26] . Проблема квалификации затронута также в ст. 1128 ГК, посвященной завещательным распоряжениям на денежные средства в банках. Эти права входят в состав наследства и наследуются на общих основаниях в соответствии с правилами ГК. Данное обстоятельство имеет прямое отношение и к МЧП, поскольку права, вытекающие из договора с банком, подчинены теперь наследственному, а не обязательственному статуту (отметим, что ранее действующее регулирование стояла на прямо противоположных позициях). Таким образом, даже поверхностное ознакомление с основными положениями российского наследственного права показывает, что отечественный законодатель ввел в него ряд новелл, которые, с одной стороны, значительно расширяют материальную сферу возникновения наследственных отношений, в том числе и связанных с правопорядками нескольких государств, следовательно, диктуют необходимость обращения к регулятивным средствам МЧП, а, с другой стороны, произвел в рамках последнего отход от ранее существовавших решений. Коллизионные нормы, относящиеся к наследственному статуту, сосредоточены в ст. 1224 ГК РФ. Согласно ее п. 1, «отношения по наследованию определяются по праву страны, где наследодатель имел последнее место жительства, если иное не предусмотрено настоящей статьей». В следующем абзаце того же пункта установлено, что «наследование недвижимого имущества определяется по праву страны, где находится это имущество, а наследование недвижимого имущества, которое внесено в государственный реестр в Российской Федерации, - по российскому праву». Анализируя указанные законоположения, следует отметить несколько моментов.   Во-первых, текстуальное выражение нормы первого абзаца п. 1 ст. 1224 ГК указывает на ее общий характер («если иное не предусмотрено настоящей статьей»). В то же время положения, касающиеся недвижимого имущества, предназначены действовать в качестве специальных. Таким образом, определение круга отношений, охватываемого объемом нормы п.1, возможно с помощью его сопоставления его с объемом специального коллизионного правила, содержащегося в абзаце втором упомянутой статьи, о «наследовании недвижимого имущества». В этом плане закономерным, очевидно, будет предположение о том, что в общей норме речь идет о движимом имуществе. Данный тезис в принципе не вызывает возражений, однако требует некоторой конкретизации. Дело в том, что в строгом смысле к движимостям или недвижимостям принято относить только один из видов имущества – вещи (ст. 130 ГК), а состав наследства, как уже отмечалось выше, вещами не исчерпывается (ст. 1112 ГК). Руководствуясь приведенным соображением, приходим к заключению, что формулу объема общей нормы можно выразить следующим образом: «отношения по наследованию движимых вещей и иного имущества, не относящегося к недвижимости». Представляется, что именно такое толкование адекватно отражает волю законодателя, так как охватывает наследование не только движимых вещей, но и иных объектов (например, имущественных прав). Если текстуальное выражение объема общей коллизионной нормы о наследовании не претерпело изменений по сравнению с ранее действовавшим регулированием (ст. 567 Гражданского кодекса РСФСР 1964 г. и п. 1. ст. 169 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. [27]  также оперировали понятием «отношения по наследованию»), то ее привязка в ныне существующем праве сконструирована иначе. Предшествовавшая регламентация прикрепляла наследственные отношения, связанные с правопорядками различных государств, к праву страны, в которой наследодатель имел последнее постоянное место жительства. С введением в действие части третьей ГК отношения по наследованию были подчинены праву страны, в которой наследодатель имел последнее место жительства. Исключение прилагательного «постоянный» из формулы прикрепления можно, как представляется, объяснить тем обстоятельством, что уже само понятие места жительства лица определяется в нашем праве как место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает (ст. 20 ГК). Однако подобный вывод сопровождается немалым числом контроверз и сомнений, поскольку отечественному праву известны и такие понятия, как, например, «местопребывание», «резиденция», «преимущественное пребывание» и т.п. [28] По общему правилу, квалификация понятия «место жительства» будет осуществляться в соответствии с российским правом (ст. 1187 ГК). Следовательно, российский правоприменитель, например, нотариус, для целей определения права, компетентного регулировать наследование движимых вещей и иного имущества, не относящегося к недвижимости, должен установить, в каком государстве наследодатель постоянно или преимущественно проживал на момент открытия наследства. При этом для установления наличия правовой связи лица с определенным государством необходимо, чтобы оно не просто пребывало на его территории, но находилось там достаточно долгое время, причем на законном основании. Так, в соответствии с положениями Федерального закона от 25 июля 2002 г. «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», иностранные граждане признаются постоянно проживающими на территории РФ, если они имеют вид на жительство. Законодатель не придает юридического значения намерению лица приобрести домицилий в той или иной стране, как это имеет место, например, в английском праве. [29]  Укажем также, что правопорядок, регулирующий отношения по наследованию, не тождествен личному закону наследодателя (ст. 1195 ГК), хотя может в определенных случаях и совпадать с ним, - например, в тех случаях, когда наследодатель постоянно проживает на территории государства своего гражданства. Второй существенной новеллой в сфере отечественного коллизионно-правового регулирования наследственных отношений является специальная норма, содержащаяся в абзаце втором п. 1 ст. 1224 ГК, посвященная наследованию недвижимого имущества, в том числе того, которое внесено в государственный реестр в Российской Федерации. В первом случае компетентным правопорядком будет правопорядок страны, в которой имущество находится, во втором – российское право. Появление данной нормы в нашем законодательстве позволяет говорить об изменении концепции коллизионно-правового регулирования в отечественном праве, ибо налицо дифференциация регулирования в зависимости от вида (категории) вещей – движимых и недвижимых (равно как и приравненных к последним). Иными словами, вместо исходного начала единства наследственной массы и применения соответственно общего коллизионного принципа к наследованию, за исключением привязки односторонней коллизионной нормы к праву СССР (в дальнейшем РСФСР и РФ) в особых случаях местонахождения строений на указанной территории, ныне нужно вести речь о двух самостоятельных статутах наследования применительно к разным частям наследственной массы (см. выше). Как видно из предшествующего изложения, речь идет о коллизионных правилах, отличающихся друг от друга как по объему (и, как следствие этого, по кругу регулируемых отношений), так и по формулам прикрепления. Подобные ситуации имеют место в российской нотариальной практике. В результате супружеской ссоры был убит гражданин России Р., постоянно проживавший в пригороде Женевы. К нотариусу г. Москвы К. обратилась гражданка России П., действующая в интересах своего несовершеннолетнего сына, который, согласно свидетельству о рождении, является сыном наследодателя и гражданки П., рожденным вне брака. В состав наследственного имущества входит квартира в г. Москве, дом в г. Женева, вклады в российском и швейцарском банках. В данном случае российский нотариус должен применить к наследованию недвижимости российское и швейцарское право [30] . Из приведенного казуса легко увидеть, что действие единой привязки lex rei sitae задействовало несколько правопорядков – статут наследования недвижимости «распался». Ранее действовавшее регулирование (ст. 567 ГК 1964 г.) также дифференцировало коллизионно-правовую регламентацию наследования в зависимости от состава наследственного имущества, однако в данном правиле речь шла не о недвижимом имуществе, а о «строениях, находящихся в СССР». При этом порядок их перехода по наследству определялся советским правом. Подобный подход объяснялся, во-первых, тем, что до принятия Основ ГЗ Союза ССР и республик 1991 г. и части первой ГК РФ нашему праву не было известно деление вещей на движимые и недвижимые. В то же время, определяя понятие «строение», доктрина исходила из того, что «законодательство, говоря о строениях, имеет в виду не всякую постройку, не временно возведенную для преходящих целей, а лишь прочно связанную с земельным участком», которая образует «хозяйственно и технически единое целое с земельным участком» [31] . Таким образом, конституирующим признаком строения выступало не простое возведение какой-либо конструкции на земельном участке, но неразрывная ее связь с землей, что в свою очередь выступает в качестве основной характеристики недвижимого имущества вообще. В связи с этим в п. 3 ст. 169 Основ речь шла уже о «строениях и другом недвижимом имуществе». В дальнейшем понятие недвижимого имущества получило в нашем гражданском законодательстве легальное закрепление. К недвижимости стали относить не только здания и сооружения – «строения», но и земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты, многолетние насаждения, а также те объекты, которые подлежат государственной регистрации (воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты), и иные объекты, отнесенные законом к недвижимому имуществу (п.1 ст. 130 ГК). Ныне действующее коллизионное право, следуя данным положениям ГК и учитывая расширение круга объектов, входящих в состав наследства, говорит именно о «наследовании недвижимости». Во-вторых, законодатель понимал, что распространение отечественного закона на наследование недвижимостей, находящихся за границей, пребывает в явном противоречии с устойчивой с древнейших времен практикой коллизионного регулирования, построенной по принципу прикрепления к закону места нахождения вещи. Тем не менее, привязка в ГК 1964 г. и Основах ГЗ наследования строений и иной недвижимости, находящейся в СССР, к советскому праву не имела в литературе однозначного толкования. В частности, А.А. Рубанов считал, что «когда наследодатель постоянно проживал за границей, отношения по наследованию регулируются иностранным законом, за исключением отношений по наследованию строений, к которым применяется советское право. В то же время, если наследодатель постоянно проживал в СССР, но имел строение за границей, наследование целиком регулируется советским правом» [32] . Противоположной точки зрения придерживался Л.А. Лунц, полагая, что норму о наследовании строений следует квалифицировать «как частный вывод из принципа, по которому наследование в недвижимости подчинено закону ее местонахождения. При таком толковании принцип местонахождения недвижимости применяется также и к случаям, когда недвижимость находится за рубежом» [33] . Как видно из текста абзаца второго п. 1 ст. 1224 ГК, законодатель воспринял позицию Л.А. Лунца, заменив одностороннюю коллизионную норму двусторонней и прикрепив регулирование наследования недвижимости к праву страны, в которой недвижимость находится. По этому же праву будет осуществляться соответствующая квалификация имущества (п. 2. ст. 1205 ГК). Для особой разновидности недвижимости – объектов, внесенных в государственный реестр в Российской Федерации, - установлена привязка к российскому праву. Эта норма является новеллой. В ней речь идет о таком имуществе, которое квалифицируется как недвижимое не в силу прочной связи с землей, а по юридическому критерию – в силу прямого указания закона. Сюда относятся, например, морские суда, которые в соответствии со ст. 33 Кодекса торгового мореплавания РФ (КТМ) подлежат регистрации в специальном реестре. Прикреплять наследование данных объектов к правопорядку страны их фактического нахождения нецелесообразно, так как они способны и специально предназначены для перемещения в пространстве, в том числе из одной страны в другую. В силу этого единственным фактором, определяющим правовую связь судна с какой-либо национальной правовой системой, является внесение его в специальный реестр. Остается неясным, подлежит ли рассматриваемое правило расширительному толкованию для целей формирования общего принципа применения закона места государственной регистрации (места внесения в реестр – lex chartae sitae) к отношениям по наследованию, например, морских, речных и воздушных судов. На поставленный вопрос должна ответить правоприменительная практика [34] . Вместе с тем, пожалуй, уместно поставить ту же задачу и перед законодателем, который должен будет учесть и результаты последней, и научные разработки в этом направлении. В связи с этим необходимо подчеркнуть, что в рассматриваемой части нового российского регулирования наследственных отношений существуют и иные несовершенства, которые неизбежно потребуют своего устранения. Например, вышеприведенные специальные положения формируют одностороннюю привязку регулирования отношений по наследованию к праву РФ в случаях наличия имущества, внесенного в реестр Российской Федерации. Как быть, если речь идет о внесении в реестр акций или иных ценных бумаг, причем в иностранные реестры? Идет ли речь только о государственных реестрах или также имеются в виду и реестры субъектов частного права (скажем, корпоративных образований)? Это становится особенно важным, в частности, в свете того, что недавние изменения в законодательстве России о ценных бумагах обусловили распространение ценных бумаг в бездокументарной форме [35] . Кроме того, предусмотрены ценные бумаги иностранных эмитентов (п. 31 ст. 1 Закона № 185-ФЗ). Закономерно, что перечисленные обстоятельства не замедлят сказаться и в области наследственных отношений. Характеризуя действующее российское регулирование так называемого «трансграничного наследования», т.е. наследственных отношений международного характера, необходимо указать еще на ряд важных обстоятельств. Не вызывает сомнений тот факт, что при конструировании соответствующих коллизионно-правовых предписаний законодателю необходимо исходить из сущности общественных отношений, подвергаемых регламентации. Представляется, что таковая не может дифференцироваться в зависимости от того, идет ли речь о чисто «внутренних» отношениях или же об отношениях, выходящих за пределы юрисдикции одного государства. Наследование – всегда наследование. И если оно квалифицируется как универсальное правопреемство, как об этом говорилось выше, то это указывает на использование определенных подходов к пониманию сути того социального явления, которое подпадает юридическому регулированию. При этом не имеет значения, о какой его разновидности идет речь – о материальных нормах внутригосударственного гражданского законодательства или о национальных коллизионных нормах МЧП. Если рассмотреть предписания п. 1 ст. 1224 ГК с указанных позиций, то можно прийти к выводу, что содержащиеся в них решения не вполне соответствуют той юридической квалификации, которая осуществлена законодателем в ст.ст. 1110 и 1112 ГК. Анализируемые коллизионные нормы не только ставят перед правоприменительными органами ряд упомянутых выше проблем, связанных с возможной «полистатутностью» наследования. Фактически они лишают наследство таких его важнейших характеристик, как единство и целостность, что, в свою очередь означает утрату наследственным правопреемством свойств универсальности. В итоге становится очевидным, что те правоположения, которые призваны носить «сквозной», принципиальный характер для регулирования наследственных отношений как таковых, на деле оказываются не в состоянии осуществить свою регламентирующую функцию надлежащим образом, если наследственные отношения имеют международный характер. Избежать отмеченных негативных последствий можно было бы в том случае, если использовать для целей регулирования отношений по наследованию единую коллизионную привязку. Нормативная практика и доктрина разных государств в качестве таковой выдвигают, например, гражданство или домицилий наследодателя на момент смерти, место его обычного проживания [36] . Проблема определения того, какой из приведенных критериев либо их сочетание являются предпочтительными для целей прикрепления к ним статута наследования, должна составить самостоятельный предмет научного исследования, что не входит в рамки настоящей статьи. Поэтому в рамках нашего исследования представляется целесообразным ограничиться следующим соображением: построение системы коллизионно-правового регулирования наследственных отношений на основе дифференциации имущества на движимости и недвижимости не может считаться в полной мере адекватным, как с точки зрения прикладной, так и в свете природы регулируемых отношений. Во-первых, подчинение движимостей и недвижимостей разным статутам нередко порождает необходимость «поиска компромисса» между несколькими правопорядками, претендующими на регулирование. Как показывает практика, в том числе зарубежная, решение данного вопроса отнюдь не является простым. Нередко ситуация складывается так, что из нескольких наследственных статутов, которые в силу действия коллизионных норм должны были совместно участвовать в регламентации соответствующих отношений, «реально действующим» оказывался только один. В качестве иллюстраций можно указать на одно из решений Палаты Лордов, вынесенных еще в XIX в. В деле Balfour v. Scott лицо, домицилированное в Англии умерло без завещания, оставив недвижимое имущество в Шотландии. Наследником был один из потомков умершего, который претендовал также на часть движимого имущества. В отношении данного притязания было выдвинуто возражение о том, что в соответствии с правом Шотландии данный наследник не имеет доли в движимом имуществе кроме как при условии объединения все наследственной массы и дальнейшего ее раздела. Тем не менее, наследник получил причитающееся ему имущество, так как было применено английское право, а не шотландское. Как видим, невозможность для наследника претендовать на часть движимого имущества не последовала за ним в Англию, и движимое имущество было распределено таким образом, как если бы недвижимость находилась в Англии. Таким образом, не приходится говорить о совместном действии двух правопорядков – напротив, компетентным был признан только один из них [37] . Во-вторых, представляется, что единый принцип установления наследственного статута в максимальной степени отвечает сущности наследования как successio in universum. В зарубежной доктрине в середине прошлого столетия даже высказывалось мнение, что он является следствием такого понимания посмертного перехода имущества к другим лицам [38] . Коллизионные вопросы завещательной дееспособности и формы завещания. Одной из ключевых форм и оснований перехода прав и распоряжения имуществом при наследовании выступает институт завещания. В том случае, если наследственные отношения связаны с правопорядком нескольких государств, перед соответствующими компетентными органами с неизбежностью встают вопросы о том, удовлетворяет ли завещательное распоряжение материальным требованиям по его составлению, составлено ли оно в надлежащей форме дееспособным лицом, не нарушает ли оно норм публичного порядка данной страны. При этом вопросы действительности завещания по существу относятся к сфере действия наследственного статута. Что же касается его формальной действительности и завещательной дееспособности, то этот аспект зачастую подвергается специальному регулированию, выходя за рамки как наследственного статута, так и личного закона завещателя. Не является исключением в этом плане и российское право. Согласно п. 2 ст. 1224 ГК, способность лица к составлению и отмене завещания, в том числе в отношении недвижимого имущества, а также форма такого завещания или акта его отмены определяются по праву страны, где завещатель имел место жительства в момент составления такого завещания или акта; однако завещание или его отмена не могут быть признаны недействительными вследствие несоблюдения формы, если она удовлетворяет требованиям права места составления завещания или акта его отмены либо требованиям российского права. Как видим, привязка данной нормы отличается от привязки общего коллизионного правила, определяющего наследственный статут. Анализируемое правило отличается и от ранее действовавшего регулирования (пп. 2, 3 ст.169 Основ ГЗ), причем сразу по нескольким направлениям. Во-первых, предшествовавшая регламентация различала статут завещательной дееспособности и формы завещания в зависимости от того, какое имущество передавалось в силу соответствующего распоряжения, – движимое либо строения и другое недвижимое имущество, находящееся в СССР. В первом случае компетентным правопорядком признавалось право страны, на территории которой завещатель имел постоянное место жительства в момент составления завещания или акта его отмены; при этом завещание или акт его отмены не могли быть признаны недействительными вследствие несоблюдения формы, если она удовлетворяла требованиям места составления такого завещания или акта либо требованиям советского права. Во втором случае применялось право места нахождения недвижимости. Ныне действующее право не придает юридического значения составу наследственной массы для целей определения завещательной дееспособности и формальной действительности завещательного распоряжения или акта его отмены. Очевидно, это обусловлено стремлением законодателя минимизировать случаи формальной недействительности завещания, если оно охватывает всю или большую часть наследственной массы, в том числе недвижимое имущество, а в большинстве случаев дело обстоит именно так. При этом была сохранена множественность коллизионных привязок для формы завещательного распоряжения или акта его отмены, что соответствует современным тенденциям развития международного частного права. Во-вторых, изменилась основная привязка коллизионной нормы: если ранее речь шла о праве места постоянного жительства завещателя, то теперь формулой прикрепления выступает его место жительства. Принимая во внимание тот факт, что лицо в течение жизни может менять место жительства, такая формулировка представляется вполне обоснованной, в противном случае при каждой перемене домицилия пришлось бы составлять новое завещание. Здесь обращает на себя внимание характерное обстоятельство: коллизионные правила Основ ГЗ о наследовании, как представляется, также исходили из того, что постоянное место жительства лица может измениться, вследствие чего наследственный статут, как сказано выше, определялся по праву последнего постоянного места жительства наследодателя, а завещательная дееспособность и формальная действительность завещания – по праву постоянного места жительства завещателя. Таким образом, критерий «постоянства» места жительства был не случайно изъят из отечественных коллизионных норм о наследовании. Билет № 18 Правовая природа унифицированных частноправовых норм, их место в национальном праве. Унификация – сотрудничество государств для создания, изменения или прекращения одинаковых правовых норм. В результате механизма У появляются унифицированные нормы, то есть одинаковые, полностью совпадающие по содержанию. Они имеют силу национального права, включая соответствующие национально-правовые меры для их реализации. У. нормы не отменяют аналогичных норм внутреннего права, а действуют параллельно с ними. При этом они не сливаются с нормами внутреннего права в единый массив, а сохраняют в нем обособленность, обусловленную их договорным происхождением. Договор определяет пространственную сферу реализации У.норм. Она всегда уже сферы применения соответствующих внутренних норм права. Например, коллизионная норма Российско-польского договора о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским и уголовным делам 1996 г, устанавливающая применение к наследственным отношениям законодательства государства, гражданином которого был наследодатель в момент смерти , предназначена только для решения коллизий между российским и польским законами. Пространственная сфера применения внутренних коллизионных норм, например, ст. 1224 ГК РФ, предусматривающий применение для регулирования наследственных отношений закона последнего постоянного места жительства наследодателя) практически ничем не ограничена: они применяются даже в отношении непризнанных государств. Международный договор определяет и предметную сферу применения. Она будет отличаться от предметной сферы аналогичных норм внутреннего права. Так, нормы Венской конвенции 1980 г. предназначены для регулирования обязательств по договору купли-продажи при условии, что стороны имеют коммерческие предприятия на территории разных государств. Договорное происхождение У. норм определяет специфику их толкования. Они должны толковаться в свете целей, принципов и содержания соответствующего международного договора, также должны восполняться пробелы в комплексе унифицированных норм соответствующего договора. Часто данное положение включается в текст самого договора. Например, согласно ст. 7 Венской конвенции 1980 г. при ее толковании надлежит учитывать ее международный характер и необходимость содействовать достижению единообразия в ее применении; пробелы подлежат разрешению в соответствии с общими принципами, на которых она основана. Договорное происхождение определяет и временные рамки действия У.норм. Они приобретают на территории участвующего в договоре государства юридическую силу не ранее того момента, когда договор вступает в силу. Даже если государство ратифицировало договор (или иным образом выразило свое согласие на его обязательность), но он не вступил в силу У.  нормы  не действуют. Прекращение действия  договора ведет к прекращению действия соответствующих унифицированных норм. Односторонний выход государства из договора также  прекращает действие соответствующих унифицированных норм на территории данного государства. Классификация: 1) по видам унификации – коллизионные, материальные, смешанные. 2) комплексы У.норм по предметам отраслей. 2) универсальные, региональные, двусторонние. Система правового регулирования внешнеэкономической деятельности. Виды сделок международного характера: 1) непредпринимательские сделки, не ставящие целью извлечение прибыли. 2) внешнеэкономические сделки. В РФ нет легального понятия. Доктринальное: внешнеэкономические сделки (или международные коммерческие сделки) - сделки, опосредующие предпринимательскую деятельность в сфере международных экономических отношений, совершаемые между сторонами, коммерческие предприятия которых находятся на территории разных государств. 2 уровня отношений: 1) между государствами (международными организациями); Международное право. Два направления: а) основы осуществления международных экономических связей (торговые договоры между государствами на двусторонней основе, межправительственные соглашения о товарообороте и платежах. В отличие от первых они заключаются на короткие сроки (6—12 месяцев), товарные соглашения, на многосторонней основе. Устанавливают квоты для каждого государства на куплю-продажу определенного товара). б) унификации материально-правовых и коллизионных норм. Акты в которых РФ участвует. Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г., Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности 1992 г. (СНГ), Оттавская конвенция о международном финансовом лизинге 1988 г. А также решения совета безопасности ООН (например о наложении санкций обязательны для всех). 2) между физическими и юридическими лицами. Раздел VI «МЧП» ГК. Ст. 1186 ГК, к международным относятся сделки «с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо осложненные иным иностранным элементом, в т.ч. в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей..». Отрасли публичного права: административное право (подотрасль таможенное право), финансовое право (подотрасли налоговое, валютное право). ФЗ 2003 г. «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности». Внешнеторговая деятельность - деятельность по осуществлению сделок в области внешней торговли товарами, услугами, информацией и интеллектуальной собственностью. ФЗ «О мерах по защите экономических интересов РФ при осуществлении внешней торговли товарами» (например антидемпинговые). ФЗ «О военно-техническом сотрудничестве РФ с иностранными государствами». ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» 2003 г. Негосударственное регулирование («контрактные условия»): стороны свободны в установлении взаимных прав и обязанностей по сделке. (Свобода ограничивается: 1) нормами публичного права, 2) общей диспозитивностью гражданского права («что не запрещено, то разрешено»), 3) императивными нормами гражданского права. Обычаи международной торговли или более широкий термин - обычаи международного делового оборота, «Lex mercatoria». (неофициальные кодификации ИНКОТЕРМС 2000). Римский институт унификации частного права в 1994 г. «Принципы международных коммерческих договоров» (Принципы УНИДРУА). Судебную и арбитражную практику. Ее роль в уяснении содержания и толкования норм применимого права; в обеспечении единообразного применения унифицированных норм. Вопросы наследственного права в договорах об оказании правовой помощи. С принятием части третьей ГК Россия попала в категорию тех государств, которые используют несколько критериев подчинения отношений по наследованию своему законодательству. При решении вопроса наследования, когда участвующими этих отношений являются граждане разных государств необходимо решить: определение круга наследников по закону и по завещанию (Россия- 7очередей, в ФРГ – 6 очередей, во Фр. – круг очередей не ограничен). Необходимость определения о соответствии формы завещания зак-ву той или иной страны. За рубежом признается устная форма завещания, но душеприказчиком м.б. врачи, священники, личные адвокаты, но не признается действительным если завещание оформлено в пользу душеприказчика. Устное завещание считается действительным, если оно составлено в момент аварии, катастрофы. В этом случае душеприказчиком м.б. любой человек, но их д.б. не менее 3-ех чел. Также признается простая письменная форма завещания (записано собственноручно. Решаются вопросы о разграничении статуса наследуемого движимого и недвижимого имущества. Проблемы связанные с установлением системы распределения наследуемого имущества (доли). Коллизионные привязки, используемые для установления применимого права наследуемых правоотношениях с иностранными элементами 1. З-н места нахождения имущества –всегда применяется в отношении недвижимости; 2. З-н страны места составления завещания; 3. Личный закон наследодателя – применяется в качестве основной при наследовании недвижимости во Фр., Бельгии, Голанд., Испании и большинстве латиноамериканских странах; 4. З-н последнего постоянного МЖ наследодателя (в англосаксонских странах); 5. З-н гражданства наследодателя в момент его смерти (в ФРГ для решения судьбы единого наследуемого имущества). Источники: Конвенция о форме м/ународного завещания от 26.10.1973г. (Вашингтон); Конвенции о коллизии з-нов в отношении форм завещания от 5.10.1961г. (в Женеве). Действует в отношении стран Европы; - Конвенция стран СНГ о правовой помощи, принята в Москве от 22.01.1993г, разд. VI «МЧП» ГК РФ, Глава 68 «Право, подлежащее применению к имущественным и личным неимущественным отношениям» Ст. 1224 ГК. Право, подлежащее применению к отношениям по наследованию. По праву страны, где наследодатель имел последнее место жительства, если иное не предусмотрено настоящей статьей. Наследование недвижимого имущества по праву страны, где находится это имущество, а наследование недвижимого имущества, которое внесено в государственный реестр в РФ, - по российскому праву. Способность лица к составлению и отмене завещания, в том числе в отношении недвижимого имущества, а также форма такого завещания или акта его отмены определяются по праву страны, где завещатель имел место жительства в момент составления такого завещания. Однако завещание не могут быть признаны недействительными вследствие несоблюдения формы, если она удовлетворяет требованиям права места составления мены либо требованиям российского права. Билет № 19 Гармонизация права: понятие, признаки, соотношение с унификацией.   Гармонизация права — процесс, направленный на сближение права разных государств, на устранение или уменьшение различий в нем. Понятно, что гармонизация и унификация — взаимосвязанные процессы. Унификация, предполагающая введение в национальное право разных государств одинаковых норм права, ведет к сближению национально-правовых систем, к стиранию различий между ними. Но гармонизация — более широкое понятие, так как сближение осуществляется и за пределами унификации. Поэтому следует различать гармонизацию права в широком смысле слова, которая охватывает также унификацию и гармонизацию права в узком смысле слова, отличную от унификации. Главное отличие гармонизации права от унификации — отсутствие в этом процессе международно-правовых обязательств государств, закрепленных международным договором. Отсутствие договорной формы не является только формальным моментом, а определяет специфику всего процесса гармонизации: порядок создания и применения норм права, его конечный результат.   Гармонизация права осуществляется стихийно и целенаправленно. Суть стихийной гармонизации в том, что в процессе взаимодействия между государствами возникало похожее или единообразное регулирование. К стихийной гармонизации следует отнести и заимствование опыта других государств, в результате происходило сближение права, хотя такая цель и не ставилась. Одним из способов гармонизации права является рецепция — одностороннее заимствование одним государством у другого крупных массивов права. Гармонизация может быть односторонней или взаимной. При односторонней гармонизации право одного государства адаптируется к праву другого государства. При взаимной гармонизации участники предпринимают на согласованной основе меры к сближению права. Выделение взаимной гармонизации связано еще с одной ее классификацией: во-первых, гармонизация, осуществляемая исключительно с использованием национально-правовых средств, и во-вторых, осуществляемая с использованием международных средств, в том числе международно-правовых. Гармонизация на национально-правовой основе всегда односторонняя: государство в свое национальное право вводит отдельные нормы иностранного права, или целые комплексы норм, или целые законы. Взаимная гармонизация — это относительно новый способ, получивший большое распространение к концу XX в., и осуществляется он преимущественно с помощью механизмов международных, включая межправительственные, организаций. Это характерная черта современного процесса гармонизации права. Она происходит в форме резолюций международных органов и организаций. Успехом пользуется такое средство, как создание модельных или типовых законов. Примером подобной гармонизации на универсальном уровне может быть подготовленный ЮНСИТРАЛ Типовой закон о международном коммерческом арбитраже. Он одобрен резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 11 декабря 1985 г. и рекомендован государствам для принятия соответствующих законов. Ряд государств приняли национальные законы о международном коммерческом арбитраже: Австралия, Болгария, Венгрия, Канада, Украина и др. (см. об этом в гл. 20). К числу этих государств относится и Россия, принявшая соответствующий Закон в 1993 г. Различия гармонизации и унификации: 1. Унификация представляет собой установление единообраз- ных норм в юридически обязательной для государств форме, т. е. в форме договора. В них формулируются нормы, которые госу- дарства обязаны без всяких изменений применять во внутренней правовой        системе.        Гармонизация — более        простой        и        более        «мяг- кий» процесс, он не опосредуется твердыми международно-право- выми обязательствами. Чаще всего это односторонний процесс. Но даже взаимная гармонизация, роль которой будет возрастать, осуществляемая с использованием международно-правовых меха- низмов межправительственных организаций, не сопровождается юридическими обязательствами. 2. Различие формы приводит к различным результатам. Только унификация ведет к созданию одинаковых норм во внутреннем праве разных государств, а гармонизация —лишь к сближению права, к устранению противоречий: нормы разных государств мо- гут быть похожими, даже словесно совпадающими, но разными. 3. Природа и место норм в национальной системе, созданных в процессе унификации и гармонизации, также отличны. Унифи- цированные нормы в национальном праве выступают как специ- альные, поскольку вся их жизнь, от создания до прекращения, связана с международным договором. Отсюда особый порядок их применения. Напротив, в процессе гармонизации происходит раз- витие национального права. В него включаются нормы (либо за- имствованные у других государств, либо предусмотренные типо- выми законами или другими международными актами), адаптиро- ванные к национальной правовой системе, принимаемые в форме национальных законодательных актов. Они ничем не отличаются от других норм национального права и применяются в общем по- рядке. Они получают реальное содержание в контексте нацио- нального права. Это может привести к тому, что даже одинаковые по форме нормы будут иметь разное содержание в праве разных государств. Отсюда и различный механизм применения тех и других норм при регулировании трансграничных частноправовых отношений. Унифицированные материальные нормы снимают коллизионный вопрос и применяются непосредственно. Гармонизированные нор- мы не снимают коллизионную проблему. Каково бы ни было ре- альное сближение права разных государств, как обширны бы ни были совпадения в праве (например, Кодекс Наполеона во Фран- ции и в Бельгии; см. об этом в гл. 1 учебника), коллизии между ними возникают: при регулировании частноправовых отношении116        Часть первая. Общие положения с международными характеристиками прежде всего необходимо выбрать применимое право. 4. Иногда международный договор становится основой гармо- низации. Речь идет о государствах, не участвующих в договорах. Нет никаких препятствий для неучаствующих государств вклю- чить нормы договора в свое национальное право. Но в этом слу- чае договор действует в качестве не юридически обязательного акта, а типовой модели. 5. Нет никакой необходимости давать сравнительную оценку значимости обоих процессов для развития права современного общества. С одной стороны, казалось бы, что унификация наибо- лее способствует сближению права, так как только она создает одинаковые нормы в праве разных государств. Но практика сви- детельствует, что государства неохотно связывают себя жесткими юридическими обязательствами. Многие принятые конвенции де- сятилетиями не вступают в силу или действуют в незначительном круге государств. Напротив, гармонизация как более простой процесс, не связывающий государства жесткими юридическими обязательствами, оказывается более предпочтительной и реально способствует сближению права. Трансграничная сделка и внешнеэкономическая сделка: понятие, особенности. Сделка междунар.хар-ра более широкое понятие - подразумевает ВЭ сделки коммерческого хар-ра и ВЭ не ставящие целью извлечение прибыли. Определение сделки мн хар-ра можно вывести из ст.1186 ГК - это сделка с участием иностр.граждан или иностр.юр.лиц либо...осложненные иным иностранным элементом, в том числе в случае когда объект гражданских прав находится за границей. ВЭ сделка = международный коммерческий договор. ВЭ сделка - традиционно употребляемое в РФ понятие. В мировой практике чаще говорят межд.комм.договор. В росс.зак-ве нет определения ВЭ сделки. ФЗ о государственном регулировании внешнеторговой деятельности дает определение внешнеторг.деят-ти: это предпринимательская деятельность в области международного обмена товарами, работами, услугами, информацией, результатами интеллектуальной деятельности, в том числе исключительными правами на них (интлеллектуальная собственность). В международно-правовых актах наиболее часто по международным коммерч.договором подразумевается договор, в котором коммерческие предприятия сторон находятся на территории разных государств. Итого: межд.коммерческая сделка (ВЭ сделка) - сделка, опосредующая предпринимательскую деятельность в сфере международных экономических отношений, совершаемую между сторонами, коммерческие предприятия которых находятся на территории разных гос-в. Особенности: во ВЭ сделках осложняется возможность получения платежей - в договоре тщательно прописываются условия платежа, условия по обеспечению платежа. Хотя бы для одной стороны валюта будет иностранной - необходимо прописать в договоре валюту платежа, меры по предотвращению валютных рисков Прописываются условия перевозки товара Распределение обязанностей по выполнению таможенных правил Форс-мажорные обстоятельства - ответственность сторон за полное или частичное невыполнение обязательств Условие о применимом праве Могут существовать особые требования к форме сделки, напр.по росс.праву всегда письменная форма Трудовые отношения с участием иностранцев в Российской Федерации. В области трудовых отношений сложились следующие основные коллизионные принципы: 1) свобода выбора права (автономия воли – lex voluntatis). Применяется в UK, Италии. Можно выбрать любой закон, находящийся во взаимосвязи с этими правоотношениями. 2) закон места работы (lex loci laboris). Испания, РФ. 3) закон места нахождения работодателя. Румыния, Германия. 4) закон флага судна (lex flagi). Трудовое соглашение работника, исполняющего службу на водном или воздушном транспорте, регламентируется законом страны, где зарегистрировано транспортное средство (ст. 57 КТМ РФ, Румыния). 5) Личный закон работодателя – ФЛ или ЮЛ (lex personalis или lex societalis). 6) закон страны заключения контракта о найме (lex loci contractus). Применяется в Англии и США. Международно-правовое регулирование труда. Всеобщая декларация прав человека 1948 г., Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах. Международная конвенция о защите прав всех трудящихся-мигрантов и членов их семей, принятая в 1990 г. Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН (трудящиеся-мигранты и члены их семей могут свободно покидать любое государство, включая государство своего происхождения). Конвенции и рекомендации МОТ. РФ участвует в 47 конвенциях МОТ. Конвенция «дискриминация в области труда и занятий» 1958 г., конвенция «О трудовых статьях в договорах, заключенных гос органами власти» 1949 г., Конвенция «О трудящихся-мигрантах» 1949 г., Конвенция «О злоупотреблениях в области миграции и об обеспечении трудящимся-мигрантам равенства возможностей и обращения» 1975 г. и др. Трудовые правоотношения в рамках СНГ. Рекомендательный законодательный акт «Миграция трудовых ресурсов в странах СНГ», принятая Межпарламентская ассамблея государств-стран участников СНГ. В ст. 5 закреплен коллизионный принцип закон места работы. Соглашение о сотрудничестве в области трудовой миграции и социальной защиты трудящихся – мигрантов, заключенная в г. Москве 1994 г. Ст. 1 - закон места работы (lex loci laboris). Международные нормы по защите мигрантов содержатся в двусторонних договорах. В РФ ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в РФ» 2002 г. Ст. 13 «Условия участия иностранных граждан в трудовых отношениях». Иностранный гражданин имеет право осуществлять трудовую деятельность только при наличии разрешения на работу. Указанный порядок не распространяется на иностранных граждан: постоянно и временно проживающих в РФ; являющихся журналистами, аккредитованными в РФ; обучающихся в РФ в образовательных учреждениях профессионального образования и выполняющих работы (оказывающих услуги) в течение каникул и т.п. Временно проживающий в РФ иностранный гражданин не вправе осуществлять трудовую деятельность вне пределов субъекта РФ, на территории которого ему разрешено временное проживание. Ст. 14 «отношение иностранных граждан к отдельным видам деятельности». Иностранный гражданин не имеет права: находиться на муниципальной службе, замещать должности в составе экипажа судна РФ и т.п. Перечень открытый. Ст. 15 «отношение иностранных граждан к военной службе». Иностранные граждане могут поступить на военную службу по контракту в качестве лица гражданского персонала. Билет № 20 Понятие и строение коллизионной нормы. Коллизионная норма – норма, определяющая, право какого государства должно быть применено к данному частноправовому отношению, осложненному иностранным элементом. Особенности: 1) не дает ответа на вопрос, каковы права и обязанности сторон правоотношения, а лишь указывает компетентный для этого правопорядок, определяющий права и обязанности сторон. 2) применяется только вместе с теми материальными частноправовыми нормами, к которым отсылает. Особая природа коллизионных правовых норм предопределяет специфику их строения и применения. Структура нормы отвечает функциональному назначению коллизионного права, призванного обеспечить выбор права, компетентного регулировать частное правоотношение, осложненное иностранным элементом. Она состоит из 2-х элементов: объема и привязки. Объем – указание вида частного правоотношения с иностранным элементом, привязка – указание на право, подлежащее применению к данному правоотношению. Эти 2 элемента присутствуют и в обычных нормах права, но исторически имеют иные названия. Гипотеза – часть нормы, указывающая на те условия, при наличии которых применяется норма, диспозиция – часть нормы, указывающая на те юридические последствия, которые наступают при наличии предусмотренных в гипотезе условий. Таким образом, объем (гипотеза) – часть коллизионной нормы, указывающая на круг частноправовых правоотношений международного характера, подлежащих правовой регламентации. Традиционно объем соответствует конкретному частноправовому институту: наследственные отношения, договорные обязательства и т.д. Сейчас происходит дифференциация и усложнение коллизионных норм, что соответствует многообразию и сложности регулируемых отношений. Привязка (диспозиция) указывает на юридические последствия, которые наступают при возникновении данного частного правоотношения и которые заключаются в выборе права, подлежащего применению. Это структура реальной нормы. Логическая структура состоит из 3-х элементов: объема, привязки и санкции (которая отражена в частном праве). Например, признание соглашения сторон о выборе права недействительным, возмещение причиненных убытков и т.п. В РФ коллизионные нормы содержатся в следующих кодифицированных источников: раздел 6 (МЧП) ГК РФ, Раздел 7 (применение семейного законодательства к семейным отношениям с участием иностранных граждан и лиц без гражданства) Семейного кодекса РФ, глава 26 (применимое право) Кодекса торгового мореплавания. Например, п. 1 ст. 1224 ГК: «отношения по наследованию определяются по праву страны, где наследодатель имел последнее место жительства». Объем - отношения по наследованию, привязка - определяются по праву страны, где наследодатель имел последнее место жительства. Часто коллизионные нормы включают различные дополнительные условия их применения. Обязательственный статут и сфера его применения. Обязательственный        статут —это        право,        подлежащее        примене- нию к обязательствам, вытекающим из односторонних сделок и договоров. Раздел VI ГК РФ содержит целую систему коллизи- онных норм, с помощью которых следует определять применимое к обязательствам право. Например, к договору купли-продажи применимым правом будет право страны, где находится место жи- тельства пли основное место деятельности продавца, или к догово- ру подряда применимым правом будет право страны, где находит- ся место жительства или основное место деятельности подрядчика и т. д. (ст. 1211). В данных примерах объемами коллизионных норм являются договор купли-продажи и договор подряда; привяз- ками соответственно являются право страны продавца и право страны подрядчика. Как рассматривалось выше, привязка —это как раз та часть коллизионной нормы, которая определяет право, под- лежащее применению к отношениям, указанным в объеме. Следо- вательно, привязка коллизионной нормы определяет обязательст- венный статут. Правда, в приведенных примерах коллизионные привязки устанавливают обязательственный статут не в целом, а только для отдельных договоров: первая коллизионная норма оп- ределяет статут обязательства по договору купли-продажи, вто- рая—обязательства по договору подряда. В разд. VI есть коллизионные нормы, охватывающие все виды договоров, а значит, устанавливающие обязательственный статут, т. е. применимое право для всех договоров. Согласно ст. 1210 ГК стороны договора могут выбрать право, которое подлежит приме- нению к данному договору. Отсюда следует, что обязательствен- ный статут для любого договора —это право государства, избран- ное сторонами. Здесь речь идет об обязательственном статуте в целом. Из приведенных примеров видно, что, устанавливая право, применимое к договорным обязательствам, коллизионные нормы формулируют свои объемы самым общим образом, не раскрывая их содержание: «договор купли-продажи», «договор подряда» или просто «договор». Между тем за этими терминами стоят понятия, обладающие богатым юридическим содержанием. Поэтому непре- менно возникает вопрос о пределах применения избранного пра- ва. Какой круг вопросов, связанных с договором, регулируется правом, применимом к данному договору? Всё вопросы, связан- ные с договором, регулируются избранным правом или какие-то вопросы не входят в этот круг? Иначе говоря, возникает вопрос о сфере применения обязательственного статута. В самом общем виде договор —это соглашение сторон об ус- тановлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Понятно, что права и обязанности являются Центральным элементом договорных обязательств и они, разуме- ется, входят в сферу действия обязательственного статута. А по какому праву должны рассматриваться другие вопросы, не менее важные для договорных обязательств? Например, форма соглаше- ния об установлении прав и обязанностей (форма договора), спо- собность лица обязываться по соглашению, действительность или недействительность соглашения, последствия недействительности и т. д. Входят ли эти вопросы в обязательственный статут или они должны рассматриваться на основе какого-то иного права, избранного на основе иных коллизионных норм? Поставленный вопрос, несмотря на практическую важность, решался в основном доктринально с учетом судебной и арбит- ражной практики. Новая российская кодификация международно- го частного права восполняет этот серьезный пробел, что следует оценить как одно из ее достоинств. В разделе VI ГК есть специ- альная статья под названием «Сфера действия права, подлежаще- го применению к договору» (ст. 1215). Из названия ясно, что речь идет о сфере действия обязательственного статута примени- тельно к любому гражданско-правовому договору. Это подтвер- ждается дополнительно тем, что абз. 1 ст. 1215 содержит весь пе- речень статей, определяющих применимое право к договорным обязательствам, кроме самой ст. 1215 (ст. 1210—1214, 1216). Право, применимое к договорам, решает следующие вопросы, связанные с договором: 1) толкование договора; 2) права и обязанности сторон договора; 3) исполнение договора; 4) последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения договора; 5) прекращение договора; 6) последствия недействительности договора. При всем разнообразии вопросов, включенных в сферу дейст- вия применимого права, обращает на себя внимание то обстоя- тельство, что все они связаны с правами и обязанностями сторон договора. Даже такой элемент, как последствия недействительно- сти договора, касается прав и обязанностей: либо появляются но- вые права и обязанности, либо изменяются предусмотренные до- говором права и обязанности. Поэтому зд основу определения границ сферы действия обязательственного статута может быть взят        главный        элемент        договорного        обязательства — права        и        обя- занности сторон договора. Все остальные вопросы, прямо не свя- занные с правами и обязанностями, не входят в сферу действия обязательственного статута. Форма договора, способность лица обязываться по договору и пр. подчиняются праву, избранному на основании других коллизионных норм, с помощью других колли- зионных привязок. Правда, это не означает категорического неприменения обяза- тельственного статута для решения вопросов, не входящих в его сферу. Такое применение возможно в силу прямого указания за- кона. Так, например, в соответствии со ст. 1208 ГК «исковая дав- ность определяется по праву страны, подлежащему применению к соответствующему отношению». Отсюда следует, что в отноше- нии договорных обязательств исковая давность будет определять- ся обязательственным статутом, который и регулирует данное обязательственное отношение. В этом случае обязательственный статут выполняет функцию особой коллизионной привязки: lex causae, т. е. закон страны, регулирующий существо отношения. Аналогично решается вопрос об уплате процентов: основания взи- мания, порядок исчисления и размер процентов по денежным обя- зательствам определяются по праву страны, подлежащему приме- нениюксоответствующемуобязательству(ст.1218).Следовательно, уплата процентов по договорному обязательству, элементом кото- рого является денежное обязательство, будет регулироваться таким обязательственным статутом, как lex causae. Обязательственный статут применим и к уступке требования, в частности к таким вопросам, как допустимость уступки требования, отношения меж- ду новым кредитором и должником, условия, при которых это требование может быть предъявлено к должнику новым кредито- ром и вопрос о надлежащем исполнении обязательства долж- ником. Все эти вопросы согласно п. 2 ст. 1216 «определяются по праву, подлежащему применению к требованию, являющемуся предметом уступки». Любые требования по договорному обяза- тельству регулируются обязательственным статутом. Последнее, на что необходимо обратить внимание. Статья 1215 устанавливает круг вопросов, которые непременно должны решаться правом, применимом к конкретному договору, избирае- мом на основании соответствующей коллизионной нормы. Но коллизионные нормы пользуются термином «договор», не раскрывая его содержания. Поэтому при применении коллизион- ной нормы, устанавливающей применимое право для того или иного договора, ее объем следует толковать через призму ст. 1215. Например, из ст. 1213 вытекает, что к договору в отношении не- движимого имущества применяется право страны, где находится недвижимое имущество. Объем этой нормы — «договор в отноше- нии недвижимого имущества». С учетом ст. 1215 объем этой же нормы выглядит по-другому: «договор в отношении недвижимого имущества, в частности: толкование договора, права и обязанно- сти сторон по договору, исполнение договора, последствия неис- полнения или ненадлежащего исполнения договора, прекращение договора, последствия недействительности договора». Для реше- ния всех этих вопросов должно применяться право страны, где находится недвижимое имущество. Статья 1215 как бы конкрети- зирует содержание понятия «договор» с позиции выбора приме- нимого права и поэтому является обязательной составляющей объема любой коллизионной нормы, предусматривающей выбор права для договорных обязательств. Международно-правовое регулирование морской перевозки. В законодательстве многих государств обычно не содержатся коллизионные нормы, предусматривающие, право какой страны подлежит применению к отношениям по морской перевозке грузов. Эти вопросы решаются судебной практикой. В судах Великобритании и Франции (в соответствии с французским законодательством) применяется закон флага судна, а в судах ФРГ предпочтение отдается закону места назначения груза. Согласно закону Польши применяется закон, избранный сторонами. При отсутствии выбора к договору перевозки применяется закон места нахождения перевозчика. Морские перевозки грузов могут осуществляться на различных условиях: Если такая перевозка осуществляется без предоставления морским перевозчиком всего судна или его части, то отношения между участниками перевозки оформляются коносаментом. В 1924 г. в Брюсселе была заключена Конвенция об унификации некоторых правил о коносаменте. Эта Конвенция была изменена сначала Протоколом 1968 г., а затем Протоколом 1979 г. В 1999 г. Россия присоединилась к Протоколу 1979 г. Из ст. VII Протокола 1979 г. следует, что присоединение к нему равносильно присоединению к Конвенции. Практически условия морских перевозок внешнеторговых грузов определяются в договорах фрахтования (чартере), заключаемых с морским перевозчиком при предоставлении для перевозки всего судна, или же коносаментом на перевозки отдельных партий груза, где содержатся сведения об условиях перевозки (на обороте коносамента). Основные условия морских перевозок, интересующие российских предпринимателей (ответственность перевозчика, порядок предъявления к нему требований), соответствуют положениям Брюссельской конвенции. Чартер - документ, удостоверяющий наличие и содержание договора фрахтования, заключаемого между фрахтовщиком или фрахтователем, и рассчитан на перевозку крупных партий грузов, прежде всего массовых. При перевозках по чартеру предоставляется все судно, часть или определенное его помещение. Чартеры разрабатываются по видам грузов (угольные, нефтяные, лесные и т.д.), благодаря чему учитывается специфика перевозки отдельных грузов. По своему содержанию морской чартер представляет собой сложный договор, в который включается до 60 различных условий (предоставление груза, порядок его подачи, расчеты по фрахту и т.д.). В отношении ответственности обычно делается ссылка на условия Конвенции об унификации некоторых правил о коносаменте. Условия проформ чартера могут изменяться и дополняться сторонами, в частности посредством включения оговорок. Коносамент - документ, выдаваемый перевозчиком или фактическим перевозчиком владельцу отправляемого морем груза в удостоверение факта принятия его к перевозке и обязательства передать в порту назначения грузополучателю. Коносаменты бывают (по способу обозначения лица, имеющего право требовать выдачи груза): Именными, Ордерными, Предъявительсикими. Морской перевозчик при несохранности груза отвечает за вину, а для предъявления к нему требований действует годичный срок давности. При перевозке грузов по коносаменту необходимо объявление его стоимости. Перевозчик не несет ответственности за так называемую навигационную ошибку (ошибка капитана, матроса, лоцмана в судовождении или управлении судном). В марте 1978 г. на конференции в Гамбурге была принята Конвенция ООН о морской перевозке грузов, призванная заменить Брюссельскую конвенцию 1924 г. Новая конвенция имеет более широкую сферу действия (распространяется на перевозки животных и палубных грузов) и предусматривает ряд важных нововведений. В частности, ею отменено правило, освобождающее морского перевозчика от ответственности при навигационной ошибке, несколько повышен предел его ответственности за сохранность груза, более подробно определен порядок заявления требований к перевозчику (срок исковой давности по сравнению с Брюссельской конвенцией увеличен с одного до двух лет). Наиболее прогрессивной формой доставки грузов морем являются регулярные, или линейные, перевозки, которые обычно осуществляются на основании соглашений об организации постоянных морских линий. Такие соглашения могут быть межгосударственными, однако чаще они заключаются заинтересованными судовладельческими компаниями. В них фиксируются основные условия эксплуатации соответствующих линий, а условия морских линейных перевозок определяются в линейных коносаментах, правилах и тарифах соответствующих судовладельческих компаний. Условия линейных перевозок имеют некоторые транспортно-правовые особенности, однако специфические коллизионные вопросы в этой области, как правило, не возникают. Пассажирские перевозки морем стали предметом ряда международных соглашений, одно из которых - Афинская конвенция о перевозках морем пассажиров и их багажа от 13 декабря 1974 г. СССР присоединился к ней в 1983 г. Конвенция восприняла большинство ранее выработанных международно-правовых норм о морских пассажирских перевозках: принцип ответственности за вину, ограничение предела ответственности перевозчика (при причинении вреда здоровью пассажиров - 700 тыс. франков), срок исковой давности - два года. Наряду с конвенциями, регулирующими международные порядки перевозки, Россия участвует в ряде важных многосторонних международных соглашений, в той или иной степени связанных с перевозчиками. К их числу прежде всего относится Конвенция ООН по морскому праву 1982 г. Конвенция содержит ряд положений, затрагивающих проблемы международного частного права (гражданская юрисдикция в отношении иностранных судов, иммунитет государственных судов, эксплуатируемых в некоммерческих целях, национальность судов, применение клаузулы о наиболее благоприятствуемой нации). Из других многосторонних соглашений укажем на следующие: Международная конвенция об унификации некоторых правил, касающихся ареста морских судов, 1952 г.; Протокол 1992 г. об изменении Международной конвенции о гражданской ответственности за ущерб от загрязнения нефтью 1969 г.; Международная конвенция об ответственности и компенсации за ущерб в связи с перевозкой морем опасных и вредных веществ 1996 г.; Международная конвенция о морских залогах и ипотеках 1993 г. (эта Конвенция вступила в силу 5 сентября 2004 г.). Билет № 21 Виды коллизионных норм. Коллизионные нормы МЧП представляют собой инструмент для определения конкретного национального правопорядка, который будет регулировать отношение по существу. Коллизионные нормы сами по себе лишены регулятивного воздействия, их функция состоит в формировании коллизионного механизма регулирования. Под коллизионными нормами понимаются правила, определяющие, право какой страны подлежит применению к гражданско-правовым отношениям, осложненным иностранным элементом. Коллизионные нормы в МЧП - это нормы особой категории, нормы отсылочного характера. Они имеют две особенности: 1) коллизионная норма не регулирует непосредственно права и обязанности субъектов правоотношений, а лишь содержит принцип, руководствуясь которым мы можем выбрать подлежащее применению право; 2) эффект правового регулирования с помощью коллизионной нормы достигается в совокупности с той материально-правовой нормой, к которой она отсылает Отсылочный характер коллизионных норм означает, что в их тексте нет сочетания гипотезы, диспозиции и санкции - неотъемлемого качества иных правовых норм. Они состоят из объема и привязки, а их действие всегда предполагает наличие соответствующего материального права. Под объемом понимаются соответствующие правоотношения, к которым применимы эти нормы. Под привязкой понимается указание на право страны (правовую систему), которое подлежит применению к данному виду отношений. Приведем пример. Статья 156 СК РФ предусматривает, что условия заключения брака для каждого из лиц, вступающих в брак, определяются законодательством государства, гражданином которого это лицо является в момент заключения брака. Объем в данном случае - условия заключения брака, привязка - закон гражданства лица. Коллизионная норма как норма права (национального или международного), указывающая на то, право какой страны или какое международное соглашение подлежат применению к данному правоотношению. Критерии классификации коллизионных норм: 4) жесткие - гибкие По форме привязки коллизионные нормы бывают односторонними и двусторонними. Привязка односторонней коллизионной нормы указывает на применение собственного материального права, т.е. материального права того государства, в правовой системе которого находится и рассматриваемая коллизионная норма. Как правило, односторонние коллизионные нормы регулируют отношения собственности на недвижимое имущество и отношения по наследованию недвижимого имущества. Привязка двусторонней коллизионной нормы не указывает на конкретную правовую систему, подлежащую применению, а содержит общий принцип, руководствуясь которым мы можем ее выбрать. Привязку двусторонней коллизионной нормы называют формулой прикрепления. Следует отметить, что удельный вес двусторонних коллизионных норм значительно превышает удельный вес односторонних. По характеру регулирования коллизионные нормы можно разделить на диспозитивные, императивные, альтернативные и кумулятивные. Альтернативные нормы предполагают наличие нескольких привязок для регулирования конкретного правоотношения, закрепленного в объеме, причем та или иная привязка применяется по усмотрению соответствующего субъекта правоотношения или иного лица (например, правоохранительного органа). Кумулятивные нормы сочетают возможность применения иностранного права для регулирования данного правоотношения с указанием на то обстоятельство, что соответствие требованиям собственного национального права исключает признание юридической недействительности отношения, даже если не соблюдены требования иностранного права, к которому отсылает кумулятивная коллизионная норма. Диспозитивные нормы закрепляют общее правило поведения, адресованное участникам правоотношения, от содержания которого они могут отступить при наличии их взаимного согласия. Формальным признаком диспозитивности выступают такие формулировки, как "стороны могут", "если иное не установлено соглашением сторон". Императивные нормы не предполагают возможности отступления от содержащихся в них правил поведения даже при наличии соглашения сторон. По территории действия коллизионные нормы делятся на межгосударственные и межобластные. Межгосударственные нормы содержатся в правовых системах различных государств и выступают в качестве регулятора правоотношений, выходящих за рамки одного государства. Межобластные нормы содержатся в правовой системе одного государства, имеющего несколько административно-территориальных единиц в своем составе, правовые комплексы которых имеют отличительные особенности. Примером этого служат федеративные государства, в которых субъекты федерации обладают правом иметь собственные правовые системы. Широкое распространение в современных условиях применения принципа "наиболее тесной связи" (proper law) соответствующего правоотношения с правом какой-то страны. Этот принцип часто именуют "гибкой коллизионной нормой". в ст. 1186. 1. Право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей, определяется на основании международных договоров РФ, настоящего Кодекса, других законов (пункт 2 статьи 3) и обычаев, признаваемых в РФ". Под другими законами понимаются федеральные законы, на основании которых определяется право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям, осложненным иностранным элементом, в частности, КТМ РФ. "2. Если в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи невозможно определить право, подлежащее применению, применяется право страны, с которой гражданско-правовое отношение, осложненное иностранным элементом, наиболее тесно связано. Тот же принцип использован в случае применения права страны с множественностью правовых систем, в случае если невозможно определить в соответствии с правом этой страны, какая из правовых систем подлежит применению. В отношении применения права к договорным отношениям, согласно п. 1 ст. 1211 ГК РФ, при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан. От них следует отличать "жесткие коллизионные нормы", которые часто также определяют в литературе как "классические коллизионные нормы". Коллизионно-правовое регулирование договорных обязательств. Главный принцип - принцип автономии воли. Автономия воли сторон состоит в том, что стороны в договоре могут устанавливать по своему усмотрению не только условия и содержание договора, но и определять право, которое будет применяться к заключенному ими договору. В случае отсутствия соглашения сторон о праве, подлежащем применению к договору, это право определяется на основе коллизионных норм. Для современного международного частного права в области обязательств характерно при определении такого права использование в качестве общего принципа применения права страны, с которым конкретный договор связан наиболее тесно. 1211 ГК РФ: 1. При отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан. 2. Правом страны, с которой договор наиболее тесно связан, считается, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора". п. 3 ст. 1211 ГК РФ "стороной, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора, признается, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, сторона, являющаяся, в частности: 1) продавцом - в договоре купли-продажи; 2) дарителем - в договоре дарения; 3) арендодателем - в договоре аренды; 4) ссудодателем - в договоре безвозмездного пользования; 5) подрядчиком - в договоре подряда; 6) перевозчиком - в договоре перевозки; 7) экспедитором - в договоре транспортной экспедиции; 8) заимодавцем (кредитором) - в договоре займа (кредитном договоре); 9) финансовым агентом - в договоре финансирования под уступку денежного требования; 10) банком - в договоре банковского вклада (депозита) и договоре банковского счета; 11) хранителем - в договоре хранения; 12) страховщиком - в договоре страхования; 13) поверенным - в договоре поручения; 14) комиссионером - в договоре комиссии; 15) агентом - в агентском договоре; 16) правообладателем - в договоре коммерческой концессии; 17) залогодателем - в договоре о залоге; 18) поручителем - в договоре поручительства; 19) лицензиаром - в лицензионном договоре". Приведенный выше перечень не является исчерпывающим. Коллизионные нормы, призванные обеспечивать наиболее эффективную защиту прав потребителя как "слабой стороны" - эти нормы в отечественной и зарубежной доктрине и практике традиционно признаются "сверхимперативными", т.е. применимыми при определенных условиях, независимо от того, подчинено правоотношение (в силу коллизионных норм или условий договора) национальному праву потребителя или нет. 1212 ГК РФ предусмотрено, что выбор права, подлежащего применению к договору, стороной которого является гражданин, использующий движимые вещи (работы, услуги) для личных бытовых нужд, не может повлечь лишение такого гражданина (потребителя) защиты его прав, предоставляемой императивными нормами страны места жительства потребителя, если имело место хотя бы одно из следующих обстоятельств: 1) заключению договора предшествовала в этой стране оферта, адресованная потребителю, или реклама, и потребитель совершил в этой же стране действия, необходимые для заключения договора; 2) контрагент потребителя либо представитель контрагента получил заказ потребителя в этой стране; 3) заказ на приобретение движимых вещей, выполнение работ или оказание услуг сделан потребителем в другой стране, посещение которой было инициировано контрагентом потребителя с целью побуждения потребителя к заключению договора". При отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве и при наличии указанных выше обстоятельств к договору с участием потребителя применяется право страны места жительства потребителя. Международно-правовое регулирование воздушной перевозки. Перевозки пассажиров и грузов через воздушное пространство России совершаются иностранными авиакомпаниями на основании соответствующих соглашений. В качестве международной воздушной перевозки рассматривается перевозка, при которой хотя бы один из пунктов посадки находится на территории другого государства (ст. 101 Воздушного кодекса РФ). Россия участвует в более чем 130 двусторонних международных договорах о воздушном сообщении. Этими договорами, базирующимися на Чикагской конвенции о международной гражданской авиации 1944 г., определяются коммерческие права сотрудничающих государств при осуществлении воздушных перевозок пассажиров, багажа, груза и почты. Эти права реализуются назначенными государствами авиапредприятиями (фактическими пользователями прав) в соответствии с заключаемыми ими коммерческими соглашениями. Условия воздушных перевозок пассажиров и грузов определяются многосторонней Варшавской конвенцией для унификации некоторых правил, касающихся международных воздушных перевозок, 1929 г. Она дополнена Гаагским протоколом 1955 г. В Конвенции участвует более 100 государств, большинство из которых ратифицировало также Гаагский протокол. СССР - участник Конвенции с 1934 г. и Протокола с 1957 г. Конвенция и Протокол действуют для РФ. Действие Варшавской конвенции распространяется на воздушные перевозки между участвующими в ней странами, а также на перевозки, когда место отправления и место назначения находятся на территории одного и того же государства-участника, а остановка предусмотрена на территории другого государства, хотя бы и не участвующего в Конвенции. В Конвенции определены основные требования к перевозочным документам, права отправителя на распоряжение грузом в пути следования, порядок выдачи груза в пункте назначения, ответственность перевозчика перед пассажирами и грузовладельцем. Правила Конвенции об ответственности перевозчика имеют большое практическое значение. Перевозчик отвечает за вред, произошедший в случаях: смерти, ранения или любого другого телесного повреждения пассажира, если несчастный случай, в результате которого причинен вред, произошел на борту воздушного судна или во время операций по посадке и высадке; уничтожения, потери или повреждения зарегистрированного багажа или груза, если происшествие, причинившее вред, случилось во время воздушной перевозки; опоздания при воздушной перевозке пассажиров, багажа, грузов. Согласно Варшавской конвенции ответственность перевозчика основана на вине, которая презюмируется. Перевозчик освобождается от ответственности, если докажет, что он принял все необходимые меры, чтобы избежать вреда, или что такие меры ему было невозможно принять. Но в случае если перевозчик докажет, что вина потерпевшего была причиной вреда или способствовала ему, суд может в соответствии с законом своей страны ограничить ответственность перевозчика. Ответственность воздушного перевозчика согласно Варшавской конвенции ограничена суммой 250 франков за 1 кг веса. Для российских авиаперевозчиков эта сумма была повышена и определена в размере 20 долл. за 1 кг веса. Конвенция предусматривает краткий срок для заявления претензий к перевозчику по поводу несохранности доставленного груза (14 дней со дня получения груза), пропуск которого лишает права на обращение в суд. Исковая давность по требованиям к перевозчику - два года. Поскольку Варшавская конвенция оставила открытыми вопросы о порядке определения размера возмещения (в пределах установленного его максимума) и о круге лиц, имеющих право на возмещение в случае гибели пассажиров, они решаются в судах каждого государства в соответствии с национальным законодательством и сложившейся в данном государстве практикой. Эти вопросы могут решаться на основании закона суда, закона перевозчика, закона места заключения договора перевозки. Коллизионные нормы, содержащиеся в Варшавской конвенции, предусматривают применение закона суда в отношении возможности установить возмещение в виде периодических платежей, о присуждении истцу понесенных им судебных издержек и других расходов по судебному разбирательству, о порядке исчисления срока, по истечении которого истец утрачивает право на иск. Не решаются в Конвенции вопросы, относящиеся к порядку определения размера возмещения, кругу лиц, имеющих право на возмещение в случае гибели пассажира. Согласно российскому законодательству перевозчик несет ответственность перед пассажиром воздушного судна и грузовладельцем в порядке, установленном законодательством России, международными договорами РФ, а также договором воздушной перевозки пассажира, договором воздушной перевозки груза или договором воздушной перевозки почты. Ответственность перевозчика за вред, причиненный жизни или здоровью пассажира при воздушной перевозке, определяется по правилам гл. 59 ГК РФ ("Обязательства вследствие причинения вреда"), если законом или договором воздушной перевозки пассажира, а также международными договорами РФ не предусмотрен более высокий размер ответственности. За утрату, недостачу или повреждение (порчу) багажа, груза, а также вещей, находящихся при пассажире, перевозчик несет ответственность в соответствии с международными договорами РФ. Билет № 22 Коллизионные принципы, их соотношение с формулой прикрепления.  К числу специальных принципов международного частного права следует отнести основополагающие коллизионные начала, признанные доктриной международного частного права, закрепленные в виде общего правила в законодательстве и применяемые на практике, в том числе и при отсутствии прямого указания в законе. Кстати, в литературе основные коллизионные привязки очень часто спонтанно называются коллизионными принципами. В числе множества коллизионных норм, регулирующих тот или иной институт международного частного права, ярко выделяются основные коллизионные правила (принципы), а остальные предусмотренные законом привязки являются не чем иным, как исключением из общего правила. В число основных коллизионных принципов возможно отнести следующие: 1. Принцип места нахождения вещи — в отношениях собственности. Данный принцип подразумевает, что вещные отношения регулируются законом страны, где находится соответствующее имущество. 2. Принцип местонахождения основного исполнителя по сделке — в договорных отношениях. Этот принцип означает, что в случае отсутствия иного указания в законе или договоре к договорным отношениям применяется право страны, где находится (проживает, расположена) сторона, являющаяся основным исполнителем по сделке: даритель в договоре дарения, подрядчик в договоре подряда и т. д. 3. Принцип флага — в отношениях по международной перевозке. К отношениям международной перевозки, как правило, применяется закон страны, где зарегистрирован международный перевозчик (под чьим флагом ходит судно и т. п.). 4. Принцип места причинения вреда — в деликтных отношениях. Ответственность по обязательствам из причинения вреда устанавливается по праву страны, где было совершено гражданско-правовое нарушение (деликт). 5. Принцип места осуществления основной трудовой деятельности. Трудовые отношения с иностранным элементом в принципе регулируются правом страны, на территории которой осуществляется основная трудовая деятельность. 6. Принцип неприменения иностранного права к авторским отношениям: защита авторских прав осуществляется только по законодательству страны, где эта защита испрашивается. 7. Принцип неприменения иностранного процессуального законодательства: судебная процедура по гражданским делам с иностранным элементом ведется исключительно по праву страны суда.   Разумеется, изложенный перечень не является исчерпывающим. При необходимости можно вывести и иные специальные принципы, причем не только коллизионные. Исчерпывающий перечень принципов, по всей вероятности, составить нельзя по определению: поскольку принципы есть основополагающие идеи отрасли права, то закрытого ряда "идей" вообще быть не может. В мировой практике существует сложившиеся, наиболее часто употребляемые формулы прикрепления. По традиции их обозначают на латинском языке. Личный закон физического лица (Lex personalis) Личный закон юридического лица (lex societatis) Закон места нахождения вещи (Lex rei sitae) Принцип автономии воли (lex voluntatis) Закон места заключения договора (lex loci contractus) Закон места исполнения договора (lex loci solutionis) Закон места совершения правонарушения (lex loci delicti) Закон суда рассмотрения дела (lex fori) Закон флага судна (lex banderae) Двусторонняя коллизионная норма предусматривает возможность применения права любого государства, в том случае, если оно подпадет под условия привязки. Примером двусторонней коллизионной нормы является правило ст. 1205 ГК РФ: Содержание права собственности и иных вещных прав на недвижимое и движимое имущество, их осуществление и защита определяются по праву страны, где это имущество находится. Односторонняя коллизионная норма содержит указание на право конкретного государства, которое будет регулировать отношение, указанное в объёме. Естественно, что этим правом будет являться право страны, к которой принадлежит эта коллизионная норма. Пример: К договорам в отношении находящихся на территории РФ земельных участков, участков недр и иного недвижимого имущества применяется российское право. (ст. 1213 ГК РФ). Основные правила применения иностранного права - российское законодательство предусматривает основные правила "обращения" с иностранным правилом. Основным правилом является применение иностранного права таким образом, как оно применяется в стране своего происхождения, то есть в соответствии с официальным толкованием, практикой применения и доктриной. (ст. 1191 ГК РФ). Ограничения действия коллизионного механизма регулирования - существует два основных явления, которые могут блокировать действие коллизионного механизма регулирования. Личный закон физического лица (lex personalis), разновидностями которого являются: закон гражданства лица (lex patriae) - применение права того государства, гражданином которого является участник частноправового отношения, закон места жительства лица (lex domicilii) - применение права того государства, на территории которого участник правоотношения проживает. Применяются при регулировании отношений с участием граждан (определение правоспособности и дееспособности) Личный закон юридического лица (lex societatis) - применение права того государства, которому принадлежит юр. лицо (обычно условно в международном частном праве говорят "о национальности" юридического лица) - ст. 1202 ГК РФ, Смысл данной формулы прикрепления заключается в том, что правовой статус юридического лица определяется законом того государства, чью государственную принадлежность (национальность) имеет юридическое лицо. Трудность состоит в том, что право разных государств по-разному регулирует этот вопрос в силу различия исторически сложившихся критериев определения государственной принадлежности (национальности) юридических лиц. Определение национальности юридического лица существенным образом влияет на установление его принадлежности к конкретному правопорядку - собственному или иностранному, который и является его личным статутом. Таким образом, личный статут юридического лица устанавливается посредством определения его государственной принадлежности (национальности). Традиционно для этого используются критерии: Критерий инкорпорации (места учреждения) означает, что за юридическим лицом признается национальность того государства, на территории которого выполнены формальности по его учреждению, где оно организовано и зарегистрировано. В соответствии с пунктом 1 статьи 1202 ГК РФ личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо. Личным законом иностранной организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву, считается право страны, где эта организация учреждена (статья 1203 ГК РФ). Критерий оседлости (места нахождения административного центра) предполагает, что за юридическим лицом признается национальность того государства, на территории которого расположены управленческие органы юридического лица. Критерий места ведения основной хозяйственной деятельности предусматривает, что юридическое лицо имеет национальность того государства, на территории которого оно осуществляет свою деловую активность. Данный критерий закреплен в законодательстве целого ряда арабских государств (Сирии, Египта) и в прошлом выступал как одно из средств борьбы за экономическую независимость; Теория контроля - появилась в период 1, 2 мировых войн - опознавали национальность владельцев компании, по которым определяли «национальность» самого юридического лица. Закон места нахождения вещи (lex rei sitae). Применяется в отношении права собственности и иных вещных прав, в области наследования 1. Содержание права собственности и иных вещных прав на недвижимое и движимое имущество, их осуществление и защита определяются по праву страны, где это имущество находится. 2. Принадлежность имущества к недвижимым или движимым вещам определяется по праву страны, где это имущество находится. Закон места совершения акта (lex loci actus) - применение права государства, на территории которого совершен частноправовой акт. Применяется в различных вариантах при определении формы договора, формы и сроков действия доверенности, в области наследования и др. - ст. 1209 - Форма сделки подчиняется праву места ее совершения. Однако сделка, совершенная за границей, не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если соблюдены требования российского права. Закон места заключения договора (lex loci contractus) и закон места исполнения договора (lex loci solutionis) - применяется право государства, где заключен договор. Применяются в области обязательственного права в законодательстве ряда стран; Закон страны места выполнения работы (lex loci laboris). Применяется в законодательстве ряда стран в области трудовых отношений; Закон места совершения правонарушения (lex loci delicti commissi). Применяется в отношении обязательств вследствие причинения вреда - ст. 1219 ГК РФ - К обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, применяется право страны, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для требования о возмещении вреда. Закон места заключения брака (lex loci celebrationis). Применяется в законодательстве ряда стран, регулирующем семейные отношения; Закон флага (lex flagi) - применение флага того государства, флаг которого несет судно. Применяется в области торгового мореплавания - ст. 415 КТМ РФ; Закон, регулирующий существо отношения (lex causae). Применяется в ряде стран в основном в области обязательственного права; Закон страны суда, разрешающего спор (lex fori). Применяется в области гражданского процесса. Суд по вопросам гражданско-процессуального характера применяет свое право; Закон, избранный арбитрами (lex arbitri). В ряде стран, в том числе и в России, при отсутствии какого-либо указания сторон международный коммерческий арбитраж применяет право, определенное в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми Закон наиболее тесной связи (proper law) - применение права того государства, с которым данное правоотношение наиболее тесно связано. Коллизионный принцип «автономии воли» и правила его применения в Российской Федерации. Источники: разд. VI «МЧП» ГК РФ, Глава 68 «Право, подлежащее применению к имущественным и личным неимущественным отношениям» Понятие автономии воли (lex voluntatis) п. 1 ст. 1210. «Стороны договора могут при заключении договора или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору». Этот принцип есть и в Кодекс Бустаманте 1928 г., и в Римской конвенции о праве, применимом к договорным обязательствам, 1980 г., Гаагской конвенции о праве, применимом к договорам международной купли-продажи товаров, 1986 г.. Форма выражения воли: соглашение сторон о выборе подлежащего применению права должно быть прямо выражено или должно определенно вытекать (молчаливое выражение) из условий договора либо совокупности обстоятельств дела. Пределами выражения воли: 1) пространственные. По ГК можно выбрать любое право. Например в США стороны могут выбрать право того государства, с которым «сделка имеет разумную связь». 2) временные. Выбор права, сделанный после заключения договора, имеет обратную силу. 3) пределы, связанные с содержанием обязательств. а) Избранное сторонами право распространяется на вопросы обязательственного статута договора. А именно: толкование договора, права и обязанности сторон договора, исполнение договора, последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения договора, прекращение договора, последствия недействительности договора, а также возникновение и прекращение права собственности и иных вещных прав на движимое имущество без ущерба для прав 3-их лиц. А также избранное право по ГК распространяется также на исковую давность (коллизионный принцип lex causae). б) Стороны могут выбрать применимое право как для договора в целом, так и для отдельных его частей. в) ограничение при выборе права иностранного государства. А именно оговоркой о публичном порядке:  избранное право не должно применяться, если его применение приведет к последствиям, несовместимым с российским правопорядком (публичным порядком). Институт императивных норм. Если из совокупности обстоятельств дела, существовавших на момент выбора подлежащего применению права, следует, что договор реально связан только с одной страной (закон наиболее тесной связи Proper Law of the Contract), то выбор сторонами права другой страны не может затрагивать действие императивных норм страны, с которой договор реально связан. Ст. 1192 ГК: применение избранного сторонами иностранного права не должно затрагивать действие определенных императивных норм российского законодательства либо в силу указания об этом в самих нормах, либо в силу их особого значения, в том числе для обеспечения прав и охраняемых законом интересов участников гражданского оборота. Международно-правовое регулирование сухопутной перевозки. Это походу все кроме воздушной. Общие положения, особенности и виды международных перевозок. В настоящее время международные перевозки в области морского, автомобильного, железнодорожного и речного транспорта регулируются посредством сочетания двух элементов: национального законодательства и международно-правовых договоров. Только в области автомобильного, морского и речного транспорта действует более 110 межгосударственных и межправительственных (многосторонних и двусторонних) соглашений, участницей которых является Российская Федерация. Договор перевозки в самом общем виде может быть определен как договор, по которому одна сторона (перевозчик) берет на себя обязательство перед другой стороной (грузоотправителем или пассажиром) осуществить перевозку. Обязанность перевозчика по отношению к грузоотправителю или пассажиру по своей природе не носит личного характера, поскольку он может передать исполнение договора другому лицу, оставаясь однако ответственным за перевозку согласно договору, заключенному с отправителем груза или пассажиром. Международной перевозкой, согласно доктринальной позиции, основанной на содержании норм соответствующих международных договоров, принято именовать перевозку грузов, пассажиров и багажа, которая осуществляется, по крайней мере, между двумя государствами в соответствии с условиями, предусмотренными межгосударственными соглашениями. Для признания перевозки международной не обязательно, чтобы груз или пассажир фактически пересекали территориальные или таможенные границы государства, — достаточно заключения договора международной перевозки. Например, при утрате груза в пункте отправления из государства А в государство Б перевозка так или иначе квалифицируется международной, однако пересечение границ не имеет места. Нормы права, регулирующие отношения по договору перевозки, варьируются в зависимости от вида транспорта. Это означает, что как во внутренних перевозках, так и в международном масштабе действуют различные образцы правил поведения соответственно для договоров автомобильной, железнодорожной, воздушной, речной и морской перевозки. Кроме того, так называемое «транспортное право» обладает особенностями в зависимости от объекта транспортировки, т.е. от того, что составляет предмет перевозки, — груз, багаж или пассажиры. Таким образом, налицо «дезинтегрированное» правовое регулирование перевозки, обусловленное в значительной степени историческими, экономическими, а отчасти и политическими факторами. Система транспортных конвенций включает три разновидности международных соглашений: договоры об общих принципах сотрудничества в области транспорта (организации и координации международных сообщений); соглашения, устанавливающие единообразные нормы (единые условия) перевозок грузов, пассажиров и багажа; соглашения, направленные насовершенствование и облегчение транспортных связей и примыкающих к ним областей (контейнеризация перевозок, согласование таможенных режимов, налогообложения и т.д.). В частности, после распада СССР и образования Содружества Независимых Государств для обеспечения функционирования транспорта, интегрированного в общую систему этих стран, стали заключаться многосторонние и двусторонние соглашения (например, многостороннее Соглашение о принципах и условиях взаимодействия в области транспорта от 30 декабря 1991 г., заключенное между Арменией, Белоруссией, Казахстаном, Киргизией, Россией, Таджикистаном и Узбекистаном; Соглашение между Правительством РФ и Правительством Республики Беларусь о принципах сотрудничества и условиях взаимоотношений в области транспорта, Соглашение о координации деятельности железнодорожного транспорта, Соглашение о сотрудничестве в области воздушного транспорта. Соглашение об основных принципах и условиях взаимоотношений в области транспортировки нефти (все от 20 июля 1992 г.); аналогичные соглашения о принципах сотрудничества и условиях взаимоотношений в области транспорта с Украиной (от 26 мая 1993 г.). Литовской Республикой (от 12 февраля 1992 г.); Республикой Грузия о координации транспорта (от 15 сентября 1995 г.), соглашения, оформляющие сотрудничество в сфере железнодорожного транспорта: Соглашение между Республикой Казахстан и РФ о координации железнодорожного транспорта от 23 марта 1992 г., к которому впоследствии присоединились Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан; Соглашение между РФ и Украиной о координации деятельности железнодорожного транспорта от 14 мая 1993 г. и др.). Транспортные конвенции, содержащие единообразные предписания, разрабатываются, кроме того, в рамках универсальных и специализированных международных организаций (ООН, ИМКО, ИМО, ИКАО и т.д.). Несмотря на то что каждый институт, определяемый тем или иным способом транспортировки, содержит собственную совокупность правил регламентации перевозки грузов, багажа и пассажиров, у этих правил имеется и много общего. Прежде всего это касается императивных норм, образующих систему ответственности перевозчика, распределения бремени доказывания вины, закрепления в нормативном порядке оснований освобождения от ответственности перевозчика и установления пределов ответственности, в том числе сроков. Почти во всех видах перевозок (за исключением перевозок пассажиров и багажа автомобильным и речным транспортом) установление строгой ответственности перевозчика посредством императивных норм осуществляется конвенционным путем — заключением соответствующих (преимущественно многосторонних) международных соглашений. Обязательность таких норм означает, что стороны по гражданско-правовому контракту не вправе согласовывать условия, не совместимые с режимом ответственности, установленным в международной конвенции. В данном случае это является существенным отступлением от исторически действующих в цивилистических отношениях принципов «свободы договора», «усмотрения сторон», «автономии воли сторон». Система ответственности по различным видам договоров перевозки налагает большее бремя на перевозчика. Он несет обязанность по осуществлению безопасной и своевременной перевозки. Он может претендовать на освобождение от ответственности, если докажет, что неисполнение было вызвано одним из предусмотренных законом обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор). Тем не менее бремя доказывания подобного рода фактов лежит на перевозчике. В случае признания вины перевозчика он несет ответственность в пределах сумм, установленных конвенционными нормами. Однако в ситуациях, касающихся, например, грузовых перевозок, если заинтересованная сторона докажет, что груз был поврежден перевозчиком в результате умысла или небрежности последнего либо ему заведомо был очевиден тот факт, что наступит вред, ответственность перевозчика станет неограниченной. Кроме пределов ответственности, установленных конвенциями, по суммам требований претензии к перевозчикам имеют также и ограничения в периоде времени, в течение которого они могут быть заявлены. Очевидно, что в ходе международных перевозок товаров или пассажиров часто имеет место пересечение национальных территориальных границ. Параметры перевозки, выходящие за рамки территории одного государства (ее международный характер) являются типичной чертой сегодняшнего транспортного права, поэтому не случайно, что данный институт многое привнес в развитие международного частного права как такового, и прежде всего — унифицированных норм частного права, в том числе в области обязательственного права. Различные договоры перевозки, содержащие решения вопросов об установлении ответственности перевозчика, служили первыми примерами разработки единообразных правовых норм, используемых в регулировании других отдельных договорных видов. С другой стороны, ввиду специфики договоров перевозки, получившей отражение в конвенционном регулировании, не случайно также, что законодательные акты некоторых стран особо подчеркивают неприменимость общих положений обязательственного права, содержащихся в кодификациях МЧП, к договорам международной перевозки. В частности, Закон о международных хозяйственных договорах КНР (1985 г.) прямо устанавливает, что данный акт не распространяется на международные транспортные контракты (ст. 2). Еще одной отличительной особенностью правового регулирования договоров перевозки в современном мире является то, что во многих странах внутренние перевозки подчиняются тем же правилам, что и международные перевозки, т.е. нормам, которые установлены в соответствующих международных конвенциях. Этот процесс в среде специалистов нередко именуют инфильтрацией унифицированных норм международного частного права в национальные правовые системы. Международные соглашения, регламентирующие договоры перевозки, сгруппированы, как указывалось, в зависимости от способов перевозки и видов транспорта (воздушный, автомобильный, железнодорожный, морской и т.д.). Соответственно каждый из видов договоров содержит специально предусмотренные коллизионные нормы, применимые к существу договорных обязательств. Однако необходимо иметь в виду также и существование общей конвенции, относящейся к коллизионному регулированию обязательственных отношений, а именно Римскую конвенцию ЕС 1980 г. Несмотря на внешний региональный характер данного документа, вопрос о соотношении международно-правовых транспортных соглашений и Римской конвенции встает в практической плоскости. Есть ли место при наличии специальных международных договоров, касающихся перевозки грузов, пассажиров и багажа различными видами транспорта, для использования в целях регулирования Римской конвенции? В общем плане ответ отчасти имеется в самой Конвенции. Так, ее ст. 23 прямо предусматривает, что этот документ не препятствует применению какого-либо иного международного договора, в котором участвует или будет участвовать договаривающееся государство. Однако решение затронутой проблемы иногда вызывает трудности, обусловленные прежде всего характером имеющихся в международных соглашениях норм (материальных или коллизионных) и их содержанием, вследствие чего возможно использование разных правовых принципов разрешения конфликта между юридической силой норм («более поздний закон отменяет предыдущий», «общий закон отменяется специальным»). Тем не менее в данной области вполне закономерным является вывод о том, что, во-первых, Римская конвенция может применяться во всех случаях отсутствия специального транспортного соглашения, и, во-вторых, тогда, когда специальный договор не содержит соответствующего регулирования, которое есть в Конвенции. Железнодорожные перевозки. Перевозка железнодорожным транспортом стала первым договорным видом, подвергшимся единообразному регулированию с помощью норм, выработанных многосторонним межгосударственным соглашением, которое оказало значительное влияние как на национальное законодательство, так и на международно-правовое регулирование соответствующих отношений в других способах транспортировки товаров, грузов, пассажиров, в частности перевозки автомобильным транспортом. Бернские конвенции, касающиеся перевозок грузов и пассажиров железнодорожным транспортом, заключенные 1890 г., в последующем неоднократно изменялись; одно из наиболее существенных изменений датируется 1990 г. Соответствующими многосторонними договорами в области международной перевозки железнодорожным транспортом выступают два основных соглашения: Конвенция о железнодорожной перевозке грузов (CIM — СИМ, что на русском языке сокращенно обозначается как «МГК»: Международная грузовая конвенция) и Конвенция о железнодорожной перевозке пассажиров и багажа (CIV — СИВ, или «МПК»: Международная пассажирская конвенция) от 7 февраля 1970 г., вступившие в силу с 1 января 1975 г., а также дополнительное соглашение, подписанное в 1966 г. в целях установления предела ответственности перевозчика за причинение вреда жизни и здоровью пассажира. В приложениях «А» и «Б» к СИМ и СИВ содержатся соответственно Единые правила МГК и Единые правила МПК. На конференции по пересмотру Бернских конвенций была учреждена межправительственная организация международного железнодорожного транспорта, и 9 мая 1980 г. заключено специальное соглашение, содержащее новый объединенный текст конвенций (КОТИФ — Convention relative a 1'Organisation du Transport International de Chemin-de fer), вступивший в силу 1 мая 1985 г. Заметим, что оригинальные тексты всех упомянутых соглашений осуществлены на французском языке, отсюда и их аббревиатуры. Особой отличительной чертой договора перевозки железнодорожным транспортом является то, что железная дорога обязана заключить такой договор с любым лицом. Как соглашение СИМ, так и СИВ предусматривают подробное и широкое регулирование прав и обязанностей сторон по договору перевозки железнодорожным транспортом. В области перевозки грузов, как было отмечено, действует Конвенция КОТИФ — СИМ 1980 г. Железная дорога обязана осуществить безопасную перевозку грузов в срок и без потерь. В случае причинения вреда или утраты груза в ходе транзита либо просрочки в доставке железная дорога несет ответственность в порядке презюмируемой вины. Перевозчик тем не менее может опровергнуть эту презумпцию посредством предоставления доказательств о том, что вред был вызван одним из обстоятельств, за которые дорога согласно СИМ не отвечает. К ним относятся: 1) собственная вина лица, имеющего право на товар (груз); 2) обстоятельства, вызванные свойствами, присущими самому товару (способность быстро портиться, усушка, утруска); 3) неизбежные обстоятельства; 4) любое из обстоятельств, указанных в числе специальных рисков (перевозка на открытых платформах, ненадлежащая упаковка, перевозка живого груза — животных). Если железная дорога докажет, что вред мог возникнуть в результате одного из событий, включаемых в список специальных рисков, будет действовать презумпция, что такой вред был причинен данным обстоятельством. И пока заявитель не докажет иное, ответственность железной дороги не будет иметь силы. При этом бремя доказывания обратного лежит на заявителе. Предел ответственности установлен СИМ в специальных единицах — СДР за утрату, повреждение или просрочку в доставке (17 СДР за 1 кг веса брутто в случаях утраты или повреждения и трехкратный размер провозной платы в случаях несвоевременной доставки — ст. 36—43 КОТИФ — СИМ). Он может быть уменьшен сторонами в контракте при условии снижения обычных ставок оплаты за перевозку. Срок заявления требований — один год. Однако в случае умышленного повреждения груза или обманных действий железной дороги срок исковой давности определен СИМ в два года. Данные требования действуют в отношении международной перевозки грузов железнодорожным транспортом, т.е. перевозки по сквозной железнодорожной накладной по специальным путям сообщения, или в отношении особых услуг, указанных в приложении к Соглашению. Обычно международной считается такая перевозка, которая имеет место по крайней мере в двух государствах—участниках соглашения. Кроме того, для применения СИМ необходимо осуществление перевозки по сквозной железнодорожной накладной (ст. 1 КОТИФ — СИМ). При перевозке пассажиров и багажа (включая автотранспортные средства) применяется КОТИФ — СИВ 1980 г. СИВ различает личный вред, причиненный пассажиру (смерть или увечье), и повреждения багажа (автомобиля). В случае смерти лица или увечья железная дорога несет строгую ответственность, если только не докажет, что данные события наступили вследствие несчастного случая: а) который не связан с эксплуатацией железнодорожного транспорта и функционированием железной дороги и который невозможно было избежать или предотвратить; или б) который полностью или частично вызван виной самого пассажира; либо в) который причинен действиями третьих лиц, не могущими быть предотвращенными или преодоленными железной дорогой. За повреждения или утрату зарегистрированного багажа, а также просрочку в доставке, причиненные перевозчиком, железная дорога несет ответственность во всех случаях, если не докажет, что данный вред возник вследствие одной из нижеперечисленных причин: 1) вины самого пассажира; 2) указаний, данных пассажиром; 3) характера багажа; 4) обстоятельств непреодолимой силы; 5) особых рисков, связанных с ненадлежащей или отсутствующей упаковкой, 6) особыми свойствами багажа; 7) перевозкой в составе зарегистрированного багажа неразрешенных предметов (ст. 3, 4, 5 и 35 (2) и (3) КОТИФ - СИВ). Конвенция содержит несколько коллизионных норм, отсылающих регулирование к праву страны отправления груза, страны назначения и страны следования. Закрепленная в ее ст. 54 коллизионная норма, применяемая при отсутствии специальных положений, понимается большинством исследователей как отсылающая к закону суда. Предел ответственности варьируется в зависимости от характера вреда. Так, в случае смерти или причинения увечья лицу ст. 30 КОТИФ — СИВ ответственность железной дороги определена в размере 70 000 СДР, для утраты или повреждения багажа — 700 СДР (ст. 31 КОТИФ — СИВ). Железная дорога не вправе ссылаться на пределы ответственности, если вред был вызван грубой неосторожностью или умыслом. Тем не менее в случае грубой неосторожности ответственность по повреждению багажа ограничивается двукратным размером обычно принятых сумм. Право заявления требований к железной дороге утрачивает силу, если лицо в течение трех месяцев не уведомляет перевозчика о случаях смерти или причинения увечья пассажиру. При повреждении, утрате или несвоевременной доставке багажа требования должны быть заявлены в таком же порядке, что и по СИМ. Аналогичным образом, как и в КОТИФ — СИМ, в рассматриваемом соглашении определяется его сфера действия и квалификация перевозки; для применения СИВ необходимо, чтобы перевозка железнодорожным транспортом осуществлялась на основании международного транспортного документа. В КОТИФ участвуют около 40 государств Европы, Азии и некоторые страны Северной Африки. Россия (ранее СССР) в Бернских конвенциях (КОТИФ — СИМ, КОТИФ — СИВ) не участвует. Тем не менее категории, требования, критерии, инструкции и т.п., предусмотренные ими, применялись и продолжают использоваться в России и других странах, не участвующих в данных актах (см., например, Транспортный устав железных дорог Российской Федерации от 8 января 1998 г.). Кроме того, в ряде случаев действующие для РФ международные договоры в области международного грузового и пассажирского сообщения учитывают правила, характерные для Бернских конвенций, и выдержаны в духе общепринятой практики (таково Соглашение СССР — Финляндия, сохранившее свое юридическое значение для РФ). В целях недопущения правового вакуума СССР и отдельные страны Европы (кроме Югославии, которая имеет в этой области двусторонние соглашения с рядом государств) и Азии заключили два международных многосторонних договора в области транспорта: Соглашение о международном грузовом сообщении (СМГС) и Соглашение о международном пассажирском сообщении (СМПС). Заключение договоров перевозки груза, пассажиров и багажа в рамках названных соглашений осуществляется на основе накладной по предписанной форме и билета, а также плацкарты (проездного документа) для проезда в спальном вагоне и провоза бесплатно 35 кг ручной клади. Багаж сверх указанного веса перевозится по багажной квитанции. Провозная плата взимается с грузовладельцев согласно внутренним тарифам дорог страны отправления и назначения, при следовании транзитом — в соответствии с согласованными транзитными тарифами. Применяются ставки Международного транзитного тарифа (МТТ), размеры которых установлены в швейцарских франках. В Соглашении определены сроки доставки груза. Ответственность перевозчика наступает вследствие его вины, которая доказывается грузовладельцем и определяется действительной стоимостью груза, указанной в счете поставщика, или объявленной в железнодорожной накладной его ценностью. Несохранность груза подтверждается коммерческим актом, составленным по правилам, предусмотренным в Соглашении. Иски к железным дорогам предъявляются в суде с предварительным сообщением претензии перевозчику. Для заявления претензий действует девятимесячный срок, по требованиям о несвоевременной доставке — двухмесячный. Претензии должны быть рассмотрены в течение 180 дней, на которые приостанавливается срок исковой давности. Соглашение содержит коллизионные нормы, отсылающие регулирование к праву страны отправления, страны назначения и страны следования. В качестве общей нормы, которой, как указывают специалисты, необходимо руководствоваться при пробельности регулирования СМГС, должно трактоваться правило, отсылающее к законам дороги следования груза и предписывающее применять именно постановления, существующие во внутреннем законодательстве «данной страны», т.е. государства, на дорогах которого были обнаружены определенные обстоятельства (ст. 35 СМГС). Ответственность железных дорог за несохранность и несвоевременную доставку багажа аналогична требованиям по перевозке грузов. Установлен общий претензионный порядок заявления в течение шестимесячного срока требований к перевозчику. Так же, как и в СМГС, в Соглашении о международных пассажирских перевозках имеется ряд коллизионных правил: общая коллизионная норма (ст. 46), идентичная той, которая содержится в ст. 35 СМГС, и специальные принципы, прикрепляющие регулирование к закону страны отправления или назначения. Ввиду того что многие государства не участвуют в Бернской конвенции (КОТИФ — СИМ) и, следовательно, у них нет возможности осуществить прямую перевозку груза из одной страны в другую на основе какого-либо одного международного договора, наличие названных групп соглашений позволяет перевозить грузы по дорогам входящих в эти договоры государств на основании двух юридически самостоятельных, но связанных гражданско- правовых договоров перевозки соответственно по правилам в одном случае СИМ, в других — СМГС. Например, при транспортировке внешнеторговых грузов из Корейской Народно-Демократической Республики (страны СМГС) во Францию (страну СИМ) выписывается накладная СМГС в адрес выходной пограничной станции последней страны СМГС (в данном случае Польши) с указанием конечного грузополучателя во Франции. По получении груза указанная в накладной пограничная станция оформляет накладную МГК с проставлением в ней французского получателя груза. В случаях обратного следования грузов применяется противоположный порядок оформления железнодорожных накладных. При этом, если груз перевозится по дорогам стран—участниц СМГС, соблюдаются условия и процедуры, предусмотренные этим соглашением, по дорогам СИМ — действуют нормы Бернских документов. Кроме того, возможно и обращение к положениям, содержащимся в двусторонних договорах о международном грузовом и пассажирском сообщении. Такие договоры Российская Федерация имеет сейчас со многими европейскими и азиатскими государствами, прежде всего со странами СНГ. Большой удельный вес в международно-правовых документах с названными и иными странами занимают, как было отмечено выше, организационные соглашения, к тому же двустороннего характера. Среди многосторонних документов следует назвать Соглашение о разделении инвентарных парков грузовых вагонов и контейнеров бывшего МПС СССР и их дальнейшем совместном использовании от 22 января 1993 г., Соглашение о совместном использовании грузовых вагонов и контейнеров от 12 марта 1993 г., Соглашение о сотрудничестве в области технического переоснащения и обновления железнодорожного подвижного состава от 9 сентября 1994 г. Международные перевозки автомобильным транспортом. В области автомобильных перевозок и вообще функционирования автомобильного транспорта в международном масштабе крайне важно наличие единообразных правил и норм, определяющих правила дорожного движения, оформления путевых и сопроводительных документов, осуществления таможенных процедур, унифицированных требований к условиям и пределам гражданской ответственности владельцев транспортных средств и т.д. В некоторых из обозначенных областей действуют международные договоры, в ряде из которых участвует Российская Федерация. В 1949 г. были разработаны Конвенция о дорожном движении и Протокол о дорожных знаках, пересмотренные в 1968 г. В рамках Европейской Экономической Комиссии ООН в Женеве разработано и открыто для подписания Европейское соглашение о международных автомагистралях от 15 ноября 1975 г., устанавливающее международную сеть дорог «Е» и предусматривающее в этой связи новые дорожные знаки международных дорог «Е». В 1959 г. была заключена Таможенная конвенция о международных перевозках грузов с применением книжки (карнеты) МДП («международная дорожная перевозка», сокращенно TIR — от фр. «transport international routier). В 1975 г. в Женеве принята новая редакция Конвенции, вступившая в силу в 1978 г. (Конвенция МДП). СССР (затем Россия) — участники Конвенции ТИР. Она предусматривает, что в стране отправления груза составляется особый таможенный документ — карнета МДП, наличие которой освобождает груз от таможенного досмотра в странах следования (не больше четырех), а также оплаты ввозных и вывозных пошлин. Аналогично тому, как это имеет место в железнодорожной перевозке, для автомобильной перевозки грузов и перевозки пассажиров и багажа соответственно существуют два различных международных соглашения: Конвенция о договоре международной дорожной перевозки грузов 1956 г. (сокращенно ЦМР, лат. аббревиатура — CMR), подписанная в Женеве 19 мая 1956 г., к которой СССР присоединился в 1983 г. (вступила для него в силу с 1 августа 1986 г.). В отечественной литературе эта Конвенция часто именуется сокращенно — КДПГ. Она продолжает свое действие и для Российской Федерации. Вторым соглашением является Конвенция о договорах международной автомобильной перевозки пассажиров и багажа (ЦВР, лат. аббревиатура — CVR) от 1 марта 1973 г., также заключенная в Женеве. Этот документ посвящен в основном определению ответственности перевозчика. Конвенция не получила, однако, необходимого международного одобрения, не вступила в силу и вряд ли когда-либо будет действовать. В подобных обстоятельствах договоры международной перевозки пассажиров и багажа во многих европейских странах регулируются их национальным правом, а также законом, избранным в силу коллизионных норм Римской конвенции 1980 г. о праве, применимом к договорным обязательствам. Конвенция же о договорах международной перевозки грузов, напротив, собрала весьма широкий круг участников. Дополненная Протоколом от 5 июля 1978 г. в части изменения единицы измерения материальной ответственности перевозчика и перехода с золотого франка на СДР, она предусматривает детальное регулирование, касающееся требований, вытекающих из исполнения договора грузовой перевозки автомобильным транспортом. Данные материально-правовые нормы, относящиеся как к договорной, так и внедоговорной ответственности, представляют собой императивные положения. Перевозчик отвечает за безопасную и своевременную доставку грузов. Транспортное средство должно быть соответствующим и приспособлено для целей перевозки (п. 1 и 3 ст. 17). В случае полной или частичной утраты или повреждения груза в течение транспортировки, а также несвоевременной его доставки вина перевозчика презюмируется. Тем не менее он может представить доказательства своей невиновности в оговоренных Конвенцией случаях, таких, как виновное поведение или небрежные действия заявителя, инструкции, полученные от заявителя, непреодолимая сила и др. (п. 2, 4 ст. 17). В принципе обстоятельства, позволяющие перевозчику освободить себя от ответственности за указанные упущения в исполнении перевозки, идентичны тем, которые поименованы в Конвенции СИМ, в том числе и особые риски. Предел ответственности дорожного перевозчика первоначально был установлен в 25 франков Пуанкаре за 1 кг веса брутто. Затем в результате подписания в 1978 г. Женевского протокола франк был заменен на эквивалент в СДР (8,33 СДР). В случаях просроченной доставки ущерб ограничивается суммой провозной платы. Если имеют место умышленные действия со стороны перевозчика, ответственность носит неограниченный характер. Срок исковой давности по требованиям, связанным с автодорожной перевозкой, — один год с момента выдачи груза. Претензионное производство не предусмотрено. В случае грубой вины перевозчика срок предъявления требования — три года. В рамках СЭВ в свое время в Берлине было подписано Соглашение об общих условиях выполнения международных пассажирских перевозок автобусами от 5 декабря 1970 г. «Международной перевозкой», определяет оно, считается такая перевозка пассажиров автобусами, которая осуществляется хотя бы через одну государственную границу; международной перевозкой считается также проезд автобуса порожняком перед или после выполнения международной перевозки (§ 1). На основе Общих условий международные перевозки могут выполняться только перевозчиками с местонахождением на территории одной из договаривающихся сторон и автобусами, зарегистрированными на этой территории (§ 2). Основная коллизионная норма предусматривает, что вопросы, вытекающие из договора перевозки и не урегулированные Соглашением, разрешаются в соответствии с законодательством государства перевозчика (п. 2 ст. 11), а вопросы, не урегулированные соглашением и связанные с осуществлением международной перевозки пассажиров автобусами по территории другой договаривающейся стороны, разрешаются в соответствии с действующим на этой территории законодательством (п. 1 ст. 11). Наличие многосторонних международных договоров не мешает государствам использовать в своем сотрудничестве в области автомобильного транспорта и двусторонние инструменты. Так, 27 октября 1995 г. между правительством РФ и Правительством Финляндской Республики было подписано Соглашение о международном автомобильном сообщении, ратифицированное Федеральным законом РФ от 25 октября 1999 г. Морские перевозки. Договор морской перевозки есть один из старейших институтов права международной торговли и соответственно международного частного права. С этим связываются сложность и разнообразие режимов регулирования международных перевозок морскими видами транспорта, а также богатство соответствующего правового материала. Думается, не случайно и то, что в юридической литературе выдвигались соответствующие предложения о выделении в рамках МЧП особой подотрасли — международного частного морского права. Несмотря на то что в анализируемой сфере действует немало многосторонних международных соглашений, имеются здесь и области, в которых гражданско-правовые отношения не подверглись урегулированию международно-правовыми средствами. Вследствие этого весьма обширен круг вопросов, которые подчинены национальному праву отдельных государств, причем определяемому с помощью коллизионных норм. Кроме того, именно в международной перевозке морем большой удельный вес занимают правила, имеющие обычно-правовое происхождение, будь то национальные или международные. К первым относятся обычаи морских портов, фиксируемые или самими морскими портами, или национальными торговыми палатами, другими объединениями, например страховщиков, владельцев фрахта и т.д. Вторые обобщаются и публикуются международными организациями в области морского транспорта (например, БИМКО — Балтийской морской конференцией, ММК — Международным морским комитетом). Международная морская перевозка может быть осуществлена как с предоставлением морскому перевозчику всего судна либо определенной его части или некоторых его помещений, так и без такового, вследствие чего перевозка оформляется коносаментом. В первом же варианте имеет место перевозка на условиях чартера — специального внешнеторгового договора, содержащего многочисленные условия разнообразного плана: о предоставлении судна, порядке его подачи, расчетах по фрахту, оформлении коносаментов, ответственности фрахтовщика, характере перевозимого груза и пр. В числе международных договоров, обладающих значительной известностью, широтой участия и стабильностью применения, выступает Брюссельская конвенция от 25 августа 1924 г. об унификации некоторых правил о коносаменте, вступившая в силу со 2 июня 1931 г., более известная как «Гаагские правила». Она привела к единообразию морское право, относящееся к коносаменту, практически всех ведущих морских держав (насчитывают свыше 70 ратификаций), в том числе США и Великобритании. СССР в Брюссельской конвенции не участвовал, хотя его Кодекс торгового мореплавания 1968 г., действовавший до принятия в 1999 г. КТМ РФ, также содержал совпадающее с нормами правил регулирование. Брюссельская конвенция распространяется исключительно на договоры перевозки, удостоверенные коносаментом или любым подобным ему документом, который является основанием для морской перевозки грузов, выданным в стране—участнице Конвенции. Следует заметить, что в тексте Конвенции особо подчеркивается возможность ее применения при перевозке по договору чартера, если в ходе ее выдается коносамент. В этом случае для коносамента, регулирующего отношения между его держателем и перевозчиком, будут действовать предусмотренные конвенционные условия (ст. 1). Конвенция определяет регулирование по трем основным направлениям: права, обязанности и ответственность перевозчика, формальные требования и содержание реквизитов коносамента, правила предъявления требований к перевозчику. Так, основной обязанностью перевозчика является приведение судна в мореходное состояние, надлежащее его укомплектование и снаряжение, приспособление оборудования судна для обеспечения перевозки грузов, а также их погрузка, раскладка, складирование, разгрузка и хранение в процессе морской транспортировки. Перевозчик, агент или капитан судна обязаны выдать отправителю коносамент, содержащий следующие данные: основные марки, необходимые для идентификации груза, как они сообщены отправителем, — перед тем как началась погрузка эти марки должны быть нанесены штампом или ясно указаны иным способом на грузах (упаковке); число мест или предметов либо количество или вес, внешний вид и видимое состояние груза (ст. 3). Если груз принят перевозчиком (капитаном) по качеству и количеству совпадающим с указанным, выдается «чистый коносамент». При наличии соответствующих расхождений на коносаменте делаются пометки. В решении МАК от 23 сентября 1981 г. по иску французской фирмы «Жан Плант» к Черноморскому морскому пароходству констатировалось, что оговорка в коносаменте: «вес и объем груза перевозчиком не проверялся» — является правомерной на основании ст. 124 КТМ СССР, если у перевозчика действительно не имелось разумной возможности проверить данные отправителя. Суть обстоятельств дела заключалась в следующем. На теплоходе «Балашиха», принадлежащем Черноморскому морскому пароходству, из Манилы в Казн (Франция) перевозились планки филиппинского красного дерева в количестве 384 связок по коносаментам NoNo 26-30 от 6 марта 1979 г. В порту выгрузки аварийный комиссар при получении груза провел экспертизу и установил, что практически половина груза рассыпана в результате разрыва связок, отдельные планки с маркировкой смешаны, а также выявил недостачу груза в размере 5574 м3 стоимостью 1978,77 долл. США. Расходы по пересортице и восстановлению связок составили 796,52 долл., расходы по экспертизе — 109,20 долл. США. Ответчик иска не признал, указав, что он основан на коносаментах, в которых в отношении объемов груза имелись оговорки: «вес отправителя», «погрузка, счет и обмеры отправителя». За сохранность, образование трещин, обесцвечивание, смешение марок и т.д. судно не отвечает. По мнению ответчика, недостачу груза можно было объяснить только тем, что истец указал неверные данные по объему груза. МАК признала правомерность внесения оговорки в коносамент с учетом требований ст. 124 КТМ, и именно того, что у перевозчика действительно не имелось реальной возможности проверить данные отправителя, поскольку для этого необходимы специальные знания и профессиональный опыт, чем не располагал экипаж судна. Наличие такой оговорки означает, что данные о количестве груза являются односторонне объявленными отправителем и не подтверждены перевозчиком. И пока лицо, ссылающееся на эти данные, не представит, ввиду оговорки, доказательств их истинности, перевозчик не считается несущим ответственность за недостачу. Истец по делу не представил подобного рода доказательств, вследствие чего арбитраж не счел возможным возложить вину за недостачу груза на перевозчика. В то же время было признано, что такая оговорка не освобождает судно от обязанности по надлежащему хранению и складированию груза. Между тем связки планок порвались, груз был навалом рассыпан в трюме, что повлекло ухудшение его качества. Речь шла, таким образом, о повреждениях груза, за которое перевозчик отвечал по правилам ст. 160 КТМ СССР. В силу конвенционных положений считается, что отправитель гарантировал перевозчику на момент погрузки точность марок, числа мест, количества и веса груза, как они им указаны, и отправитель обязан возместить ему все потери, расходы и убытки, возникшие вследствие неточности этих данных (п. 5 ст. 3). Выдача грузов в порту выгрузки лицу, которому они должны быть сданы по договору перевозки, без письменного уведомления перевозчика или агента об их утрате или повреждении создает презумпцию их сдачи в соответствии с тем, как они описаны в коносаменте. Если потери или убытки не очевидны, уведомление должно быть представлено перевозчику в течение трех дней. Письменное уведомление не требуется, если груз принимался в порту выгрузки совместно отправителем (его агентом) и перевозчиком (его агентом). Однако это не лишает права на иск. Перевозчик и судно освобождаются от ответственности, если иск не предъявлен в течение года, исчисляемого от даты сдачи грузов или от даты, когда они должны были быть сданы. Объем ответственности морского перевозчика по Брюссельской конвенции значительно сужается благодаря достаточно многочисленному перечню исключений, в который входят: действия самого отправителя или его уполномоченных, недостатки упаковки, скрытые дефекты груза, риски или случайности на море, непреодолимая сила, лоцманская, навигационная ошибка или ошибка капитана и других служащих, управляющих судном, действия по спасанию на море жизней или имуществ третьих лиц, а также ряд других действий, событий и обстоятельств, составляющих форс-мажор (военные операции, гражданские беспорядки, локауты, забастовки и т.д.) (ст. 4). Ответственность перевозчика составляла 100 золотых фунтов стерлингов за место или единицу груза, если стоимость его не была оговорена отправителем. В 1968 г. к Брюссельской конвенции был подписан Протокол, который расширил сферу ее действия, ввел поправки в установление предела ответственности морского перевозчика и порядок заявления к нему требований (документ получил название «Правила Висби»). Так, предел ответственности был существенно поднят — до 10 000 золотых франков или 30 франков за 1 кг, в зависимости от того, какая величина будет, больше (ст. 2 Протокола); к лицам, осуществляющим действия по управлению судном, добавлены служащие перевозчика. «Правила Висби» стали применяться также к внедоговорным требованиям. В 1979 г. «Правила Висби» были изменены Протоколом (вступил в силу 14 февраля 1984 г.), в результате чего единица возмещения из золотого франка была переведена в СДР и составила соответственно 66 667 СДР и 2 СДР. Ввиду того что не все государства Брюссельской конвенции присоединились или ратифицировали более поздние протоколы, изменяющие ее (например, «Правила Висби» были одобрены только 20 государствами, в числе которых не было США, а Брюссельский протокол от 21 декабря 1979 г. по введению СДР на момент вступления его в силу был ратифицирован 15 государствами), создается несколько режимов правового регулирования международной морской перевозки, о которых упоминалось в начале раздела. Очередным документом, создавшим еще один такой режим, является Конвенция Организации Объединенных Наций о морской перевозке грузов, подписанная в Гамбурге 31 марта 1978 г. и вступившая в силу 1 ноября 1992 г. (обычно именуемая «Гамбургскими правилами»). Российская Федерация в ней не участвует, хотя в последние годы и в литературе, и практическими работниками поднимался вопрос о целесообразности для России вступления в нее. «Гамбургские правила» применяются к договорным и внедоговорным требованиям, вытекающим из международной перевозки грузов вне зависимости от того, выдан коносамент на перевозку или нет. В этом плане она действует во всех случаях, когда либо порт погрузки либо порт назначения по договору перевозки находится в договаривающихся государствах. Конвенция применяется к перевозке животных и палубных грузов. Согласно правилам, содержащимся в Гамбургской конвенции, перевозчик отвечает за убытки, возникшие вследствие утраты или повреждения груза либо просрочки в их доставке. В дополнение к «юридическому» перевозчику фактический перевозчик также несет ответственность. По сравнению с «Гаагскими правилами», «Правилами Висби», ответственность перевозчика по «Гамбургским правилам» имеет более строгий характер. Перевозчик несет ответственность за груз с момента, когда он оказался на его попечении. Нормы об ответственности императивны. Во-первых, отменено правило об освобождении от ответственности перевозчика в связи с навигационной ошибкой. Во-вторых, перечень оснований, исключающих его вину, намного уже. Перевозчик должен доказать, что он и его служащие, а также представители (агенты) предприняли все разумные усилия и меры, чтобы избежать событий, приведших к ущербу. Перевозчик не отвечает за пожар на судне, если только последний не вызван его виновными действиями. Бремя доказывания в подобной ситуации лежит на лице, ссылающемся на вину перевозчика. Освобождение перевозчика от ответственности возможно также в случае общей аварии и спасания жизней людей и имущества на море. Предел ответственности установлен фиксированно — за одно упаковочное место или за 1 кг веса поврежденного или утраченного груза, в зависимости от того, что составляет большую величину, и определен в СДР (835 СДР за одно место или единицу груза, или 2,5 СДР за 1 кг). Перевозчик не вправе ссылаться на ограничение ответственности, если ущерб причинен его собственным умышленным неправомерным поведением. Срок исковой давности — два года. Существенная отличительная черта нововведений, внесенных «Гамбургскими правилами», которые показывают несомненное их достоинство, — формулирование подробных правил о порядке заявления требований к перевозчику (часть V). Это тем более важно, что с помощью выработанных Конвенцией унифицированных положений становится возможным устранение неясностей, нередко возникающих во взаимоотношениях между грузовладельцами и транспортными компаниями в случаях предъявления претензий по сохранности грузов и иных требований, которые обусловлены различиями в праве ряда государств. В так называемом частном морском праве особое место занимают гражданско-правовые отношения, связанные с общей аварией. Этот институт является старейшим и в силу органически присущих ему особенностей одним из важнейших. Унификации положений, касающихся общей аварии, посвящен специальный документ — Йорк-Антверпенские правила, принятые ММК. В российском законодательстве обычно-правовые нормы, лежащие в основе этих правил, отражены в КТМ СССР 1968 г. (гл. XIII), а ныне в КТМ Российской Федерации 1999 г. (гл.XVI) специально устанавливается, что в случаях, если это не предусмотрено соглашением сторон, а также в случаях неполноты подлежащего применению закона при определении рода аварии, определением размеров общеаварийных убытков, и их распределении, применяются Йорк- Антверпенские правила об общей аварии и другие международные обычаи торгового мореплавания (ст. 285). Нормы, касающиеся морской перевозки пассажиров, также подверглись унификации во второй половине XX столетия, в результате чего 13 декабря 1974 г. была подписана Афинская конвенция о перевозке морем пассажиров и их багажа, вступившая в силу 28 апреля 1987 г. Конвенция действует для России как продолжательницы договоров СССР (с 1983 г.). В ней установлен предел ответственности перевозчика в размере 46 666 СДР в случаях причинения смерти или нанесения вреда здоровью пассажира (первоначально 700 000 золотых франков), 833 СДР при повреждении или утрате багажа, а также 3 333 СДР в случаях утраты или повреждения автомобиля (в редакции Лондонского протокола к Конвенции, подписанного 19 ноября 1976 г., который вступил в силу 30 апреля 1989 г.). Вина или небрежность перевозчика, его служащих или агентов, действовавших в пределах их служебных обязанностей, предполагается, поскольку не доказано обратное, если смерть лица или телесные повреждения произошли в результате кораблекрушения, столкновения, посадки на мель, взрыва или пожара либо были вызваны недостатками судна (ст. 3). В отношении утраты или повреждения багажа такая вина предполагается, пока не доказано противоположное, независимо от характера происшествия. Указанные презумпции могут быть опровергнуты доказательством иного со стороны перевозчика. Однако во всех других случаях бремя доказывания вины или небрежности лежит на истце. Сфера действия Конвенции определена следующим образом. Она применяется к любой международной перевозке, если: а) судно плавает под флагом договаривающегося государства или зарегистрировано в нем; б) договор перевозки заключен в договаривающемся государстве; в) место отправления или назначения в соответствии с договором перевозки находится в государстве — стороне Конвенции. Срок исковой давности по Афинской конвенции также определен в два года. Помимо названных международных соглашений сегодня можно говорить о достаточно представительном списке конвенций, составляющих унификацию морского права, получивших признание со стороны большого числа государств. Среди них: конвенции о столкновении судов 1910 г. (участвует свыше 70 государств), о спасании 1910 и 1989 гг. (к Конвенции 1910 г. присоединилось свыше 75 государств-участников), о гражданской юрисдикции по делам о столкновении судов 1952 г. (участвует более 50 государств), об аресте судов (свыше 50 государств) и др. В последнее время активизировалось участие Российской Федерации в морских конвенциях, посвященных самым различным вопросам. В частности, 17 декабря 1998 г. РФ присоединилась к Международной конвенции о морских залогах и ипотеках 1993 г., а также ратифицировала Конвенцию о спасании 1989 г.; 6 января 1999 г. Россия присоединилась к Конвенции об унификации некоторых правил, касающихся ареста морских судов, от 10 мая 1952 г. Одной из практически распространенных форм доставки грузов морским транспортом являются регулярные или линейные перевозки, осуществляемые на основе межправительственных соглашений об организации постоянных линий, а большей частью в рамках гражданско-правовых соглашений между крупными судовладельческими компаниями. Отношения, возникающие из такого рода перевозок, в 1974 г. также подверглись урегулированию в международно-правовом масштабе. По инициативе развивающихся стран, в наибольшей степени страдавших от доминирующего положения на фрахтовых рынках объединений из ведущих капиталистических государств, которые монопольно устанавливали условия ведения бизнеса, предлагая разработанные ими проформы, содержащие благоприятные для судовладельцев правила перевозки, был подписан многосторонний международный договор — Кодекс поведения линейных конференций, направленный на создание равных условий для грузовладельцев и перевозчиков, исключающих дискриминацию и ущемление интересов какой-либо из сторон. СССР присоединился к соглашению, которое вступило в силу в октябре 1983 г. В морском праве, как и в других областях, связанных с международной торговлей, имеются документы, опосредствующие негосударственное регулирование, которые, хотя и не имеют нормативного характера, однако обладают значительным авторитетом как рекомендательные предписания. К таковым относятся, например, разработанные БИМКО, ММК, Федерацией национальных ассоциаций судовых брокеров и агентов (ФОНАСБА), а также Генеральным советом британского судоходства «Определения, используемые в чартерах, терминов, относящихся к стадии» 1980 г., предлагающие единообразное толкование ряда терминов, используемых в договорах морской перевозки. Билет № 23 «Гибкие» привязки и их роль в современном международном частном праве. Современная особенность развития коллизионных привязок — отказ от «жестких» коллизионных норм, основанных на одном критерии выбора права. Для выбора права по одному вопросу используется система взаимосвязанных коллизионных норм. Главный способ выбора права — это применение гибких правил, позволяющих учитывать все конкретные обстоятельства дела. Правоотношение разбивается на статуты, и каждый статут имеет самостоятельное коллизионное регулирование. В одном правоотношении имеется система различных статутов: личный, вещно-правовой, обязательственный, формальный, деликтный, валютный, наследственный, брачный и др. При делении правоотношения на статуты к каждому отдельному статуту применяется самостоятельное право — право того государства, с которым данная часть правоотношения наиболее тесно связана. Такой способ правового регулирования предполагает использование в первую очередь критериев наиболее тесной связи и существа отношения. Очень часто основной вопрос (существо отношения) привязан к праву одного государства, а специальные вопросы этого же отношения — к праву другого государства. Это явление в МЧП  получило название «множественность коллизионных привязок» , которая проявляется в: 1) кумуляции (совмещении) коллизионных привязок, т.е. необходимости учитывать постановления нескольких различных правовых систем при регулировании одного правоотношения. Кумулятивные коллизионные привязки предполагают одновременное применение разных правовых систем: заключение брака  — форма и порядок определяются правом места заключения брака, а внутренние условия вступления в брак — личным законом каждого из брачующихся; 2) расщеплении коллизионной нормы , когда правоотношение в целом подчиняется одному правопорядку, а его отдельные вопросы — другому. Например, наследственные отношения в целом подчиняются личному закону наследодателя (закону его последнего обычного места жительства), а наследование недвижимости предполагает отдельное коллизионное регулирование — в соответствии с законом места нахождения недвижимой части наследственного имущества; 3) альтернативных коллизионных нормах , когда отношение признается действительным, если оно удовлетворяет требованиям либо одного, либо другого правопорядка, прямо указанных в данной норме (ст. 419, 420 КТМ РФ ). Множественность коллизионных привязок имеет место и в простых, и в сложных соподчиненных альтернативных коллизионных нормах. От множественности коллизионных привязок следует отличать явление их самостоятельности. Самостоятельность коллизионного регулирования  встречается в акцессорных обязательствах. Коллизионные вопросы договоров залога и поручительства имеют самостоятельное правовое регулирование — подчиняются праву залогодателя или поручителя, в то время как основное обязательство подчиняется иному правопорядку. Самостоятельности коллизионного регулирования противостоит теория общей коллизионной привязки  — связанные между собой сделки с хозяйственной точки зрения составляют единое целое, хотя юридически они независимы друг от друга. Современная тенденция — единое коллизионное регулирование комплексных отношений, применение к ним общей коллизионной привязки (п. 5 ст. 1211 ГК РФ ). В коллизионном праве  существует особое понятие — коллизионная взаимность, которая отличается от материальной и формальной. Коллизионная взаимность  представляет собой взаимное применение права, т.е. суд одного государства применяет право другого государства только при условии, что иностранный суд ведет себя точно так же. При рассмотрении частноправовых споров с иностранным элементом коллизионная взаимность не должна учитываться. Иностранное право подлежит применению в национальных судах независимо от того, применяется ли право данного государства за границей. Исключение из этого правила — взаимное применение права непосредственно обусловлено в законе. В законодательстве большинства государств закреплена презумпция существования коллизионной взаимности (ее наличие предполагается, а отсутствие необходимо доказать). Правовое регулирование внешнеэкономической деятельности в Российской Федерации. Правовое регулирование договорных обязательств занимает существенное место в гражданском праве любого государства. Нормы, регулирующие договорные обязательства, занимают важное место и в МЧП. С их помощью регулируется достаточно широкий круг гражданско-правовых отношений: международная купля-продажа, аренда, международная перевозка грузов и пассажиров, международные расчеты, отношения по использованию произведений литературы, науки и другие аналогичные отношения, осложненные иностранным элементом. В нормах МЧП для обозначения договорных обязательств используются два термина: сделки и договоры. Ранее в российском законодательстве использовались термины “внешнеторговая сделка” и “внешнеэкономическая сделка”, охватывая и сделки, и договоры. Новое российское законодательство использует термин внешнеэкономическая сделка” лишь однажды, определяя форму данной сделки. Во всех остальных случаях коллизионные нормы определяют применимое право к любым сделкам и договорам, в том числе и к внешнеэкономическим. Внешнеэкономическая сделка – это комплексное понятие, означающее деятельность субъектов МЧП в области международного обмена товарами, работами, результатами интеллектуальной деятельности, различного рода услугами, направленную на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей. В международной практике более распространен термин международная коммерческая сделка. Одним из главных вопросов, возникающих при регулировании подобной экономической деятельности, является проблема квалификации сделки как внешнеэкономической. Как уже отмечалось, внешний характер внешнеэкономической деятельности обусловлен наличием “иностранного элемента”. Другим отличительным признаком выступает местонахождение сторон в разных государствах. Помимо этого для целей таможенного регулирования и экспортного контроля юридически значимо перемещение товаров, услуг, финансовых средств через таможенную границу РФ и выполнение работ на территории иностранного государства. Сделки международного характера можно подразделить на внешнеэкономические сделки, связанные с предпринимательской деятельностью, и сделки, не имеющие предпринимательского характера. Центральное место среди международных коммерческих сделок занимает договор международной купли-продажи, что объясняется не только численностью такого рода договоров в мировых экономических связях. Помимо этого все остальные международные сделки либо напрямую связаны с куплей-продажей (например, перевозка, расчеты, страхование), либо являются разновидностью купли-продажи (договоры по предоставлению услуг), либо содержат элементы купли-продажи (международный финансовый лизинг). Следует также отметить, что именно договор международной купли-продажи наиболее разработан в международном частном праве. Таким образом, к международным коммерческим сделкам (или внешнеэкономическим, трансграничным сделкам) относятся сделки, опосредующие предпринимательскую деятельность в сфере международных экономических отношений, совершаемые между сторонами, коммерческие предприятия которых находятся на территории разных государств. Данный критерий квалификации сделки как внешнеэкономической определен рядом международных конвенций (Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г., Конвенцию об исковой давности в международной купле-продаже товаров 1974 г., Оттавские конвенции о международном финансовом лизинге и международном факторинге 1988 г.), а также и законодательство РФ содержит подобный критерий международности, в частности Закон о международном коммерческом арбитраже. Наличие иностранного элемента во внешнеэкономической сделке серьезно осложняет процесс заключения и осуществления сделок, что в результате порождает целый ряд дополнительных условий, к которым можно отнести следующие: осложненность получения платежей, что приводит к стремлению включить в сделку условия по обеспечению платежа; наличие валютных условий; транспортировка товара через территорию двух или более государств; проработанность условий по поводу страховки, так перевозимый на значительные расстояния и часто перегружаемый с одного вида транспорта на другой товар подвергается повышенной опасности утраты или повреждения; необходимость выполнения таможенных правил каждого из государств, границы которых товары или услуги пересекают; наличие помимо основного договора ряда дополнительных контрактов, обеспечивающих выполнение всех обязательств по договору (договор перевозки, страхования и др.); повышенный риск наступления непредвиденных событий (политические перевороты, вооруженные конфликты, изменение законодательства, регулирующего данную сферу и пр.); необходимость включения в договор нормы о применимом праве и порядок рассмотрения споров; особые правила о форме и порядке подписания международных коммерческих сделок. Отличительными особенностями правового регулирования внешнеэкономических сделок является: взаимодействие норм международного и национального права; применение норм различной отраслевой принадлежности национального права; широкое распространение форм негосударственного регулирования (контрактных условий, обычаев международной торговли, судебная и арбитражная практика). МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИХ СДЕЛОК Внешнеэкономическая деятельность является одной из немногих, где проведена была достаточно серьезная унификация причем не только коллизионных, но и материальных норм. Это объясняется стремлением государств создать достаточно эффективный регулятор международных отношений. К международным источникам, регулирующим внешнеэкономические сделки посредством унификации материально-правовых норм, относятся Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. и Конвенция об исковой давности в международной купле-продаже товаров 1974 г. Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров Вена, 1980 г. Структурно Венская конвенция состоит из 4-х частей: Часть 1 – “Сфера применения и общие положения”, Часть2 – “Заключение договора”, Часть 3 – “Купля-продажа”, Часть4 – “Заключительные положения”. Конвенция об исковой давности в международной купле-продаже товаров Нью-Йорк, 1974 г. В отличие от предыдущей, в Конвенции 1974г. Россия не участвует. В Конвенции указано, что она применяется только в том случае, если в момент заключения договора международной купли-продажи товаров коммерческие предприятия сторон договора находятся на территории государств-участников, или если согласно нормам МЧП к договору купли-продажи применимо право одного из государств-участников. Конвенция устанавливает общий 4-летний срок исковой давности по всем требованиям продавца и покупателя, который не может быть изменен соглашением сторон. Течение срока начинается со дня возникновения права на иск, которое по общему правилу возникает в день, когда имело место нарушение договора купли-продажи. Существует ряд и других правил, когда право на иск возникает: со дня фактической передачи товара покупателю или его отказа от принятия товара, в случае несоответствия товара условиям договора; в день, когда обман был или разумно мог быть обнаружен, если право на иск вытекает из обмана; в день, когда покупатель уведомил продавца о факте несоответствия, но не позднее срока окончания действия гарантии, если право на иск возникает из гарантий и др. По истечении срока исковой давности требования покупателя и продавца друг к другу, вытекающие из договора международной купли-продажи или связанные с его нарушением, не могут быть осуществлены. Специальные нормы Конвенции посвящены определению начала течения, перерыва и продления срока исковой давности. Последствия истечения срока исковой давности принимаются во внимание судом только по заявлению стороны, участвующей в процессе. Особое место в регулировании отношений в сфере международной торговли занимают унифицированные обычаи международного делового оборота. Все документы такого характера имеют общее принципиальное качество: они не обладают юридической силой и применяются только в том случае прямо выраженной воли сторон конкретной внешнеэкономической сделки. Подобной деятельностью занимаются многие международные и национальные организации предпринимателей разных стран. Самое значительное место в неофициальной кодификации и унификации обычаев международного делового оборота занимает Международная торговая палата (МТП), а также Европейская экономическая комиссия ООН, Комиссия ООН по праву международной торговли, Международный институт по унификации частного права, из национальных организаций в качестве примера можно привести Ассоциацию по торговле зерном и кормами (Лондон) и другие. Наибольшей известностью пользуются Правила толкования международных торговых терминов – International commercial Terms – ИНКОТЕРМС (последняя редакция 2000 г.). Правила толкования международных торговых терминов представляют собой один из важнейших международных документов, где сформулированы международные правила по толкованию торговых терминов, получившие широкое распространение во внешней торговле. ИНКОТЕРМС содержит толкование тринадцати типов договоров, которые для легкости применения подразделены на 4 группы в зависимости от степени участия и ответственности продавца за транспортные, таможенные и другие обременения. В силу того, что данные права и обязанности сторон составляют важную часть содержания договора и влияют на решение других условий договора их часто называют базисными условиями или базисом поставки. Принципы международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА), которые также как и предыдущий документ являются примером неофициальной кодификации правил международной торговли. Принципы представляют собой набор достаточно гибких правил, что делает возможным их широкое применение в разных ситуациях. Принципы применяются в том случае, если стороны указали на их применение, закрепив прямую отсылку к Принципам, а также могут применяться, когда в договоре стороны согласились, что их отношения будут регулироваться “общими принципами права”. В главе “Общие положения” закреплены принцип свободы договора, согласно которому стороны могут свободно вступать в договор и определять его содержание, принцип обязательности договора и добросовестности. Вторая глава “Заключение договора” определяет вопросы, связанные с офертой и акцептом, а также содержит ряд принципиальных положений по ряду специфических условий международных коммерческих договоров. К подобным условиям относятся: необходимость достижения соглашения по тем вопросам, на которых настаивает одна из сторон, иначе договор не будет заключен; определяется понятие стандартные условия – это условия, подготовленные одной из сторон для неоднократного использования и фактически применяемые без переговоров с другой стороной (договоры присоединения), но если среди таких условий имеется условие, которого другая сторона не могла разумно ожидать (неожиданные условия), то оно будет действительным только при прямом согласии с ним этой стороны; принципы предусматривают ситуацию, когда обе стороны пользуются стандартными условиями, то договор считается заключенным на условиях, которые совпадают. Принципы содержат правила о действительности договоров, их содержании и толковании. Различаются прямые и подразумеваемые (т.е. которые вытекают из характера и цели договора, практики, добросовестности, честной практики и разумности) обязательства. Ряд положений Принципов совпадают с соответствующими нормами Венской конвенции 1980 г., в частности, правила определения качества исполнения договора, цены, прекращение договора, если данные вопросы не решены в договоре. Существенное внимание уделено принципам исполнения и последствиям неисполнения договоров. Согласно Принципам любое неисполнение договора дает право потерпевшей стороне на возмещение убытков независимо от того, какие другие меры защиты были предприняты. Ряд статей посвящены порядку исчисления как реальных убытков, так и упущенной выгоды, при этом устанавливается валюта, в которой исчисляются убытки. 14) Оценивая национальное законодательство соседних с Россий-кой Федерацией стран, имеющих полную или частичную кодификацию МЧП, экономическое сотрудничество с которыми традиционно развивалось интенсивно и плодотворно, через призму системы коллизионных норм, применяемых для регулирования отношений между их национальными субъектами, в порядке общего подхода можно сформулировать некий важный критерий. Он состоит в наличии или отсутствии совокупности коллизионных принципов, закрепляемых в коллизионных нормах. С этой точки зрения государства разбиваются на две основные группы: во-первых, те, в которых действует общая коллизионная норма, позволяющая определить применимое к договору право (Болгария, в прошлом Монголия, Румыния, а также в свое время и СССР); во-вторых, таковые, которые используют ряд специальных коллизионных норм, точнее, привязок, способствующих отысканию обязательственного статута. Различия между двумя категориями законодательных подходов строятся, в сущности, на противопоставлении прикрепления к территориальному закону и закону, в максимальной степени учитывающему существо и особенности регулируемого отношения. В рамках второго подхода Куба, Венгрия, Польша, Чехия, Россия, ныне Монголия, Украина и др. имеют детализированный перечень специальных коллизионных норм (формул прикрепления), способствующих более качественному установлению «права договора» в зависимости от его вида. Речь идет также об отношении различных правопорядков к принципу «автономии воли сторон» — lex pro voluntate. Ничем не ограниченная воля сторон, если это предусматривается национальным правом, позволяет им избрать какой-либо «нейтральный» правопорядок, что способствует устранению из взаимных отношений нередко возникающих подчас обвинений в приверженности «своему» национальному праву и отрицании права партнера, воспользеваться таким иностранным законодательством, которое, возможно, наиболее разработано в соответствующей области. Понятие международного гражданского процесса и его соотношение с МЧП. МЧП - это совокупность норм процессуального норм процессуального характера, связанных с защитой прав иностранцев и иностранных ю.л. в суде и арбитраже. Согласно преоблодающей в доктрине России точке зрения термин «МГП» носит условный характер. Л.А. Лунц: к МГП относятся вопросы о подсудности гражданских дел с иностранным элементом…; о гражданском процессуальном положении иностранных граждан и ю.л.; о гражданском процессуальном положении государства и его Дип. Представителей; о порядке установления содержания подлежащего применению иностранного закона; о поручениях судов одного гос-ва судам другого гос-ва; о признании и принудительном исполнении иностр-х суд решений и признании иностр-х административных актов по гражданским делам; о признании иностр-х арбитр-х соглашений и принудительном исполнении решений иностр-го арбитража. Все это по его мнению- отдельные спец. вопросы выделенные из гражданского процесса как отрасли права по признаку их связи с делами, возникающими в условиях м/н оборота, м/н жизни. В странах общего права(США, Англия, Канада, Индия) включение МГП в МЧП не стало проблемой в силу традиционности подхода к МЧП. Ряд европейских гос-в ответы на данный вопрос включили непоср-но в национальное законодательство по МЧП. Н-р венгерский з-н о МЧП: цель З. определение права того гос-ва, которое применяется к гражд-м, семейным или трудовым отношениям в которых участвуют иностранные S. Швейцарский З. от 87г.: устанавливает компетенцию швейцарских судов, применимое право, предпосылки признания и исполнения иностр-х решений, арбитраж и подсудность.       В Германии МЧП конструируется как коллизионное право, вопросы решаются с помощью национального Права. Билет № 24 Современные тенденции развития коллизионных норм. Современная особенность развития коллизионных привязок — отказ от «жестких» коллизионных норм, основанных на одном критерии выбора права. Для выбора права по одному вопросу используется система взаимосвязанных коллизионных норм. Главный способ выбора права — это применение гибких правил, позволяющих учитывать все конкретные обстоятельства дела. Правоотношение разбивается на статуты, и каждый статут имеет самостоятельное коллизионное регулирование. В одном правоотношении имеется система различных статутов: личный, вещно-правовой, обязательственный, формальный, деликтный, валютный, наследственный, брачный и др. При делении правоотношения на статуты к каждому отдельному статуту применяется самостоятельное право — право того государства, с которым данная часть правоотношения наиболее тесно связана. Такой способ правового регулирования предполагает использование в первую очередь критериев наиболее тесной связи и существа отношения. Очень часто основной вопрос (существо отношения) привязан к праву одного государства, а специальные вопросы этого же отношения — к праву другого государства. Это явление в МЧП  получило название «множественность коллизионных привязок» , которая проявляется в: 1) кумуляции (совмещении) коллизионных привязок, т.е. необходимости учитывать постановления нескольких различных правовых систем при регулировании одного правоотношения. Кумулятивные коллизионные привязки предполагают одновременное применение разных правовых систем: заключение брака  — форма и порядок определяются правом места заключения брака, а внутренние условия вступления в брак — личным законом каждого из брачующихся; 2) расщеплении коллизионной нормы , когда правоотношение в целом подчиняется одному правопорядку, а его отдельные вопросы — другому. Например, наследственные отношения в целом подчиняются личному закону наследодателя (закону его последнего обычного места жительства), а наследование недвижимости предполагает отдельное коллизионное регулирование — в соответствии с законом места нахождения недвижимой части наследственного имущества; 3) альтернативных коллизионных нормах , когда отношение признается действительным, если оно удовлетворяет требованиям либо одного, либо другого правопорядка, прямо указанных в данной норме (ст. 419, 420 КТМ РФ ). Множественность коллизионных привязок имеет место и в простых, и в сложных соподчиненных альтернативных коллизионных нормах. От множественности коллизионных привязок следует отличать явление их самостоятельности. Самостоятельность коллизионного регулирования  встречается в акцессорных обязательствах. Коллизионные вопросы договоров залога и поручительства имеют самостоятельное правовое регулирование — подчиняются праву залогодателя или поручителя, в то время как основное обязательство подчиняется иному правопорядку. Самостоятельности коллизионного регулирования противостоит теория общей коллизионной привязки  — связанные между собой сделки с хозяйственной точки зрения составляют единое целое, хотя юридически они независимы друг от друга. Современная тенденция — единое коллизионное регулирование комплексных отношений, применение к ним общей коллизионной привязки (п. 5 ст. 1211 ГК РФ ). В коллизионном праве  существует особое понятие — коллизионная взаимность, которая отличается от материальной и формальной. Коллизионная взаимность  представляет собой взаимное применение права, т.е. суд одного государства применяет право другого государства только при условии, что иностранный суд ведет себя точно так же. При рассмотрении частноправовых споров с иностранным элементом коллизионная взаимность не должна учитываться. Иностранное право подлежит применению в национальных судах независимо от того, применяется ли право данного государства за границей. Исключение из этого правила — взаимное применение права непосредственно обусловлено в законе. В законодательстве большинства государств закреплена презумпция существования коллизионной взаимности (ее наличие предполагается, а отсутствие необходимо доказать). Договор международной купли-продажи товаров. В 1964 г. в Гааге приняты: Конвенции о единообразном законе о международной К-П товара и Конвенции о единообразном законе о заключении договоров международной К-П товара. Были несовершенны. Конвенция ООН о договорах международной К-П товаров, Вена в 1980 г. Россия участвует. Договоры международной К-П - это договоры К-П, заключаемые между контрагентами, коммерческие предприятия которых находятся в разных государствах. Если сторона имеет более 1 коммерческого предприятия, во внимание принимается то из них, с которым договор имеет наиболее существенную связь. Конвенция обязательна для лиц, находящихся под юрисдикцией государства - участника. Диспозитивность Венской конвенции: стороны в тексте договора могут указать на неприменение конвенции (исключение: стороны не вправе отступить от ст. 12 (об обязательности письменной формы договора МКП). Конвенции не распространяется на товары: для личного о пользования; проданные с аукциона; фондовые бумаги, деньги, суда водного и воздушного транспорта, электроэнергия). Действие Конвенции ограничено и по кругу вопросов. Регулирует только порядок заключения, права и обязанности сторон, переход рисков случайной гибели, ответственность сторон за неисполнение своих обязательств, освобождение от ответственности. Она не применяется, например, к ответственности продавца за причиненные товаром смерти какого-либо лица. Существенное нарушение договора - нарушение, вследствие которого другая сторона в значительной степени лишается того, на что могла бы рассчитывать по договоры. В отличие от Гаагской конвенции не предусматривает автоматического расторжения договора в силу самого факта его существенного нарушения. Обязанности продавца: поставить в определенное место и сроки товар, передать документы на него и право собственности. Поставка товара с обременениями, связанными с притязаниями 3-их лиц, возможна только с согласия покупателя принять товар. Обязанности покупателя: уплата цены за товар и принятие поставки. Стороны могут приостановить исполнение своих обязательств, если ясно что другая сторона не исполнит своих обязательств. Ответственность сторон. Конвенция понимает ответственность не как санкцию, а как особого вида правоотношения, которые возникают между сторонами существующего правоотношения, если они нарушили свои обязательства. Система дополнительных прав сторон: покупатель может потребовать замены товара;  потерпевшая сторона может расторгнуть договор при существенном нарушении; право на возмещение убытков; принцип ответственности без вины в сфере предпринимательства. Конвенция об исковой давности в международной купле-продаже товаров, принятая Нью-Йорке. срок исковой давности 4 года, со дня возникновения права на иск (например нарушение договора). Купля продажа разновидность внешнеэкономических сделок (или международных коммерческих сделок). В РФ нет легального понятия. ФЗ «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности» 2003 г. дает понятие внешнеторговая деятельность - деятельность по осуществлению сделок в области внешней торговли товарами, услугами, информацией и интеллектуальной собственностью. Правовое положение иностранцев в гражданском процессе. Судебный залог. Источники: Конвенция об облегчении м/н доступа к правосудию от 25.10.80г. Гаагская конвенция по вопросам гражданского процесса. 1954г. Германский устав гражданского судопроизводства предусматривает освобождение истца от уплаты судебного залога если по закону гос-ва истца германский гражданин не обязан вносить залог. М/н договором м./б предусмотрено устранение каких-либо спец. требований в отношении истцов-иностранцев. Ст.17 конвенции 54г.: от граждан одного из договаривающихся гос-в и выступающих в судах другого из этих гос-в в качестве истцов или третьих лиц не м/б истребованы залог или обеспеченье в какой бы то ни было форме на основании того что они иностранцы., не имеют п.м.ж. или временного м.ж. Многосторонний документ, связывающий страны СНГ предусматривает взаимное обеспеченье судебных расходов. Ст.1 минской Конвенции 93г. Граждане каждой из договаривающихся сторон, лица проживающие на ее территории пользуются на территории всех договаривающихся сторон такой же правовой защитой как и граждане данной договаривающейся стороны. Имеют право беспрепятственно обращаться в суды, прокуратуру и иные учреждения других договаривающихся сторон, к компетенции которых относятся гражданские, семейные и уголовный дела. Ст.2 Минской конвенции- граждане каждого из договаривающихся гос-в и лица проживающие на ее территории освобождаются от уплаты и возмещения судебных и нотариальных пошлин, издержек пользуются бесплатной юр. помощью. В России проц. положение иностранце закреплено в КРФ, ч.1 ст.46-каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. .Ч.3 ст.62 иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в РФ правами и несут обяз-ти наравне с гражданами РФ. Если в иностр-х гос-х устанавливаются ограничения по отношению к гражданам РФ то Правительством м. предусматриваться ответные меры применительно к гражданам предприятиям и организациям этих государств(ст.398 ГПК). На иностранных граждан распространяется нормы гражданского процессуального права о процессуальной право- и дееспособности, они м. на общих основаниях выступать в процессе в качестве стороны или третьего лица. Процессуальная правоспособность м/н. организации устанавливается на основе м/н договора в соответствии с которым она создана, ее учредительных документов или соглашения с компетентным органом РФ. Билет № 25 Статут  частноправового отношения, осложненного иностранным элементом. Множественность статутов. Статут – право, подлежащее применению. Для решения обозначенных проблем в доктрине и практике МЧП сложились определенные правила. В нынешнем российском праве подобные правила в той или иной степени закреплены нормативно. Прежде всего, это ст. 1187-1194 ГК. Эти нормы не являются коллизионными, но они тесно связаны с ними, т.к. сопровождают процесс выбора и применения компетентного права. Ст. 1187. Квалификация юридических понятий при определении права, подлежащего применению. Осуществляется в соответствии с российским правом, если иное не предусмотрено законом. Ст. 1188. Применение права страны с множественностью правовых систем. Применяется правовая система, определяемая в соответствии с правом этой страны. Если невозможно определить - правовая система, с которой отношение наиболее тесно связано. Ст. 1189. Взаимность. Иностранное право подлежит применению в РФ независимо от того, применяется ли в соответствующем иностранном государстве к отношениям такого рода российское право, за исключением случаев, когда применение иностранного права на началах взаимности предусмотрено законом. Ст. 1190. Обратная отсылка. Любая отсылка должна рассматриваться как отсылка к материальному праву соответствующей страны, за исключением случая, когда обратная отсылка может приниматься в случаях отсылки к российскому праву, определяющему правовое положение физического лица. Ст. 1191. Установление содержания норм иностранного права. Суд устанавливает содержание его норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве. Ст. 1192. Применение императивных норм. Правила ГК не затрагивают действие тех императивных норм законодательства РФ, которые вследствие указания в самих императивных нормах или ввиду их особого значения регулируют соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права. Ст. 1193. Оговорка о публичном порядке. Норма иностранного права, подлежащая применению, в исключительных случаях не применяется, когда последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) РФ. В этом случае при необходимости применяется соответствующая норма российского права. Ст. 1194. Реторсии. Правительством РФ могут быть установлены ответные ограничения (реторсии) в отношении имущественных и личных неимущественных прав ФЛ и ЮЛ тех государств, в которых имеются специальные ограничения имущественных и личных неимущественных прав российских граждан и юридических лиц. Процесс регулирования частноправовых отношений, осложненных иностранных элементом, состоит из двух взаимосвязанных стадий: 1) разрешение коллизии права и выбор с помощью коллизионных норм компетентного правопорядка. 2) применение норм избранного правопорядка. На каждой из стадий возникают специфические, требующие своего рассмотрения проблемы.  Вариант 2: Статут - определяемое на основании коллизионной нормы право (закон страны), которое подлежит применению ко всей совокупности отношений, осложненных иностранным элементом, или, по крайней мере, к основной их части Личный закон (lex personalis) определяет правовой статус физического лица: его гражданскую правоспособность и дееспособность, объем личных прав (право на имя, его использование и защиту), сферу брачно-семейных (опека и попечительство) и наследственных (способность лица к составлению завещания, наследование) правоотношений. Личный закон выступает в двух формах: как закон гражданства (lex nationalis), т.е. как закон того государства, гражданином которого лицо является; как закон домицилия (lex domicilii), т.е. как закон того государства, на территории которого лицо имеет постоянное место жительства. Использование той или иной формы личного закона зависит от принципов построения и исторических особенностей развития конкретной правовой системы. В странах романо-германской системы права применяется закон гражданства, тогда как в странах англо-саксонской системы права - закон домицилия. Однако в настоящее время такое жесткое разграничение двух форм личного закона постепенно уходит в прошлое и уступает место сочетанию различных элементов. Наиболее ярким примером в этом отношении выступает российское право. Согласно статье 1195 ГК РФ личным законом физического лица считается право страны, гражданство которой это лицо имеет. Если лицо наряду с российским гражданством имеет и иностранное гражданство, его личным законом является российское право. Если иностранный гражданин имеет место жительства в РФ, его личным законом является российское право. При наличии у лица нескольких иностранных гражданств личным законом считается право страны, в которой это лицо имеет место жительства. Личным законом лица без гражданства считается право страны, в которой это лицо имеет место жительства. Личным законом беженца считается право страны, предоставившей ему убежище. Личный закон как формула прикрепления используется в нескольких коллизионных нормах, содержащихся в российском праве: гражданская правоспособность и дееспособность физического лица определяются его личным законом (статьи 1196 - 1197 ГК РФ); права физического лица на имя, его использование и защиту определяются его личным законом (статья 1198 ГК РФ); опека или попечительство над несовершеннолетними, недееспособными или ограниченными в дееспособности совершеннолетними лицами устанавливается и отменяется по личному закону лица, в отношении которого устанавливается либо отменяется опека или попечительство (пункт 1 статьи 1199 ГК РФ). Форма внешнеэкономического договора. Источники: разд. VI «МЧП» ГК РФ, Глава 68 «Право, подлежащее применению к имущественным и личным неимущественным отношениям». Ст. 1209 ГК «Право, подлежащее применению к форме сделки». Форма сделки подчиняется праву места ее совершения. Однако сделка, совершенная за границей, не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если соблюдены требования российского права (субсидиарная привязка). Правила, предусмотренные абзацем первым настоящего пункта, применяются и к форме доверенности. Исключения: 1) Форма внешнеэкономической сделки, хотя бы одной из сторон которой является российское юридическое лицо, подчиняется независимо от места совершения этой сделки российскому праву. Это правило применяется и в случаях, когда хотя бы одной из сторон такой сделки выступает осуществляющее предпринимательскую деятельность физическое лицо, личным законом которого в соответствии со статьей 1195 ГК является российское право (гражданин, беженец). Это требования входят в оговорку о публичном порядке: относится к тем императивным нормам, которые в силу особого значения для защиты российского правопорядка должны применяться всегда в соответствии со ст. 1192 ГК. Несоблюдение простой письменной формы внешнеэкономической сделки влечет недействительность сделки. 2) Форма сделки в отношении недвижимости подчиняется праву страны, где находится это имущество, а в отношении недвижимого имущества, которое внесено в государственный реестр в РФ, российскому праву (вещный статут, т.е. право государства места нахождения вещи). ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» 1997 г. В ст. 11 Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. «не требуется, чтобы договор купли-продажи заключался или подтверждался в письменной форме или подчинялся иному требованию в отношении формы. Он может доказываться любыми средствами, включая свидетельские показания». Но СССР при присоединении сделал оговорку и вместо ст. 11 действует ст. 12 Конвенции, которая в императивной форме запрещает применение положений о возможности заключения договора не в письменной форме (в ст. 12 подчеркивается, что стороны договора купли-продажи не могут отступить от ее положений или изменить ее действие). Доктринальное понятие. К внешнеэкономическим сделкам (или к международным коммерческим сделкам) можно отнести сделки, опосредующие предпринимательскую деятельность в сфере международных экономических отношений, совершаемые между сторонами, коммерческие предприятия которых находятся на территории разных государств. Международная юрисдикция по трансграничным гражданским делам: понятие, виды. Пророгационные соглашения. М/н подсудность- разграничение компетенции национальных судов различных государств по разрешению гражданских дел с м/н характеристиками. Подсудность отличают от определения права подлежащего применению к отношениям регулируемым МЧП. Существует 3 системы определения подсудности: романская,(Франция основана на кодексе наполеона) или латинская, германская(материковая часть Европы, Япония) и система общего права(страны англо-американского права). В м/н практике существуют закрепленные в зак-ве критерии разграничения: 1. Признак гражданства сторон. Французский суд объявит себя компетентным рассмотреть любой спор, вытекающий из отношений по сделке, заключенной французским гражданином: франуз м/б привлечен к французскому трибуналу по обяз-м заключенным им в иностранном государстве даже с иностранцами. м/б привлечен если даже не проживает во Франции. 2. Признак место нахождения ответчика. Подсудность определяется местожительством ответчика. Для ю.л. местожительство- место нахождения административного центра. => если лицо не имеет м.ж. или в случае с ю.л.- оседлости внутри страны, то к нему невозможно предъявить исковое требование в суде Германии. 3. Признак фактического присутствия ответчика. Физическое его присутствие для того чтобы вручить судебную повестку. Если невозможно вручить ему, то никакое дело невозможно против него начато(Англия). В целях предъявления иска(вещно правовых)- фактическое нахождение имущества. В РФ разграничение компетенции собственных и иностранных судов строится на территориальном критерии места нахождении ответчика, а также гражданства. Гражданин РФ проживающий за пределами РФ м. расторгнуть брак с супругом проживающим за пределами РФ независимо от его гражданства. Ст. 402 ГПК суды рассматривают дела с участием иностранных лиц, если организация ответчик находится в РФ или гражданин- ответчик проживает в РФ. При исключительной подсудности- дела о праве на недвижимое имущ-во в РФ, дела из д-ра перевозки если перевозчик находится в РФ… особое производство: заявитель по делу об установлении факта имеющего юр. значение имеет и.ж. в РФ; заявитель в отношении которого подается заявление об усыновлении, имеет м.ж. в РФ. …Арбитражный суд РФ- по экономическим спорам, когда ответчик иностранное физ. ю.л., проживающее в РФ. Соглашение сторон, устанавливающие выбор учреждения которое б. компетентно рассмотреть гражданско-правовой спор в изъятие из действующих правил подсудности- это пророгационное и дерогационное соглашение. Могут иметь место в рамках неисключительной альтернативной, подсудности, допускающей договоренность S спора. Соглашение в силу которого неподсудный по общим диспозитивным нормам определения компетенции данного суда спор становится подсудным- это пророгационный. Соглашение, по которому подлежащий разрешению данным учреждением спор изымается из сферы его юрисдикции и передается другому суду- дерогационный. Монреальская конвенция 28.мая 99г- Иск об ответственности д/б предъявлен по выбору истца в пределах одно из государств-участников Билет № 26 Обратная отсылка и отсылка к праву третьего государства. Проблема обратной отсылки возникает в случаях, когда отечественное право отсылает к иностранному праву, а из коллизионных норм последнего вытекает необходимость обращения вновь к отечественному праву или к праву третьей страны - так можно до бесконечности. Законодательная практика и доктрина иностранных государств не дают однозначного ответа на вопрос о применимости обратной отсылки и отсылки к праву третьей страны. Обратная отсылка подлежит применению согласно законам Венгрии, Польши, Грузии и некоторых других стран. По Закону о международном частном праве Швейцарии 1987 г. она прямо допускается в случаях отсылки к швейцарскому праву, регулирующему вопросы гражданского состояния. Так же как в Швейцарии, применение обратной отсылки только в конкретных установленных законом случаях предусмотрено законами Италии, Португалии, Швеции, штата Луизиана (США). По этому пути пошло законодательство большинства стран СНГ, в том числе и России. В нашей стране отрицательное отношение к применению обратной отсылки было выражено прежде всего в отношении применения права к внешнеторговым сделкам в практике международного коммерческого арбитражного суда. Отрицательное отношение к применению обратной отсылки получило в России впервые законодательное закрепление в Законе о международном коммерческом арбитраже 1993 г. В соответствии с этим Законом третейский суд должен разрешать споры в соответствии с такими нормами права, которые стороны избрали в качестве применимых к существу спора. "Любое указание на право или систему права какого-либо государства, - говорится в ст. 28 Закона, - должно толковаться как непосредственно отсылающее к материальному праву этого государства, а не к его коллизионным нормам". В российском гражданском законодательстве вопрос об обратной отсылке впервые был решен в третьей части ГК РФ (ст. 1190). 1. Любая отсылка к иностранному праву в соответствии с правилами настоящего раздела должна рассматриваться как отсылка к материальному, а не к коллизионному праву соответствующей страны, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи. 2. Обратная отсылка иностранного права может приниматься в случаях отсылки к российскому праву, определяющему правовое положение физического лица (статьи 1195 - 1200)". Статья 1190 предусматривает исключения из этого общего правила в отношении двух категорий случаев. Во-первых, когда нормы иностранного права отсылают конкретно к российскому праву, а не к праву какой-то третьей страны. Таким образом, отсылка к праву третьей страны в соответствии с рассматриваемой нормой вообще не допускается. Во-вторых, при отсылке к российскому праву конкретно устанавливается, что обратная отсылка может применяться в случаях отсылки к положениям, определяющим правовое положение физического лица (деесп, правосп и т.д.) Общий отрицательный подход к применению обратной отсылки, проявленной в части третьей ГК РФ, естественно, не означает, что она не будет применяться в случаях, когда такая отсылка прямо предусмотрена в международных соглашениях (например, во вступившей в силу в 1985 г. Конвенции о международном железнодорожном сообщении (КОТИФ. Согласно этой Конвенции общая коллизионная норма отсылает к праву страны суда, включая его коллизионные нормы. Хотя Россия не является участницей КОТИФ, положения этого соглашения, связанные с этим инструкции и другие нормативные акты применяются при перевозках российских внешнеторговых грузов в страны Европы и из этих стран в Россию. Международный финансовый  лизинг. Источники: Проект Конвенции о международном финансовом лизинге был подготовлен в рамках Международного института по унификации частного права (УНИДРУА) и принят 1988 г. в Оттаве. РФ присоединилась. ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» 1998 г. Договоры международного финансового лизинга, наряду с международным факторингом относится к трехсторонним сделкам, в которых круг сторон, помимо традиционных сторон (например, продавец —покупатель), включается сторона, берущая на себя бремя финансовых проблем. Термин «лизинг» - от английского «lease», т.е. «аренда». ГК РФ § 6 гл. 34, посвященный в целом аренде, был назван «Финансовая аренда (лизинг)». Оттавская конвенция определяет лизинг как единую трехстороннюю сделку, согласно которой одна сторона - лизингодатель (арендодатель) на основе спецификации другой стороны - лизингодержателя (арендатора) заключает договор с третьей стороной - поставщиком, по которому лизингодатель приобретает основное оборудование, средства производства и другое оборудование (далее - оборудование) на условиях, одобренных арендатором, и заключает с арендатором договор аренды, которому передается оборудование в пользование в обмен на арендные платежи (ст. 1). В ГК аналогичное понятие. Распределение ответственности между сторонами в случае ненадлежащего исполнения. Общий принцип ответственности: арендодатель не несет ответственности перед арендатором за поставленное оборудование, за исключением случая, когда арендатору нанесен ущерб в результате вмешательства арендодателя в выбор поставщика или оборудования. Арендатор вправе предъявлять претензии к арендодателю за непоставку, только в случае, если это произошло в результате действия или бездействия арендодателя. Если оборудование не поставлено, просрочка, не соответствует условиям договора, права сторон: арендатор вправе отказаться от оборудования или расторгнуть договор аренды; арендодатель вправе исправить свое неисполнение поставкой оборудования; арендатор вправе задержать выплату арендных платежей до момента, когда арендодатель исправит свое неисполнение; если арендатор воспользовался своим правом на расторжение договора, то он имеет право получить обратно арендные платежи. В случае неуплаты арендатором арендных платежей арендодатель вправе: взыскать причитающиеся ему просроченные платежи вместе с процентами и убытками; требовать досрочной выплаты будущих платежей или расторгнуть договор аренды и в этом случае вправе потребовать возврата имущества и возмещения ущерба. Сфера действия Оттавской конвенции, во многом совпадают с Конвенцией о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. Так, Оттавская конвенция, применяется тогда, когда стороны договора лизинга имеют свои коммерческие предприятия на территории разных договаривающихся государств, или когда договор лизинга регулируется правом одного из договаривающихся государств (ст. 3). Оттавская конвенция, будучи юридически обязательной в указанных случаях, носит диспозитивный характер: стороны вправе договориться о неприменении всей Конвенции либо об исключении или изменении практически любого из ее положений. Правовые основы признания и исполнения иностранных судебных решений. Способы исполнения. Допустимость признания и исполнения иностранного судебного решения определяется законодательством конкретной страны и м/н. соглашениями, в которых она участвует. Признание на территории гос-ва решений судов другого – придание этим решениям такой же юр. силы какую имеют вступившие в законную силу решения данного гос-ва. Они приобретают св-во неопровержимости, обязательны. Признание иностранного суд. решения- необходимая предпосилка его принудительного исполнения. Условие исполнения взаимность. Сущ-т 3 системы исполнения решений(М.М. Богуславский): 1. для исп-я иностранного суд-го решения требуется проверка его правильности, установление его не противоречия публичному порядку страны суда; 2. необходима выдача экзекватуры(получение разрешения на исполнение). Суд после рассмотрения соотв-го ходатайства выносит постановление о разрешении исполнения. 3) для исп-я суд. решений вынесенных по взаимности, требуется регистрация решения в особом реестре. ст.45 д-р о правовой помощи с Кубой- вступившие в закону силу решения по гражданским и семейным делам имущ-го и неимущ-гг характера, вынесенные учреждениями юстиции одной договаривающейся стороны исполняются, признаются на территории другой в соответствии с согл-м. киевское соглашение ст.7- гос-ва приняли на себя обяз-ва взаимно признавать и исполнять вступившие в зак. Силу решения соотв-х суд. учреждений. Соглашение о порядке взаимного исп-я решений АС, хозяйственных и экономических судов на территории гос-в участников Содружества от 6.03.96г. Ст.3 -решения одной стороны исп-ся на территории другой в бесспорном порядке. Признание и исполнение в РФ по АПК: Решения иностранных судов по спорам связ- с предпринимательской и иной экономической д-ю, исполняются АС. Вопросы признания и приведения в исполнение решений иностранного суда разрешаются АС по заявлению стороны в споре рассмотренном иностранным судом согласно АПК. Определение АС о признании и исполнении решения иностранного судебного решения м/б обжаловано в кассационную инстанцию в течение 1месяца со дня вынесения определения. Ст.241 решения ИС исполняются и признаются если предусмотрено м/н договором. Ходатайство взыскателя о принудительном исполнении решения иностранного суда рассматривается ВС S по м.ж. или месту нахождения должника. Признание решений не требующих принудительного исполнения осуществляется без дальнейшего производства. Новелла в гр-ко-проц-м зак-ве: если у суда при рассмотрении вопроса об исполнении появятся сомнения, то суд м. затребовать у иностранного суда, вынесшего решение, разъяснение. Основания отказа в разрешении принудительного исполнения решения иностр-го суда: 1. решение по закону гос-ва на территории которого оно принято не вступает в зак. Силу; 2. сторона против которой принято решение не была своевременно и надлежащим образом извещена о времени и месте рассмотрения дела или по другим причинам не могла представить в суд свои объяснения. 3. рассмотрение дела относиться к исключ. Компетенции РФ. 4. истек срок предъявления решения к принудительному исполнению. СК: расторжение брака м/у гражданином РФ и иностранным гражданином или лицами без гр-ва совершенное за пределами РФ признается действительным в РФ. Билет № 27 Конфликт квалификаций, способы их разрешения. Чтобы применить коллизионную норму и выбрать подлежащее применению право, необходимо толковать, квалифицировать коллизионную норму на предмет уяснения ее содержания. 2) юридические понятия, из которых состоят объем и привязка коллизионных норм разных государств, могут словесно, по форме совпадать, но иметь разное содержание. Так, «место заключения договора» в англо-американском праве понимается как место отправления акцепта, а в континентальном праве – место получения акцепта, в результате чего одни и те же факты могут получить разную правовую квалификацию. 3) расхождения в содержании словесно одинаковых правовых понятий в праве разных государств порождают коллизию между правовыми понятиями эту коллизию называют «конфликтом квалификаций» либо «скрытой коллизией». Коллизии не видны, т.к. государства имеют по конкретному правоотношению одинаковые по форме коллизионные нормы. 4) наличие одинаковых коллизионных норм в праве разных государств - не гарантия одинакового выбора подлежащего применению права. 5) От того, с точки зрения какого права будет осуществлена квалификация, прямо зависит выбор права, компетентного регулировать соответствующие отношения. Таким образом, проблема квалификации сводится к тому, с точки зрения права какого государства осуществлять толкование коллизионных норм. Существует 3 возможных способа решения конфликта квалификаций. 1) Квалификация по своему отечественному праву или квалификация по lex fori. Может привести к искажению содержания этого иностранного права. Квалификация становится особенно затруднительной, когда нужно дать толкование институту иностранного права, который вообще отсутствует в отечественном праве. 2) квалификация по праву страны, с которой связано правоотношение в целом, или квалификация по lex cause. Существует 3 ситуации, когда квалификация по этому способу будет приемлема: а) когда все фактические обстоятельства спорного правоотношения связаны с правом одного государства, а спор по каким-либо причинам рассматривается в суде другого государства. б) когда известно право, которому подчинено отношение в целом, а из всего комплекса отношений выделился вопрос, по отношению к которому возникла необходимость выбора права, а значит, и необходимость в квалификации. в) когда иностранное право содержит понятия, которые не известны российскому праву. 3) «автономная квалификация». Чтобы выполнять роль связующего звена между правом разных государств, коллизионная норма должна пользоваться некими общими для права разных государств понятиями, которые выводятся путем сравнительного изучения однородных цивилистических понятий разных государств. НО: кто должен делать сравнительный анализ права разных государств и формулировать «общие» понятия? Ст. 1187 ГК РФ «При определении права, подлежащего применению, толкование юридических понятий осуществляется в соответствии с российским правом, если иное не предусмотрено законом. Если при определении права, подлежащего применению, юридические понятия, требующие квалификации, не известны российскому праву или известны в ином словесном обозначении либо с другим содержанием и не могут быть определены посредством толкования в соответствии с российским правом, то при их квалификации может применяться иностранное право». Международный факторинг. Источники: подготовленная в рамках Международного института по унификации частного права УНИДРУА - Конвенция по международным факторинговым операциям (Оттава, 1988 г.). Договор международного факторинга, наряду с международным финансовым лизингом относится к трехсторонним сделкам, в которых круг сторон, помимо традиционных сторон (например, продавец - покупатель), включается сторона, берущая на себя бремя финансовых проблем. Согласно Конвенции «договор по факторинговым операциям» - это договор, заключенный между одной стороной (поставщик по договору купли-продажи) и другой стороной (фирмой по факторинговым операциям, фактор), именуемой цессионарием, в соответствии с которым поставщик может или должен уступить цессионарию обязательственные требования, вытекающие из договоров поставки, заключаемых между поставщиком и его заказчиками (дебиторами). При этом цессионарий должен взять на себя не менее двух из следующих обязанностей: а) финансирование поставщика (заем или досрочный платеж); б) ведение счетов по денежным требованиям; в) защиту от неплатежеспособности дебиторов (ст. 1). Конвенция требует поставить в известность дебиторов об уступке дебиторских задолженностей, однако несогласие дебиторов не влияет на договор. Права и обязанности сторон. Дебитор, получив письменное уведомление от поставщика или от цессионария в силу полномочий, выданных поставщиком, обязан уплатить цессионарию. Если дебитор сделал платеж цессионарию, а поставщик не поставил ему товары или поставил с нарушением, то он не может потребовать у цессионария возврата платежа. Исключения: возврат возможен, если: 1) цессионарий не уплатил соответствующей суммы поставщику; 2) цессионарий выплатил дебиторскую сумму поставщику, хотя знал, что поставщик не выполнил свои обязательства перед дебитором. Виды факторинга: 1) Прямой - когда поставщик (экспортер) уступает право требования цессионарию, а он. непосредственно вступает в отношения с дебитором (импортером по договору купли-продажи). 2. Косвенный - когда цессионарий передает право требования другому фактору, находящемуся в стране импортера, и этот второй цессионарий вступает в отношения с дебитором и полученный платеж перечисляет первому цессионарию. Сфера действия Конвенция о факторинге, схожа с Конвенцией о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. Так, в Конвенции о факторинге, так же как и в конвенция 1980 г., если все стороны факторинговых операций имеют коммерческие предприятия на территории разных договаривающихся государств или если договорные отношения регулируются правом договаривающегося государства, Стороны могут исключить применение Конвенции полностью. Однако в отличие от конвенции 1980 исключение отдельных положений или их изменение не предусматривается. Признание и исполнение иностранных судебных решений в Российской Федерации. Признание и исполнение в РФ по АПК: Решения иностранных судов по спорам связ- с предпринимательской и иной экономической д-ю, исполняются АС. Вопросы признания и приведения в исполнение решений иностранного суда разрешаются АС по заявлению стороны в споре рассмотренном иностранным судом согласно АПК. Определение АС о признании и исполнении решения иностранного судебного решения м/б обжаловано в кассационную инстанцию в течение 1месяца со дня вынесения определения. Ст.241 решения ИС исполняются и признаются если предусмотрено м/н договором. Ходатайство взыскателя о принудительном исполнении решения иностранного суда рассматривается ВС S по м.ж. или месту нахождения должника. Признание решений не требующих принудительного исполнения осуществляется без дальнейшего производства. Новелла в гр-ко-проц-м зак-ве: если у суда при рассмотрении вопроса об исполнении появятся сомнения, то суд м. затребовать у иностранного суда, вынесшего решение, разъяснение. Основания отказа в разрешении принудительного исполнения решения иностр-го суда: 1. решение по закону гос-ва на территории которого оно принято не вступает в зак. Силу; 2. сторона против которой принято решение не была своевременно и надлежащим образом извещена о времени и месте рассмотрения дела или по другим причинам не могла представить в суд свои объяснения. 3. рассмотрение дела относиться к исключ. Компетенции РФ. 4. истек срок предъявления решения к принудительному исполнению. СК: расторжение брака м/у гражданином РФ и иностранным гражданином или лицами без гр-ва совершенное за пределами РФ признается действительным в РФ. Билет № 28 Основания и порядок применения иностранного права. Основания – двусторонние коллизионные нормы (прямые предписания законод-ва о применение иностр. права). Порядок. Применяется судом и др. правоприменительными органами. При наличии отсылки к применению иностр. права в законе или межд. договоре явл. обязанностью суда. Чтобы правильно применить пр. нормы для разрешения конкретного дела, суд обращается к офиц-м законам иностр. гос-дар. оценивая его в контексте всей правовой системы данного гос-дар., при этом он не вправе руководствоваться своим правосознанием, вытекающ. из российского права, а должен руководст. господствующем правосознанием  иностранного права, используя любые документы органов данного гос-дар, разъясняющ. данные нормы, а также доктринальными источниками. В англосаксонских странах иностр. право рассматривается как фактическое обст-во по делу. Представить док-ва должны стороны, поэтому все док-ва по делу связанные с содержанием по делу обязаны представить стороны. Суд лишь оценивает их и использует как факт. В континентальной правовой системе это обязанность суда, стороны могут, но не обязаны представить док-ты для подтвержд. инострр. норм, но в некоторых случаях может возложит бремя доказывания содержания иностр. прав на стороны. Установление норм иностр. права для судь очень тяжелое дело=>может воспользоваться помощью Минюста, может привлечь экспертов, дип. Представителей за рубежом. Интерлокальные коллизии: они связаны с наличием гос-в, где существуют адм.-террит. единицы с самост-ми подсистемами права. США, у каждого штата свои пр.нормы. Пименяются также как этот применяет само США. Интертемпоральные коллизии: возникает из разновременного принятых норм, регулирующих одни отношения. Применяться должны также как интерлокальные. Взаимность: должны ли российские суды признавать и применять иностр. право, если в этой стане не признается и не применяется российское право, т.е. является ли наличие взаимности обязательным условием применения иностр. права или иномтр. Право применяется в силу юр. обязательного предписания отечественной коллизионной нормы. Ст. 1192 ГК. Применение императивных норм. Правила настоящего раздела не затрагивают действие тех императивных норм законодательства РФ, которые вследствие указания в самих императивных нормах или ввиду их особого значения, в т.ч. для обеспечения прав и охраняемых законом интересов участников гражданского оборота, регулируют соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права. При применении права какой-либо страны согласно правилам настоящего раздела суд может принять во внимание императивные нормы права другой страны, имеющей тесную связь с отношением, если согласно праву этой страны такие нормы должны регулировать соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права. При этом суд должен учитывать назначение и характер таких норм, а также последствия их применения или неприменения. Ст. 1193 ГК. Оговорка о публичном порядке. Норма иностранного права, подлежащая применению в соответствии с правилами настоящего раздела, в исключительных случаях не применяется, когда последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) РФ. В этом случае при необходимости применяется соответствующая норма российского права. Обычаи международной торговли. Обычаи международной торговли (торговые обычаи) - единообразные устойчивые правила, сложившиеся в практике, но не имеющие обязательной юридической силы - охватывают все применяемые в международной торговле правила неюридического характера. Три группы подобных правил: Правила общего характера, наиболее значимые; правила, которые могут применяться к любым видам ВЭС (собственно обычаи); Правила, применяемые в отдельных областях международного делового сотрудничества, в торговом обмене определенными группами товаров (обыкновения); например, комплексы обычных правил при торговле зерном, кофе и т.д.; могут быть универсальными (любая часть света), региональными (в конкретном регионе), локальными (например, обычаи одного морского порта); Заведенный порядок - это обычные правила, сложившиеся между конкретными партнерами в определенной сфере международного предпринимательства. От обычаев следует отличать обыкновения, складывающиеся в практике торговых сделок и определяющие детали этих сделок. С торговыми обыкновениями приходится сталкиваться в области морских перевозок. Они складываются, например, в портах. Обыкновения могут регулировать взаимоотношения сторон только в тех случаях, когда стороны в той или иной форме признали необходимым применение обыкновений какого-либо морского порта. Согласно Принципам международных коммерческих договоров, разработанных УНИДРУА, стороны в таком договоре связаны обычаем, который широко известен и постоянно соблюдается сторонами в международной торговле. Стороны связаны любым обычаем, относительно которого они договорились, и практикой, которую они установили в своих взаимоотношениях. Неофициальная кодификация и унификация обычаев международного торгового оборота: Европейская экономическая комиссия ООН (разработала несколько десятков общих условий по продаже конкретных видов товаров и типовых проформ контрактов); Комиссия ООН по праву международной торговли и Международный институт по унификации частного права (занимаются унификацией правовых норм); Международная торговая палата (МТП) - 1920 год - неправительственная организация, созданная с целью организационного, технического и иного содействия международной торговли. Среди публикаций МТП наибольшей известностью пользуются Правила толкования международных торговых терминов - International Commercial Terms - INCOTERMS. ИНКОТЕРМС - один из важнейших международных документов неофициальной кодификации. Под терминами, толкование которых дается в ИНКОТЕРМС, понимаются некоторые типы договоров международной купли-продажи, основанные на определенном, фиксированном распределении прав и обязанностей между торговыми партнерами. Можно выделить три группы вопросов, по которым фиксируются права и обязанности сторон по каждому типу договоров: Права и обязанности сторон, связанные с перевозкой товаров, включая распределение дополнительных расходов, которые могут возникнуть в процессе перевозки; Права и обязанности сторон по осуществлению «таможенных формальностей», связанных с вывозом товара с территории одного государства и с ввозом его не территорию другого государства и транзитом через третьи страны, включая уплату таможенных сборов и других обязательных платежей; Момент перехода рисков с продавца на покупателя в случае гибели или повреждения товара. Например, согласовав условие CFR или CIF, продавец не может исполнить договор никаким иным видом транспорта, кроме морского, поскольку по этим условиям он обязан предоставить покупателю коносамент или иной морской транспортный документ, что невозможно при использовании иных видов транспорта. Более того, необходимый в соответствии с документарным аккредитивом документ обязательно зависит от используемых способов перевозки. Инкотермс имеют дело с определенными обязанностями сторон - такими как обязанность продавца предоставить товар в распоряжение покупателя или передать ему его для перевозки или доставить его в пункт назначения, а также с распределением риска между сторонами в этих случаях. Далее они определяют обязанности по выполнению таможенных формальностей очистить для вывоза и ввоза, по упаковке товара, обязанность покупателя по принятию поставки, а также обязанность представить доказательства надлежащего выполнения соответствующих обязательств были должным образом выполнены. Хотя Инкотермс крайне важны для реализации договора купли-продажи, значительное число проблем, возникающих в таком договоре, в них вообще не регулируются, например переход права собственности и иных вещных прав, неисполнение договора и последствия неисполнения, а также освобождение от ответственности в определенных ситуациях. Следует подчеркнуть, что Инкотермс не предназначены заменить необходимые для полного договора купли-продажи условия, определяемые путем включения стандартных или индивидуально согласованных условий. Инкотермс вообще не регламентируют последствия нарушения договора и освобождение от ответственности вследствие различных препятствий. Эти вопросы подлежат разрешению иными условиями договора купли-продажи и нормами применимого права. Легализация официальных документов: понятие, способы. Источник: Гаагская Конвенция отменяющая требования легализации иностранных официальных документов от 5.10.61г. Легализация по Конвенции - только формальная процедура, используемая дип. или консульскими агентами страны, на территории которой документ д/б представлен, для удостоверения подлинности подписи, качества, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и, в надлежащем случае, подлинности печати или штампа, которыми скреплен этот документ(ст.2). Способ: проставление апостиля – проставляется на самом документе или на отдельном листе, скрепляемом с документом; он должен соответствовать образцу, приложенному к настоящей Конвенции. Проставляется для удостоверения подлинности подписи, качества, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и, в надлежащем случае, подлинности печати или штампа, которыми скреплен этот документ, компетентным органом государства, в котором этот документ был совершен. Однако выполнение упомянутой в предшествующем абзаце функции не м/б потребовано, если законы, правила или обычаи, действующие в государстве, в котором представлен документ, либо договоренность м/у двумя или несколькими договаривающимися государствами, отменяют или упрощают данную процедуру или освобождают документ от легализации. Апостиль проставляется по ходатайству подписавшего лица или любого предъявителя документа. Подпись, печать или штамп, проставляемые на апостиле, не требуют никакого заверения. Каждое договаривающееся государство назначает, органы, которые проставляют апостиль. В свете этого к документам происходящим из стран с которыми Россия заключила д-ры о правовой помощи предусматривающим освобождение от легализации, не м/б предъявлено требование об апостиле. (проставлении особого штампа на документе или отдельном листе,  скрепляемом с ним). Билет № 29 Применение иностранного права с множественностью правовых систем.  В случае, когда подлежит применению право страны, в которой действуют несколько правовых систем, применяется правовая система, определяемая в соответствии с правом этой страны. Если невозможно определить в соответствии с правом этой страны, какая из правовых систем подлежит применению, применяется правовая система, с которой отношение наиболее тесно связано. В комментируемой статье содержатся правила, которыми должен руководствоваться российский суд при выборе права иностранного государства, в котором действуют несколько правовых систем. К таким государствам относятся, например, Соединенные Штаты Америки, где право одного из штатов может существенно отличаться от права другого, Объединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии, когда необходимо, в частности, применить право либо Англии, либо Шотландии, входящих в его состав. Положения комментируемой статьи могут также распространяться на отдельные случаи интерперсональных коллизий, если при рассмотрении дела в Российской Федерации возникнет вопрос о применении обычного племенного права, действующего в некоторых развивающихся странах. В отечественной литературе указанные проблемы получили название соответственно "межобластных" и "интерперсональных" коллизий. В национальное коллизионное право подобная статья включена впервые. Решение российским судом коллизионной проблемы на основе предписаний, содержащихся в части третьей ГК, или положений международных договоров, включающих коллизионные нормы, нередко приводит к применению не российского, а иностранного права. Это может произойти, во-первых, если стороны договора или спора выбрали в качестве применимого не российское материальное право и, во-вторых, если рассматриваемое правоотношение подпадает под действие двусторонней коллизионной нормы. В случае выбора сторонами договора или спора в качестве применимого права страны со множественностью правовых систем, целесообразно точно указать, о какой из систем идет речь. Например, если стороны намерены подчинить гражданско-правовой договор американскому праву, им лучше всего сослаться на право конкретного штата. Достаточно широко распространенная на практике оговорка относительно применения "американского" материального права неудачна. По своему содержанию она указывает только на то, что стороны не имели намерения подчинить договор ни одному из своих личных законов, ни закону страны суда - российскому закону. В этом случае суд, руководствуясь положениями комментируемой статьи, должен сам определить, право какого штата подлежит применению. Инициатива определения одной из национальных правовых систем сохраняется за судом и в тех случаях, когда стороны не договорились о применимом праве. Так, если российская и американская компании, являющиеся сторонами, например, договора финансирования под уступку денежного требования, в котором финансовым агентом выступает компания, зарегистрированная в штате Делавэр, но имеющая штаб-квартиру и осуществляющая основную деятельность в штате Нью-Йорк, не предусмотрели право, подлежащее применению, то при рассмотрении спора в арбитражном суде РФ суд, руководствуясь ст. 1211 ГК , должен будет определить, право какого штата подлежит применению: штата Делавэр или штата Нью-Йорк. Проблема применения права страны со множественностью правовых систем доктринально освещена в большинстве стран. В ряде из них она нашла, кроме того, нормативное закрепление. В качестве примера можно привести Модельный ГК для стран СНГ и законодательство некоторых из них. Нормы, аналогичные российской, содержатся также в законодательстве некоторых европейских стран, в частности Австрии, Германии, Италии и Румынии. Отсутствие соответствующей нормы в ряде государств комментаторы объясняют тем, что она носит "слишком технический характер", однако рекомендуют: если коллизионная норма отсылает к праву, содержащему несколько правовых систем, выбор осуществляется в соответствии с правилами решения межобластных или интерперсональных коллизий той территории, чье внутреннее право должно применяться. Главная причина, порождающая проблему выбора российским судом одной из внутренних правовых систем иностранного государства, состоит в условном несоответствии коллизионной привязки, отсылающей к праву иностранного государства в целом, действующему в нем межобластному (возможно, интерперсональному) праву. Наиболее очевидно это несоответствие проявляется при применении коллизионных норм, отсылающих к личному закону физического лица в случае, когда таким законом является закон страны его гражданства ( п. 1 ст. 1195 ГК ). Так, при определении дееспособности физического лица, имеющего нероссийское гражданство, в силу п. 1 ст. 1197  и п. 1 ст. 1195 ГК  должен применяться закон страны гражданства иностранца. Между тем в странах со множественностью правовых систем существует единое гражданство. Поэтому отсылка к закону гражданства иностранца не указывает непосредственно на одну из правовых систем, в соответствии с которой определяется его дееспособность. Например, при рассмотрении дел с участием граждан США указание коллизионной нормы на закон страны гражданства само по себе не дает возможности применить материально-правовые нормы иностранного права, поскольку гражданская дееспособность в данном случае будет определяться не федеральным законом, а законом штата. В качестве общего принципа решения этого несоответствия комментируемая статья предусматривает, что выбор правовой системы, подлежащей применению российским судом, будет определяться в соответствии с правом иностранного государства. Однако применение российским судом норм иностранного права, решающих межобластные коллизии, не всегда практически возможно. В случае, если внутреннее коллизионное право в иностранном государстве действует в каждой из правовых систем, российский суд не избежит проблемы выбора не только материального, но и коллизионного права, действующего в иностранном государстве. Причем российский суд будет в принципе не способен решить вопрос межобластных коллизий иностранной правовой системы, поскольку выбор возможен лишь между правом страны суда (в данном случае законом территории, где предъявлен иск) и правом, с которым отношение имеет разумную связь, а российский суд решает коллизию только между российским и иностранным правопорядками. Для применения права страны со множественностью правовых систем, если невозможно определить в соответствии с правом этой страны, какая из правовых систем подлежит применению, комментируемая статья предусматривает применение правовой системы, с которой правоотношение наиболее тесно связано. В данном случае эта статья, действуя как специальная, повторяет общий коллизионный принцип, закрепленный в п. 2 ст. 1186 ГК  (см. коммент. к ней). Применение других коллизионных норм, содержащих привязки к месту нахождения или лица, или вещи, или государственного органа, а также к месту совершения действия или к месту осуществления деятельности, в определенной степени упрощает решение проблемы, поскольку по признаку места возможна идентификация фактических обстоятельств с одной из правовых систем, действующих в границах иностранного государства. В этих случаях принятие российским судом решения о выборе одной из правовых систем иностранного государства будет зависеть от фактических обстоятельств, доказанных сторонами. При этом, однако, следует учитывать, что коллизионная привязка к месту жительства физического лица хотя и упрощает проблему с точки зрения идентификации места, относящегося к определенной правовой системе, но способна вступить в противоречие с коллизионным правом, действующим в ней. Это может быть связано с различием в содержании института места жительства или места нахождения, известного российскому праву, и института домицилия, существующего в странах "общего права". Например, постоянное место жительства лица, имеющего несколько гражданств, в Англии не исключает, что его дееспособность определяется домицилием происхождения, коим может являться Шотландия и который он сохранил вне зависимости от проживания в Англии. Принимая во внимание существенные различия в содержании рассматриваемых коллизионных принципов, российскому суду и в подобных случаях целесообразно применять правовую систему, с которой отношение наиболее тесно связано. Вместе с тем, делая выбор в пользу одной из правовых систем иностранного государства, российский суд должен учитывать и положения п. 2 ст. 1192 ГК , поскольку они действуют в отношении не только международных, но и межобластных коллизий. Предусмотренная комментируемой статьей возможность применения той из внутренних правовых систем иностранного государства, с которой отношение наиболее тесно связано, может наиболее полно использоваться в практике международного коммерческого арбитража, как это предусмотрено п. 1 ст. 1186 ГК . Базисные условия договора международной купли продажи товаров. ИНКОТЕРМС-2000. Это обычаи международной торговли (Lex mercatoria)., под которыми понимаются единообразные устойчивые правила, сложившиеся в практике, но не имеющие обязательной юридической силы. Строго говоря, данное определение относится не к обычаям, а к обыкновениям, т.к. под обычаем в юридической науке понимается тоже единообразное устойчивое правило, сложившееся в практике, но обладающее обязательной юридической силой. Подготовленные УНИДРУА и опубликованные в 1994 г. Принципы международных коммерческих контрактов. Международная торговая палата (МТП). Созданная в 1920 г. как неправительственная организация объединяет национальные палаты, в т.ч. Торгово-промышленную палату РФ, действующую на основе Закона «О торгово-промышленных палатах в РФ» 1993 г. МТП подготовила Правила толкования международных торговых терминов—International commercial Terms—ИНКОТЕРМС (последняя редакция 2000 г.). Предыдущая редакция 1990. Но у всех таких документов есть одним общий признак: они не обладают юридической силой и применяются только в силу прямо выраженной воли сторон конкретной внешнеэкономической сделки. Под терминами понимаются некоторые типы договоров международной купли-продажи, основанные на определенном, фиксированном распределении прав и обязанностей между торговыми партнерами. Группы вопросов, по которым фиксируются права и обязанности сторон по каждому типу договоров: 1) связанные с перевозкой товаров; 2) осуществлением «таможенных формальностей», связанных с вывозом и транзитом, включая уплату таможенных сборов; 3) момент перехода рисков с продавца на покупателя в случае гибели или повреждения товара. Эти права и обязанности сторон называют базисными условиями или базисом поставки. ИНКОТЕРМС 2000 г. 13 толкуемых терминов (типов договоров) разделены на четыре группы: 1) термины группы «Е», согласно которым продавец предоставляет товары покупателю на своем коммерческом предприятии; 2) термины группы «F», обязывающие продавца предоставить товары в распоряжение перевозчика, обеспечиваемого покупателем; 3) термины группы «С», согласно которым продавец обязан заключить договор перевозки и отправить товар в адрес покупателя, но не принимая на себя рисков, связанных с возможной гибелью или повреждением товара; 4) термины группы «D», продавец несет все расходы и все риски до момента доставки товара в страну назначения. Например, в Украине был издан Указ Президента придающий ИНКОТЕРМС в редакции 1990 г. нормативное действие, обязательное для всех договоров, если стороны в качестве применимого к договору права выберут украинское право. Правовые основы исполнения иностранных судебных поручений: понятие, виды, способы. Источники: Конвенция об облегчении м/н доступа к правосудию от 25.10.80г. Гаагская конвенция по вопросам гражданского процесса. 1954г. Порядок: Судебные поручения передаются консулом запрашивающего государства властям, указанным запрашиваемым государством. Эти власти направляют консулу документ, удостоверяющий исполнение судебного поручения или объясняющий причины, по которым исполнение его не могло состояться. Все затруднения, которые м/б возникнуть при такой передаче, разрешаются дип. путем. Каждое Договаривающееся государство м. заявить, уведомив другие государства, о желании передачи поручений, подлежащих исполнению на его территории, дипломатическим путем(способ)(ст.9 К.54г.). аналогичный пор-к и в конвенции 80г.- порядок сношения ч/з специально создаваемые органы(способ). Каждое участвующее государство назначает центральный орган, на который возлагается получение судебных поручений, исходящих от судебного органа другого договаривающегося гос-ва, и передачу их компетентному органу на исполнение. Каждое государство образует центральный орган в соотв-ии с своим зак-м. судебные поручения передаются центральному органу запрашиваемого гос-ва без вмешательства какого-либо другого органа этого гос-ва. В судебном поручении указывается: а) запрашивающий и запрашиваемый органы; б) фамилии и адрес сторон судебного разбирательства(их представители); с) характер и предмет судебного разбирательства и краткое изложение фактической стороны дела; d) доказательства требуемые получить, или иные судебные д-я необходимые выполнить; При необходимости указываются е) ФИО лиц которых надо допросить; f) вопросы которые необходимо задать допрашиваемым; g) документы, объекты необходимые исследовать;… Судебное поручение не исполняется в той мере в которой лицо которого оно касается, ссылается на освобождение или запрет на дачу показаний установленные: законодательством запрашиваемого; запрашивающего гос-ва. Каждое договаривающееся гос-во м. заявить что оно б. признавать такие освобождения и запреты установленные законод-м гос-ва иного чем запрашивающее и запрашиваемое гос-ва в той мере в какой это б. указано в его заявлении. В исполнении поручения не м/б отказано на основании- что законод-во запрашиваемого гос-ва предусматривает искл-ю компетенцию по данному делу или не предусматривает возбуждение дела по данным осн-м. В исполнении м/б отказано: 1) если подлинность документа не установлена; 2) в запрашиваемом гос-ве исполнение судебного поручения не входит в круг ведения судебной власти; 3) если исполнение м. нанести ущерб его суверенитету или безопасности. П.П. ВАС от 11.июня 99г. О действии м/н-х договоров РФ применительно к вопросам Арбитражного процесса-говоря об исполнении судебных поручений иностранных судов, он предусматривает возможность направления судебного поручения в порядке и на условиях м/н вежливости в отсутствие м/н договора о правовой помощи(п.19). п.5 Киевского соглашения стран СНГ: особый порядок выполнения судебных поручений в рамках разрешения хоз. споров направляемых в страны СНГ, в силу которого суд поручения посылаются в названные страны почтовой связью, без перевода, непосредственно в суды комп-ые разрешать экономические споры на территории этих гос-в. Билет № 30 Оговорка о публичном порядке. Оговорка о публичном порядке в самом общем порядке означает следующее: избранное на основе отечественной коллизионной нормы иностранное право не применяется, и субъективные права, возникшие под действием норм иностранного права, не получат защиты, если такое применение или такая защита противоречат публичному порядку данного государства. Всеобщее признание оговорки о публичном порядке объясняется ее необходимостью для защиты основ правовой системы, интересов общества. Оговорка о публичном порядке известна в МЧП с XVII в., когда голландский коллизионист Ульрик Губер сказал, что все законы носят чисто территориальный характер и потому иностранные законы на территории Голландии не применяются. Однако в исключительных случаях в силу международной вежливости (comitas gentium) допускается признание действия иностранного закона, но только если такое признание не умаляет суверенитет голландских провинций  их граждан. Мировой практике известны 2 вида оговорок: позитивная и негативная. Позитивная сложилась во Франции. Общая концепция: позитивная оговорка – совокупность внутренних норм права, которые в силу особой, принципиальной важности для защиты общественных и моральных устоев данного государства должны применяться всегда, даже если отечественная коллизионная норма отошлет к иностранному праву. Негативная в отличие от позитивной исходит из содержания иностранного права: иностранное право, которое следует применить по предписанию национальной коллизионной нормы, не должно применяться, т.к. оно или его отдельные нормы несовместимы с публичным порядком этого государства. Негативная форма оговорки преобладает в МЧП, она закреплена в законах многих государств. Оговорка о публичном порядке играет принципиальную роль и в российском МЧП. Ст. 1193 ГК: «норма иностранного права, подлежащая применению в соответствии с правилами ГК, в исключительных случаях не применяется, когда последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) РФ. В этом случае при необходимости применяется соответствующая норма российского права. Отказ в применении нормы иностранного права не может быть основан только на отличии правовой, политической или экономической системы соответствующего иностранного государства от правовой, политической или экономической системы РФ». Российские законы используют 3 формы оговорки: 1) «основы правопорядка» - закреплена в частноправовых законах (ГК, СК). 2) «суверенитет и безопасность» - используется в процессуальных актах. Ст. 412 ГПК: «российские суды не исполняют решения иностранных судов, если…». 3) «публичный порядок» - получила закрепление в законе о международном коммерческом арбитраже 1993 г., АПК в качестве основания для отказа в признании и исполнении решения иностранного суда и иностранного арбитражного решения.  В российском праве либо вообще не раскрывается понятие публичного правопорядка, либо используется лишь ориентировочная формулировка «основы правопорядка». Принципы международных коммерческих договоров 2004 г. Принципы международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА).Состоят из преамбулы и 10 глав. Принципы устанавливают общие нормы для международных коммерческих договоров. Они подлежат применению в случае, если стороны согласились, что их договор будет регулироваться этими Принципами. Они могут применяться, когда стороны согласились, что их договор будет регулироваться "общими принципами права", "lex mercatoria" или аналогичными положениями. Они могут использоваться для решения вопроса, возникающего в случае, когда оказывается невозможным установить соответствующую норму применимого права. Они могут использоваться для толкования и восполнения международных унифицированных правовых документов. Они могут служить моделью для национального и международного законодательства. Общие положения Уведомление Определения Договор может быть заключен путем акцепта оферты либо в результате поведения сторон, достаточно свидетельствующего о соглашении. Настоящие Принципы не затрагивают вопросы недействительности, возникающей из: а) отсутствия правоспособности; с) несоответствия нормам морали или противоправности. Договор должен толковаться в соответствии с общим намерением сторон. Договорные обязательства могут быть прямыми или подразумеваемыми. Подразумеваемые обязательства вытекают из: а) характера и цели договора; b) практики, которую стороны установили в своих взаимоотношениях; с) добросовестности и честной деловой практики; d) разумности. Срок исполнения Стороны обязаны исполнить свое обязательство: а) если срок установлен в договоре или может быть определен исходя из договора, в этот срок; b) если период времени установлен в договоре или может быть определен исходя из договора, в любой срок в рамках этого периода времени, если только обстоятельства не указывают на то, что другая сторона вправе выбрать срок исполнения; с) в любом другом случае, в течение разумного срока после заключения договора. Если исполнение договора становится более обременительным для одной из сторон, эта сторона тем не менее обязана выполнить свои обязательства с соблюдением последующих положений о затруднениях. Неисполнением считается невыполнение стороной любого из своих обязательств по договору, включая ненадлежащее исполнение и просрочку исполнения. Если сторона, обязанная уплатить деньги, не совершает этого, другая сторона может потребовать произвести платеж. Право на прекращение договора 1. Сторона может прекратить договор, если неисполнение договорного обязательства другой стороной является существенным. 2. При определении, является ли неисполнение обязательства существенным, во внимание должно быть, в частности, принято: а) существенно ли неисполнение лишает потерпевшую сторону того, что она имела право ожидать в соответствии с договором, кроме случаев, когда другая сторона не предвидела и не могла разумно предвидеть такой результат; b) имеет ли принципиальный характер с точки зрения договора строгое соблюдение неисполненного обязательства; с) является ли неисполнение умышленным или совершено по грубой небрежности; d) дает ли неисполнение потерпевшей стороне основание верить, что она не может полагаться на будущее исполнение другой стороны; е) понесет ли неисполнившая сторона несоразмерные потери в результате подготовки или осуществления исполнения, если договор будет прекращен. 3. В случае просрочки потерпевшая сторона может также прекратить договор, если другая сторона не исполнит договор до истечения предоставленного в соответствии со ст. 7.1.5 срока. Право на возмещение убытков Любое неисполнение дает потерпевшей стороне право на возмещение убытков либо исключительно, либо в сочетании с любыми другими средствами правовой защиты, кроме случаев, когда в соответствии с настоящими Принципами ответственность за неисполнение не наступает. Международно-правовое регулирование оказания  правовой помощи в рамках СНГ. Правовая помощь – совершение отдельных процессуальных действий, предусмотренных законодательством запрашивающей стороны: составление, пересылка, вручение документов, получение вещественных доказательств, допрос свидетелей, экспертов для целей осуществления гражданского процесса. Минская конвенция 1993г. - Подписанного 28.0397г.- Граждане каждой из Договаривающихся Сторон, а также лица, проживающие на ее территории, пользуются на территориях всех других Договаривающихся Сторон в отношении своих личных и имущественных прав такой же правовой защитой, как и собственные граждане данной Договаривающейся Стороны. Учреждения юстиции Договаривающихся Сторон оказывают правовую помощь по гражданским, семейным и уголовным делам. Учреждения юстиции Догов-ся Сторон сносятся друг с другом ч/з свои центральные органы. допускается возможность сношений ч/з территориальные и другие органы. Что упрощает процедуры оказания правовой помощи и осущ-я конкретных правовых актов. Правовая помощь оказывается в след-м объеме: выполнение процессуальных действий, предусмотренных законодательством запрашиваемого государства, составление и пересылка документов, выдача вещ-х доказ-в, проведение экспертизы, допрос сторон, свидетелей, экспертов…в целях обеспеченья признания и исполнения судебных решений по гр-м делам и т.п..  Ст.8  Порядок исполнения: 1. При исполнении поручения об оказании правовой помощи запрашиваемое учреждение применяет законодательство своей страны. По просьбе запрашивающего учреждения может применить и процессуальные нормы запрашивающей Стороны, если  они не противоречат законодательству запрашиваемой Стороны. 3. По просьбе запрашивающего учреждения запрашиваемое учреждение своевременно сообщает ему и заинтересованным сторонам о времени и месте исполнения поручения.  4. если точный адрес указанного в поручении лица неизвестен, запрашиваемое учреждение принимает меры для его установления. 5. После выполнения поручения запрашиваемое учреждение возвращает документы запрашивающему учреждению; если правовая помощь не могла быть оказана, оно одновременно уведомляет об обстоятельствах, которые препятствуют исполнению поручения. Киевское соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности от 20.03.92г.: При оказании правовой помощи компетентные суды и другие органы государств - участников Содружества Независимых Государств сносятся друг с другом непосредственно. При исполнении поручения об оказании правовой помощи компетентные суды и иные органы, у которых испрашивается помощь, применяют законодательство своего государства. При обращении об оказании правовой помощи и исполнении решений прилагаемые документы излагаются на языке запрашивающего государства или на русском языке(ст.5). п.5 особый порядок выполнения судебных поручений в рамках разрешения хоз. споров направляемых в страны СНГ, в силу которого суд поручения посылаются в названные страны почтовой связью, без перевода, непосредственно в суды комп-ые разрешать экономические споры на территории этих гос-в. Также договоры м/у РФ и Киргизстан о правовой помощи и правовых отношениях по гр-м, семейным и уголовным делам- 14.09.92г., и д-р м/у РФ и Молдовой по оказанию правовой помощи по аналогичным делам-7.10.02г. Билет № 31 Императивные нормы в Международном частном праве. В большинстве государств сложилась и применяется негативная оговорка. Однако в настоящее время ряд государств, которые традиционно применяли негативную оговорку, стали ПАРАЛЛЕЛЬНО ПРИМЕНЯТЬ и позитивную (например, Швейцария). Позитивная оговорка – совокупность внутренних норм права, которые в силу особой, принципиальной важности для защиты общественных и моральных устоев данного государства должны применяться всегда, даже если отечественная коллизионная норма отошлет к иностранному праву. Негативная в отличие от позитивной исходит из содержания иностранного права: иностранное право, которое следует применить по предписанию национальной коллизионной нормы, не должно применяться, т.к. оно или его отдельные нормы несовместимы с публичным порядком этого государства. Негативная форма оговорки преобладает в МЧП, она закреплена в законах многих государств. Подобные законодательные нововведения породили в ряде европейских стран представления о существовании «особых императивных норм», которые не являются частью «публичного порядка» и действуют независимо от собственных коллизионных норм. Считается, что начало этой доктрине положила Римская конвенция о праве, применимом к договорным обязательствам, 1980 г., включившая положения об императивных нормах в ст. 7. Затем аналогичные положения вошли в Гаагскую конвенцию о праве, применимом к отношениям по доверительной собственности, 1985 г., Гаагскую конвенцию о праве, применимом к договорам межд. купле-продаже, 1986 г. Однако как общие подходы, так и конкретное содержание данных представлений серьезно расходятся в разных странах и у разных авторов. Различия касаются главным образом следующих вопросов: а) круг таких императивных норм (в МЧП сложилось едва ли оспоримое правило, согласно которому выбор иностранного права означает «уход» не только от диспозитивных норм отечественного права, но и императивных, кроме норм, составляющих «публичный порядок»). б) взаимоотношение этих норм с «публичным порядком». в) нужно ли защищать императивные нормы только своего права или можно защищать и императивные нормы иностранного права, с которым отношение наиболее тесно связано. г) следует ли ограничить применение правила об императивных нормах только договорным правом или нужно применить его ко всей сфере частноправовых отношений. Ст. 1192 ГК РФ «применение императивных норм». Правила ГК не затрагивают действие тех императивных норм законодательства РФ, которые вследствие указания в самих императивных нормах или ввиду их особого значения, в т.ч. для обеспечения прав и охраняемых законом интересов участников гражданского оборота, регулируют соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права. При применении права какой-либо страны согласно правилам ГК суд может принять во внимание императивные нормы права другой страны, имеющей тесную связь с отношением, если согласно праву этой страны такие нормы должны регулировать соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права. При этом суд должен учитывать назначение и характер таких норм, а также последствия их применения или неприменения. Международные денежные обязательства: понятие, содержание. Источники: Конвенция организации объединенных наций о договорах международной купли - продажи товаров (Вена, 1980 г.). Раздел. Уплата цены. Принципы УНИДРУА 1994 г. (принципы международных коммерческих договоров) Римского института унификации МЧП. ФЗ о валютном регулировании и валютном контроле 2003 г. Содержанием обязательства, связанных с денежным платежом «является право требования кредитора и корреспондирующая ему юридическая обязанность должника совершить платеж, т. е. действие по передаче определенной (определимой) суммы денег (валюты)». В платежах деньги не являются товаром. Согласно Венской конвенции «обязательство покупателя уплатить цену включает принятие таких мер, которые могут требоваться согласно договору и законам для того, чтобы сделать возможным осуществление платежа». Если покупатель не обязан уплатить цену в каком-либо ином определенном месте, он уплачивает  ее продавцу: а) в месте нахождения предприятия продавца; или б) в месте передачи товара или документов. Если покупатель не обязан уплатить цену в какой-либо конкретный срок, он должен, уплатить цену, когда продавец, передает товар. Продавец может установить дополнительный срок разумной продолжительности для исполнения уплаты. При неуплате цены в течение дополнительного срока продавец вправе заявить о расторжении договора. Покупатель не обязан уплачивать цену до тех пор, пока у него не появилась возможность осмотреть товар. Платеж в любой форме деловой практики. При неоплате продавец вправе потребовать возмещения убытков (включая упущенную выгоду). Если сторона допустила просрочку в уплате, другая сторона имеет право на проценты с просроченной суммы + право требования о возмещении убытков. Венская конвенция не решает вопроса о ставке процентов годовых. Валюта платежа должна быть свободно используемой. (Соглашение о Международном валютном фонде МВФ). Валютные ограничения. В России регулирование сроков платежей по экспорту и импорту, валютный контроль (посредством паспортизации внешнеэкономических сделок). Использование иностранной валюты, допускается лишь в случаях, определенных ФЗ. Под валютными операциями понимаются операции, связанные с переходом права собственности и иных прав на валютные ценности. Резидент имеет право открывать счета в иностранных банках только определенных государств. Виды Операций с иностранной валютой: 1) текущие не требуется специальных разрешений ЦБ РФ (переводы валюты для расчетов без отсрочки платежа по экспорту и импорту на срок не более 90 дней; переводы доходов по вкладам, инвестициям, кредитам и прочим операциям, связанным с движением капитала, выплаты заработной платы). 2) связанные с движением капитала: прямые инвестиции, т. е. вложения в уставный капитал предприятия; приобретение ценных бумаг; переводы в оплату недвижимости; отсрочки платежа более 90 дней. по общему правилу нужно получить предварительное разрешение ЦБ РФ. Безналичные расчеты - это способ прекращения денежного обязательства плательщика перед получателем путем его замены (новации) на обязательство банка, обслуживающего получателя средств. Международный коммерческий арбитраж: правовая природа, виды, принципы деятельности. Международный коммерческий арбитраж - это механизм рассмотрения коммерческих (хозяйственных) споров между частными лицами (физическими и юридическими), т.е. частноправовых споров, которые возникают в связи с международным характером деятельности этих лиц. Принципы деятельности: 1) чрезвычайно демократический характер - он является общественным формированием, не входящим в систему судебных, административных и иных гос. органов; 2) стороны имеют возможность оказывать влияние на все стадии арбитражного разбирательства: а) согласие сторон является обязательным условием для обращения в арбитраж; б) стороны могут избирать арбитров, доверить решение дела 1 лицу, не обязательно юристу (главное, чтобы арбитр знал соответствующую область хозяйственных отношений); в) стороны избирают место проведения арбитража и язык арбитражного разбирательства; г) стороны вправе определять полностью или частично саму арбитражную процедуру; д) стороны могут изъять спор из-под действия права и предложить решить его по справедливости. 3) процедура арбитражного разбирательства проста, она не регламентируется многочисленными процессуальными нормами, что обеспечивает рассмотрение дел в короткие сроки. 4) рассмотрение споров происходит, как правило, на закрытых заседаниях, это гарантирует сохранение производственных и коммерческих тайн сторон спора. В большинстве стран запрещается публикация арбитражных решений без согласия сторон. Арбитры обязаны хранить в тайне информацию о разрешаемых спорах. 5) окончательный характер арбитражного решения: а) оно окончательно и обязательно для сторон; б) оно не подлежит изменению; в) не может быть пересмотрено по существу; г) подлежит исполнению в принудительном порядке; д) возможность принудительного исполнения арбитражных решений дополнительно обеспечивается значительным числом 6) обращение сторон в арбитраж или даже только наличие соглашения сторон об этом исключает судебную юрисдикцию. Если одна из сторон все же обратится в суд, то он должен отказать в принятии искового заявления или прекратить уже начатое производство по делу. 7) гос. судебные органы не вправе вмешиваться в деятельность арбитража, но есть 2 процессуальных действия, которые могут выполнить суды: а) осуществление принудительных мер по предварительному обеспечению иска. Как правило, арбитраж может самостоятельно при наличии соответствующего обращения заинтересованной стороны принять такие меры. Но если заинтересованная сторона обратится с аналогичной просьбой к судебному органу, то такая просьба не рассматривается как несовместимая с арбитражной процедурой и суд имеет право необходимые меры предпринять. б) исполнение арбитражного решения. Если оно не исполняется сторонами добровольно, лишь национальный суд имеет полномочия по принудительному исполнению решения. Кроме того, в строго определенных случаях, связанных с процессуальными нарушениями, национальный суд наделен полномочиями отменить арбитражное решение при наличии соответствующего ходатайства заинтересованной стороны спора. За пределами этих исключений арбитраж рассматривает дела полностью самостоятельно. Виды арбитража: 1) разовый арбитраж, признаки: а) образуется сторонами для рассмотрения конкретного спора, после разбирательства которого и вынесения решения он прекращает свое существование; б) стороны выбирают место проведения арбитражного разбирательства, устанавливают правила избрания арбитров и арбитражную процедуру; в) дела рассматривается быстро; г) стороны пользуются практически неограниченной автономией в выборе процедуры решения спора. Они могут детально согласовать её между собой, могут взять за основу регламент какого-либо существующего институционного арбитража; д) стороны могут договориться о применении одного из типовых арбитражных регламентов, разработанных и международных (межправительственных) организациях специально для разового арбитража; Есть 3 арбитражных регламента, разработанных под эгидой ООН: Арбитражный регламент Экономической комиссии ООН для Европы 1966 г., Правила международного коммерческого арбитража Экономической комиссии ООН для Азии и Дальнего Востока 1966 г. и Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ 1976 г. Все они имеют факультативный характер и применяются только и том случае, если стороны сделали ссылку на них в своем соглашении. Причем стороны вправе договориться о внесении любых изменений и правила регламентов. 2) институционный арбитраж, признаки: а) постоянно действующий арбитраж; б) создается при национальных торговых (торгово-промышленных) палатах, биржах, ассоциациях, союзах, обществах и любых др. организациях; в) характерно наличие постоянно действующего органа, который, не принимая участия в разрешении споров, выполняет некоторые административно-технические, консультативные и контрольные функции; г) наличие положения о нем (или устава) и регламента, устанавливающих правила арбитражного процесса; д) наличие списка арбитров, из которого стороны выбирают арбитров. е) в сложных делах институционный арбитраж становится более предпочтительным, чем разовый. В наше время число постоянно действующих арбитражей неуклонно растет. Существует более 100 международных коммерческих арбитражей, из которых наиболее известными являются Арбитражный суд Международной торговой палаты (Париж), Лондонский международный третейский суд, Американская арбитражная ассоциация (Нью-Йорк), Арбитражный институт Стокгольмской торговой палаты. В России это Международный коммерческий арбитражный суд и Морская арбитражная комиссия при Торгово-промышленной палате РФ. Билет № 32 Национальный режим. Режим наибольшего благоприятствования. Иностранный гражданин — это лицо, имеющее особую правовую связь — гражданство — с определенным государством. В связи с этим на гражданина любого государства, находящегося вне пределов юрисдикции своего отечества, распространяется по крайней мере два правопорядка: своего государства и иностранного, на территории которого лицо находится. По общему правилу гражданская правоспособность лица — это его способность иметь гражданские права и обязанности, возникающая с момента рождения и устанавливаемая законом. Иностранные граждане, пребывающие на территории других стран, обладают правоспособностью, определяемой местным правопорядком. Преимущественно  это  осуществляется  на  основе принципа национального режима. Национальный режим может быть установлен внутригосударственным актом или международным договором. В новейшем российском законодательстве коллизионный аспект определения гражданской правоспособности физического лица соединен с материально-правовой нормой, устанавливающей общие рамки объемов правоспособности иностранных граждан и лиц без гражданства на территории РФ на основе принципа национального режима, закрепленного во многих других предписаниях отечественного правопорядка. Так, в части третьей ГК предусматривается, что «гражданская правоспособность физического лица определяется его личным законом. При этом иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации гражданской правоспособностью наравне с российскими гражданами, кроме случаев, установленных законом» (ст. 1196 ГК РФ). В этом смысле важно подчеркнуть, что, во-первых, устранен известный пробел в отечественной регламентации, в результате чего, например, российский суд, разрешая дела, касающиеся правоспособности иностранных граждан или лиц без гражданства, находящихся за границей, не имел возможности ни применить иностранное право, поскольку отсутствовала необходимая коллизионная норма, обеспечивающая привязку к нему отношения, ни обратиться к российскому материальному праву в силу неприменимости принципа национального режима; во-вторых, определение правоспособности посредством привязки отношения к личному закону физического лица отражает основную тенденцию мировой доктрины и нормативной практики международного частного права, учитывающей непосредственную связь между правоспособностью и личностью индивидуума. Таким образом, действующее коллизионное право Российской Федерации, помимо закрепления нового коллизионного принципа (личного закона), применительно к вопросам правоспособности позволяет говорить о двух аспектах проблемы: правоспособности как таковой, определяемой на основе отсылки к личному закону лица, и объеме правоспособности, обусловленном принципом национального режима (своего рода ее «территориальном сегменте»). Предписания об уравнивании в правах граждан договаривающихся государств содержатся в двусторонних соглашениях о правовой помощи. Так, в Договоре о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским и уголовным делам между РФ и КНР от 19 июня 1992 г. указывается, что граждане одной договаривающейся стороны пользуются на территории другой договаривающейся стороны в отношении своих личных и имущественных прав такой же правовой защитой, как и граждане последней (ст. 1). Вексель и чек в международном частном праве. Конвенция, устанавливающая единообразный закон о переводном и простом векселе (Женева, 1930 г.). (далее - ЕВЗ). РФ унифицировала свое законодательство по этой конвенции. В странах англо-американской системы (не участвующих в конвенции) основа английский Закон о векселях 1882 г. и Единообразный торговый кодекс США. По своей правовой природе вексель по Женевской конвенции  представляет собой ценную бумагу, а в англо-американской системе - это оборотный документ. Отличия подходов. Англо-американские не устанавливают, что слово «вексель» является обязательным реквизитом векселя; рассматривают чек как вид переводного векселя. Для сглаживания различий одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 1988 Конвенция ООН о международных переводных векселях и международных простых векселях, но не вступила в силу. Простой вексель - осуществленное в письменной форме и ничем не обусловленное обязательство векселедателя (должника) уплатить определенную сумму денег в определенный фиксированный срок и в определенном месте векселедержателю или его приказу. Переводной вексель (тратта) представляет собой письменный документ, содержащий безусловный приказ векселедателя (должника или трассант) плательщику уплатить определенную сумму денег в определенный фиксированный срок и в определенном месте векселедержателю (получателю) или его приказу. Переводной   вексель   выписывается   экспортером   и   отсылается импортеру, от которого ожидается, что он акцептует и в последующем оплатит этот вексель. Простые векселя не требуют акцептования. Индоссамент (передаточная надпись) может быть совершен в пользу любого лица, как обязанного, так и не обязанного по векселю. Вексельное поручительство - аваль, посредством которого гарантируется платеж по векселю (третьим лицом). Вексель может быть выдан сроком: по предъявлении (в течение года); во столько-то времени от предъявления; во столько-то времени от составления; на определенный срок. Просрочка в предъявлении векселей к платежу освобождает всех обязанных по ним лиц, за исключением трассата (лица обязанного оплатить вексель). Права требования действуют в течение срока исковой давности (3 года со дня срока платежа). В Конвенции есть коллизионные нормы. Способность лица обязываться по векселю определяется его национальным законом и т.д. Женевская конвенция о единообразном законе о чеках 1931 г. Чек - строго формальный документ (ценная бумага) приказ владельца банковского счета (чекодателя) банку о выплате держателю чека означенной в нем суммы денег по предъявлению чека или в течение срока, установленного законодательством. Есть обязательные реквизиты (их отсутствие  может привести к признанию чека недействительным). Российское Положение о чеках (принято постановлением Верховного Совета РФ 1992 г.) схоже. В Чеке всякое указание о процентах считается ненаписанным. Срок его обращения ограничен: 8 дней, если оплачивается в стране его выставления; если в разных странах 20 дней. Возможна оговорка эффективного платежа - в какой-либо иностранной валюте и только в ней. Индоссамент «аваль», также как и в векселе. Женевская конвенция, имеющая целью разрешение некоторых коллизий законов о чеках 1931 г. РФ к обоим конвенциям не присоединились. Способность лица обязываться по чеку определяется его национальным законом. Форма чека законом страны, в которой был подписан. Международно-правовое регулирование деятельности международного коммерческого арбитража. Единообразные регламенты и типовые законы. 3 направления деятельности международного права в разрешении международных коммерческих споров: I) унификация процедурных норм в целях обеспечения единообразия в процедуре рассмотрения международных коммерческих споров в арбитражах разных государств; Европейская конвенцию о внешнеторговом арбитраже 1961 г.: 1) была разработана под эгидой Экономической комиссии ООН для Европы, принята в Женеве и вступила в силу в 1964 г.; 2) вышла за региональные рамки в результате присоединения неевропейских государств; 3) РФ участвует в ней с 1962 г. 4) применима как к срочному арбитражу, так и к «постоянным арбитражным органам» при условии, что стороны, передающие свой спор на арбитражное разбирательство, имеют местонахождение на территории разных договаривающихся государств. 5) при рассмотрении дела арбитрами могут быть не только граждане страны, где спор рассматривается, но и иностранные  граждане;   6) установлен  принцип  неограниченной  автономии воли сторон по выбору применимого права; если стороны праве не выбрали, то арбитраж выбирает право в соответствии с коллизионными нормами, которые арбитры сочтут применимыми; наконец, арбитры могут по договоренности между сторонами вынести решение в качестве «дружеских посредников»; 7) устанавливает общий принцип, согласно которому государственный суд обязан отказаться от рассмотрения спора, по которому между сторонами заключено арбитражное соглашение.   8) она не получила широкого применения; даже в Европе она не является общеприменимой (например,  Великобритания до сих пор не присоединилась к ней).   Типовой закон ЮНСИТРАЛ о международном коммерческом арбитраже: 1) иная форма сближения арбитражной процедуры, при которой государства не связывают себя юр. обязательствами; 2) разработан в  Комиссии ООН по праву международной торговли, одобрен Генеральной Ассамблеей ООН 1985 г. и рекомендован государствам в качестве модели соответствующего национального закона. 3) типовой закон не является международным договором => не обладает обязательной юр. силой. Арбитражный регламент Комиссии ООН по праву международной торговли ЮНСИТРАЛ 1976 г.: 1) унифицированные правила арбитражной процедуры, прежде всего для срочного арбитража. 2) принят резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 1976 г. в качестве рекомендации для использования в международной торговле путем ссылок на него в контрактах. 3) порядок формирования арбитража и процедура рассмотрения спора составлены таким образом, что если стороны договорились о рассмотрении спора срочным арбитражем, то он не может не состояться; 4) быстрому и эффективному рассмотрению дела способствует гибкость и многовариантность (например, если стороны уклоняются или не могут договориться в выборе арбитров, то за них это решит спец. орган); Согласительный регламент ЮНСИТРАЛ: 1) рекомендованный Генеральной Ассамблеей ООН 1980 г.; 2) согласительная процедура в отличие от арбитражной, которая завершается вынесением обязательного решения, направлена на поиски компромиссного варианта решения, устраивающего обе стороны. Если компромисс не найден и примирение сторон не состоялось, ничто не мешает сторонам прибегнуть к арбитражному разбирательству. II) создание международно-правовой основы для признания и принудительного исполнения решений арбитража 1 государства на территории др.; Конвенция о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 г.: 1) была принята на Конференции ООН в Нью-Йорке; 2) в ней участвует более 120 государств. РФ - ее участница. 3) на территории РФ Конвенция действует с оговоркой, что в отношении решений, вынесенных на территории государств – не участников Конвенции, ее правила будут применяться лишь на условиях взаимности; 4) обязывает государства признавать и исполнять иностранные арбитражные решения так же, как и решения собственных арбитражей. III) создание и определение правовых основ деятельности специализированных международных центров по рассмотрению определенных видов коммерческих споров. Конвенция о разрешении инвестиционных споров между государствами и лицами иных государств 1965 г.: 1) разработана под эгидой Международного банка реконструкции и развития, принята 1965 г., вступила в силу 1966 г. 2) в ней участвует более 100 государств. РФ подписала ее, но пока не ратифицировала. 3) учрежден Международный центр по разрешению инвестиционных споров (МЦРИС) - уникальный постоянно действующий арбитражный орган, созданный в форме организации, обладающей международно-правовой правосубъектностью, со своей специальной юрисдикцией. Центр разрешает споры, отвечающие одновременно 3-м условиям: а) разрешаются только споры между государством—участником Конвенции и физ. или юр. лицом др. государства -участника Конвенции; б) спор должен быть инвестиционным, т.е. правовой спор, возникающий непосредственно из инвестиций; в) необходимо наличие соглашения в письменной форме, заключенного между сторонами спора, о передаче его на рассмотрение в Центр. 4) Конвенция не предусматривает обязательной передачи инвестиционных споров в Центр; 5) устанавливает 2 механизма разрешения инвестиционных споров: примирительную процедуру и арбитражную процедуру. Они не соподчинены между собой: стороны спора вправе избрать любую из них либо использовать обе процедуры. 6) обеспечивает создание относительно законченной системы арбитражного процесса; 7) в ней содержатся нормы: а) регулирующие порядок формирования арбитражного суда для рассмотрения конкретного спора; б) нормы, определяющие его компетенцию, а также соотношение его компетенции с компетенцией национальных судов; в) нормы, решающие вопросы выбора применяемого права; г) нормы, устанавливающие порядок признания и исполнения арбитражных решений, вынесенных в соответствии с Конвенцией, и др. Билет № 33 Взаимность и реторсии в международном частном праве. Взаимность: должны ли российские суды признавать и применять иностр. право, если в этой стане не признается и не применяется российское право, т.е. является ли наличие взаимности обязательным условием применения иностр. права или иномтр. Право применяется в силу юр. обязательного предписания отечественной коллизионной нормы. ГК,Ст. 1189. Иностранное право подлежит применению в РФ независимо от того, применяется ли в соответствующем иностр. государстве к отношениям такого рода российское право, за исключением случаев, когда применение иностранного права на началах взаимности предусмотрено законом. В случае, когда применение иностр. права зависит от взаимности, предполагается, что она существует, если не доказано иное. Ст.36 Патентный закон РФ 92 г. Иностранные физ. и юр. лица пользуются правами, предусмотренными настоящим Законом, наравне с физ. и юр. лицами РФ в силу международных договоров РФ или на основе принципа взаимности. Иначе говоря, если решение конкретного вопроса российский закон связывает с наличием взаимности, суд должен решать этот вопрос, исходя из того, что взаимность существует. В каждом конкретном случае суд не обязан выяснять, существует ли взаимность. Вопрос об отсутствии взаимности может быть поставлен стороной в качестве основания для отказа в применении иностр. права либо отказа в признании суб. Прав иностранца со ссылкой на определенные обс-ва. Вопрос о взаимности м. б. поставлен и судом, если у него существуют какие- то сомнения о ее наличии. В этих и др. подобных случаях необходимо доказать отсутствие взаимности.   ГК.Ст. 1194. Реторсии, Правительством Российской Федерации могут быть установлены ответные ограничения (реорсии) в отношении имущественных и личных неимущественных прав граждан и юридических лиц тех государств, в которых имеются специальные ограничения имущественных и личных неимущественных прав российских граждан и юридических лиц Валютные условия внешнеэкономической сделки. ВАЛЮТА (итал. valuta; англ. currency): > денежная единица данной страны (доллар США, российский рубль. венгерский форинт и др.); > тип денежной системы (золотая, серебряная, бумажная); > денежные знаки иностранных государств. а также кредитные и платежные документы ( векселя , чеки  и др.) выраженные в иностранных денежных единицах и используемые в > международных расчетах (иностранная В.); международная (региональная) денежная расчетная единица и платежное средство ( ЭКЮ , СДР ). ВАЛЮТНЫЕ УСЛОВИЯ КОНТРАКТА (ВУК) - условия, которые согласовываются участниками экспортно-импортной операции и оговариваются во внешнеторговых контрактах . ВУК включает в себя: валюту платежа , в которой будут осуществляться расчеты между экспортером и импортером и которая может не совпадать с валютой цены, особенно при расчетах с развивающимися странами и по валютному клирингу ; курс пересчета валюты цены в валюту платежа, если они различаются; валютные оговорки , защищающие стороны от валютных рисков . ВАЛЮТНЫЕ ОГОВОРКИ - условия договора, контракта , страхующие от неблагоприятного движения валютных курсов , а также от обесценения отдельных валют  в результате падения их покупательной силы в отношении товаров . В.о. выступают как в прямо форме, когда валюты цены  и платежа  совпадают. но цена товара и сумма платежа ставятся в зависимость от курса другой валюты, так и в косвенной форме, когда цена товара выражается в одной, относительно более устойчивой валюте, а платеж - в другой, в которой осуществляется подавляющая масса расчетов с организациями и фирмами  данной страны. В последние годы все большей популярностью в качестве В.о. пользуются международные счетные единицы - ЭКЮ  и СДР  - подвергающиеся ежедневной котировке. Реже встречаются В.о., предусматривающие изменение цены и суммы платежа в зависимости от движения индекса цен. Они вносятся в контракт в условиях инфляционной конъюнктуры и предусматривают, что цена товара и сумма платежа полностью или частично изменяются в зависимости от движения рыночной цены на данный товар или издержек его производства. Обычно применяют два вида валютной оговорки: 1) включение в соглашение о цене товара (сумме кредита) устойчивой валюты в качестве валюты сделки: при понижении курса общая стоимость в валюте платежа увеличится соответственно; 2) включение условия об изменении цены товара (или суммы кредита) в такой же пропорции, как изменится курс валюты платежа по сравнению с курсом валюты сделки. Международно-правовое регулирование разрешения хозяйственных споров в рамках СНГ. Источники: Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности 1992 г.: 1) действует в рамках СНГ, было подписано в Киеве, вступило в силу 1993 г.; 2) направлено на унификацию процедуры международного коммерческого арбитража; 3) решает комплекс вопросов, связанных с рассмотрением любых хозяйственных споров между хозяйствующими субъектами стран СНГ не только в арбитраже, но и в гос. судах обшей юрисдикции, и в гос. арбитражных судах; 4) исходит из возможности арбитражного разбирательства без договоренности между сторонами спора о передаче его в арбитраж и без выбора ими конкретного арбитража; 5) ряд правил, определяющих компетентный суд, но стороны могут выбрать компетентный суд и по письменной договоренности между ними; 6) широкий круг коллизионных норм, определяющих применимое право к рассматриваемым хозяйственным спорам, правила оказания взаимной правовой помощи, а также нормы о признании и принудительном исполнении судебных решений. Соглашение о порядке взаимного исполнения решений арбитражных, хоз. и экономических судов на территориях государств - участников СНГ, 1998 г.: 1) относится, в первую очередь, к гос. арбитражным судам, но не забывает и коммерческие арбитражные суды; 2) Вступившее в законную силу решение компетентного суда одной Договаривающейся Стороны исполняется на территории другой Договаривающейся Стороны в бесспорном порядке; 3) на русском языке; 4) действует в течение 5 лет со дня его вступления в силу. По истечении этого срока Соглашение автоматически продлевается каждый раз на 5 лет, если Договаривающиеся Стороны не примут иного решения; Конвенция о разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вытекающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества, подписанная в Москве 1972 г. странами—  членами СЭВ (Московская конвенция): 1) продолжает действовать и в настоящее время; 2) закрепление двух взаимосвязанных правил: об обязательности арбитражного рассмотрения споров и о подсудности. Статья 1 устанавливает обязательное рассмотрение споров между хозяйственными организациями стран — участниц Конвенции в арбитражном порядке с исключением подсудности таких споров государственным судам. Это расходится с основополагающим принципом международного коммерческого арбитража о добровольности арбитражного разбирательства: обязательной предпосылкой такого разбирательства является наличие соглашения сторон о передаче спора в арбитраж. Правило об обязательности арбитражного рассмотрения сочетается с правилом об обязательной подсудности: компетентным арбитражным судом является суд при торговой палате страны-ответчика. И это положение расходится с общепринятой практикой, согласно которой стороны вольны в выборе арбитражного суда для передачи ему своего спора. 3) Наличие в Конвенции оговорки, что стороны могут отступить от общего правила и передать спор в арбитражный суд при торговой палате третьей страны-участницы, смягчает общий императив, но ничего не меняет по существу. В результате в арбитраже может рассматриваться международный коммерческий спор без наличия соглашения между сторонами спора и без выбора ими конкретного арбитражного суда. 4) В советское время Московская конвенция имела широкое применение: на ее основе рассматривались все внешнеэкономические споры между организациями стран —членов СЭВ. В настоящее время указанные особенности Конвенции, серьезно расходящиеся с общепринятыми принципами международного коммерческого арбитража, делают ее применение сомнительным (Венгрия, Польша и Чехия денонсировали ее). Тем не менее юридически она сохраняет свое действие. Билет № 34 Гражданская правоспособность физических лиц в Международном частном праве. По общему правилу гражданская правоспособность лица — это его способность иметь гражданские права и обязанности, возникающая с момента рождения и устанавливаемая законом. Например, ст. 18 Гражданского кодекса РФ следующим образом раскрывает содержание гражданской правоспособности: «граждане могут иметь имущество на праве собственности, наследовать и завещать имущество, заниматься предпринимательской и любой иной не запрещенной законом деятельностью; создавать юридические лица самостоятельно или совместно с другими гражданами и юридическими лицами; совершать любые не противоречащие закону сделки и участвовать в обязательствах; избирать место жительства; иметь права авторов произведений науки, литературы и искусства, изобретений и иных охраняемых законом результатов интеллектуальной деятельности, иметь иные имущественные и личные неимущественные права». Приведенные формулировки свидетельствуют, что закон отнюдь не ограничивает содержание гражданской правоспособности указанным перечнем правомочий лица. В практике международного частного права сложилось такое положение," когда иностранные граждане, обладая определенным объемом правоспособности, которая предоставлена им собственным (отечественным) правопорядком, во время своего пребывания на территории другого государства не вправе ссылаться на тот объем правомочий, которыми они располагают в своем государстве. В то же время объем прав, которыми наделены иностранные граждане в государстве пребывания, зачастую может быть более значительным, нежели тот, который они имеют в своем отечестве. Личный закон (lex personalis). Наиболее распространенная формула прикрепления. Существует 2 варианта личного закона: а) национальный закон или закон гражданства (lex nationalis, lex patriae), означающий применение права того государства, гражданином которого является участник частноправового отношения, б) закон места жительства (lex domicilii), означающий применение права того государства, на территории которого участник частноправового отношения проживает. Это закон физических лиц. Широко применяется для определения право- и дееспособности, в сфере семейных и наследственных отношений. Принцип гражданства применяется в европейских странах, за исключением Норвегии, Дании, Исландии, в ряде латиноамериканских стран (Куба, Панама), арабских стран (Алжир, Египет). Закон места жительства – в станах общего права (UK, США, Канада). В настоящее время расширяется применение смешанной системы, т.е. 2-х вариантов одновременно (Швейцария, Мексика, Венесуэла и др.). В РФ ранее применялся закон места жительства. Раздел 6 ГК использует смешанную систему, причем преимущественным является закон гражданства. Основные формы трансграничных денежных расчетов. Международные расчеты предполагают разнообразные формы их осуществления. Одними из общепринятых форм, особенно для оплаты внешнеэкономических контрактов, являются аккредитив, инкассо, банковский перевод, вексель или чек. Форма расчетов представляет собой сложившиеся в международной коммерческой и банковской практике способы оформления, передачи, обработки и оплаты товаросопроводительных, распорядительных, платежных и иных документов. Формы международных расчетов применяются при платежах как наличными средствами, так и в кредит. При этом банковские переводы используются в расчетах наличными, документарные аккредитивы — в расчетах наличными и безналичными средствами, при предоставлении краткосрочного коммерческого кредита, инкассовая форма расчетов — и при платежах наличными, и при использовании кредита. Выбор конкретной формы расчетов, в которой должен осуществляться платеж по внешнеэкономической сделке (сделке международного характера), определяется соглашением сторон — контрагентов по сделке. При рассмотрении вопроса об инструментах международных расчетов необходимо иметь в виду, что в разработке правового регулирования соответствующих отношений большую роль играет деятельность международных органов и организаций, в том числе Международной торговой палаты в Париже (далее — МТП). Ее разработки и публикации широко используются в международной и национальной банковской практике. Они сыграли существенную роль в унификации правил и обычаев, касающихся расчетов по аккредитиву, инкассо, обеспечения денежных обязательств банковской гарантией. В последнее десятилетие прошло обновление унифицированных правил, разработанных в рамках МТП, и на сегодняшний день действуют следующие редакции этих документов: Унифицированные правила для гарантий по первому требованию (платежных гарантий) 1992 г. — публикация МТП No 458, Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов 1993 г., вступившие в силу с 1 января 1994 г.,— публикация МТП No 500 (предшествующая их редакция 1983 г. издана МТП в публикации No 400), Унифицированные правила по инкассо 1995 г., вступившие в силу с 1 января 1996 г., — публикация МТП No 522, Унифицированные правила МТП (ICC) для межбанковского рамбурсирования по документарным аккредитивам 1995 г., вступившие в силу 1 июля 1996 г., — публикация МТП No 525. Кроме того, практическое распространение имеют и более ранние документы, например Унифицированные правила по договорным гарантиям 1978 г. (публикация МТП No 325) и др. Среди документов факультативного (рекомендательного) характера, разработанных другими международными институциями, в рассматриваемой области следует назвать Типовой закон ЮНСИТРАЛ о международных кредитовых переводах 1992 г., на принципах которого основана директива ЕС, принятая 27 января 1997 г. Учитывая высокий удельный вес международных денежных обязательств в рамках осуществляемых субъектами частного права экономических, хозяйственных, научно-технических, трудовых отношений, связанных с правопорядками различных государств, с одной стороны, и неоднозначность понятия «международное денежное обязательство», с другой, целесообразно проанализировать механизм формирования в рамках гражданско-правовых отношений денежных обязательств, имеющих распространение в сферемеждународного хозяйственного оборота. В ходе осуществления экономической, хозяйственной, торговой и иной предпринимательской деятельности между сторонами—участниками одного или нескольких ее видов возникают отношения, подлежащие регулированию нормами определенной отрасли права (гражданского, торгового и т.д.) в соответствии с законодательством того или иного государства. Правоотношения, возникающие между сторонами—участниками какого- либо вида коммерческой деятельности, могут быть отнесены к отношениям, регулируемым нормами международного частного права, лишь при одновременном наличии двух составляющих. Одной из них является признак цивилистического характера регулируемых отношений (объекта), вне зависимости от субъектного их состава, а именно от участия в правоотношении государства или его уполномоченного органа (уполномоченной государственной организации), юридического лица (промышленного или торгового предприятия; образования, осуществляющего предпринимательскую деятельность и обладающего статусом юридического лица вне зависимости от организационно-правовой формы его организации); физического лица, которое может быть представлено, в частности, индивидуальным предпринимателем, осуществляющим коммерческую деятельность без учреждения юридического лица, либо физическим лицом, не обладающим статусом предпринимателя, — для отношений, имеющих имущественный характер, но не преследующих цель извлечения прибыли (например, трудовые отношения, алиментные обязательства, отношения по социальному обеспечению или по возмещению причиненного вреда). Вторую составляющую, являющуюся необходимой для отнесения правоотношений, возникших между сторонами, к регулируемым нормами международного права, конституирует такой признак указанных выше правоотношений, как наличие в них иностранных (международных) характеристик. § 2. Унифицированные правила международных расчетов В соответствии со сложившейся практикой в настоящее время применяются следующие основные формы международных расчетов: документарный аккредитив, инкассо, банковский перевод, открытый счет. Кроме того, используются расчеты с использованием векселей и чеков. С международными расчетами тесно связаны гарантийные операции банков по отдельным формам расчетов (например инкассо, аванс, открытый счет) — они служат дополнительным обеспечением выполнения обязательств, которые внешнеторговые партнеры брали на себя по контракту. Остановимся на тех особенностях международных расчетов, которые складывались исторически. Импортеры и экспортеры, их банки вступают в определенные, обособленные от внешнеторгового контракта отношения, связанные с оформлением, пересылкой, обработкой товарораспорядительных и платежных документов, осуществлением платежей. Объем обязательств и распределение ответственности между ними зависят от конкретной формы расчетов. Международные расчеты регулируются, помимо международных банковских правил и обычаев, национальными законодательными актами. Такие нормы, не представляющие никаких препятствий к применению их в международных расчетных отношениях при отсутствии специального регулирования, имеются, например, в Единообразном торговом кодексе США, гражданских кодексах России, Монголии, Украины, Белоруссии, Латвии и ряда других стран. При этом следует заметить, что в большинстве случаев внутригосударственные акты в своих положениях учитывают содержание международного регулирования. Международные расчеты в XX в. стали особым объектом унификации, что обусловлено интернационализацией хозяйственных связей, универсализацией банковских операций. На международных конференциях в Женеве, проходивших под эгидой Лиги Наций в 1930 и 1931 гг., были приняты международные вексельные и чековые конвенции, направленные на унификацию соответствующих национальных правовых норм и устранение сложностей использования векселей и чеков в международных расчетах. Единообразный закон о переводном и простом векселях служит базой национального законодательства в большинстве стран. Дальнейшая унификация вексельного законодательства осуществляется Комиссией ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ). Уже упоминавшаяся Международная торговая палата, которая была создана в Париже в начале XX века, разработала и опубликовала ряд документов, содержащих унифицированные правила по отдельным видам международных расчетов: унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов, по инкассо, по межбанковскому рамбурсированию. Первые правила по инкассо были разработаны в 1936 г., затем переработаны в 1967 и 1978 гг. (вступили в силу с января 1979 г.). Международные расчеты имеют, как правило, документарный характер, то есть осуществляются против финансовых и коммерческих документов. К финансовым документам относятся простые и переводные векселя, чеки, платежные расписки или другие подобные документы, используемые для получения денежного платежа. Коммерческие документы включают: счета- фактуры, документы, подтверждающие отгрузку или отправку товаров либо принятие к погрузке (коносаменты, железнодорожные, автомобильные или авиационные, накладные, почтовые квитанции, комбинированные транспортные документы на смешанные перевозки); страховые документы страховых компаний морских страховщиков или их агентов; другие документы- сертификаты, удостоверяющие происхождение, вес, качество или анализ товаров, а также пересечение ими границы; таможенные и консульские счета и т.д. Банк проверяет лишь содержание и комплектность этих документов. Международные платежи осуществляются в различных валютах, поэтому они тесно связаны, как указывалось выше, с валютными операциями, куплей- продажей валют. Эффективность их проведения зависит от динамики валютных курсов. На выбор форм международных расчетов, всегда обозначенных в содержании контракта, влияет ряд факторов: а) вид товара, являющегося объектом внешнеторговой сделки, поскольку по поставкам некоторых товаров (например, нефти, древесины, зерна) применяются традиционные формы расчетов, выработанные практикой; б) наличие кредитного соглашения; платежеспособность и репутация контрагентов по внешнеэкономическим сделкам, определяющие характер компромисса между ними; в) уровень спроса и предложения на данный товар на мировых рынках. В контракте, заключаемом между участниками внешнеэкономической сделки, обязательно указываются «валюта цены» и «валюта платежа», которые следует различать. Валюта цены — это валюта, в которой определяется цена контракта. При выборе валюты цены учитываются международные традиции и правила торговли данным товаром, условия межгосударственных соглашений. При заключении внешнеторгового контракта цена товара может быть зафиксирована в любой свободно конвертируемой валюте: страны продавца, страны покупателя или третьей страны. Если между странами существует соглашение о порядке расчетов по клирингу, то цена товара устанавливается в той валюте, которая принята для расчетов. Для российских внешнеторговых организаций выбор валюты цены представляет собой серьезную проблему в силу неконвертируемости рубля и ограниченного его использования во внешнеторговых операциях. Как показывает практика, основной валютой цены в расчетах по российскому экспорту является доллар США. В то же время в рамках импорта в качестве валюты цены часто используются свободно конвертируемые валюты других развитых стран. Это обусловлено прежде всего стремлением продавцов этих стран получать платежи в своей национальной валюте. Широкое же использование доллара США в качестве валюты цены объясняется тем, что в этой валюте фиксируется большинство цен на биржевые товары на рынке. Валюта платежа — валюта, в которой должно быть оплачено обязательство покупателя. Она может совпадать с валютой цены или быть отличной от нее. Несовпадение валюты цены и валюты платежа обусловлено тем, что цена товара выражается в общепризнанной валюте международных расчетов, а платеж может производиться в валюте страны-импортера. Аккредитивная форма расчетов. Одной из форм осуществления внешнеторговых расчетов являются расчеты посредством аккредитива. В связи с этим в международной торговле выработаны и широко используются Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов (редакция 1993 г., публикация МТП No 500), которые явились результатом многолетних усилий по систематизации международной торговой и банковской практики. Указанные правила представляют собой частную (неофициальную) кодификацию и в определенной мере унификацию сложившихся на практике обычаев делового оборота. Впервые одобренные в 1933 г. на Венском конгрессе МТП Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов (в дальнейшем — Унифицированные правила) до принятия их последней редакции неоднократно пересматривались МТП (в 1951, 1962, 1974, 1983 гг.). С 1 января 1994 г. действует редакция 1993 г. Унифицированные правила определяют виды аккредитивов, способ и порядок их исполнения и передачи, обязательства и ответственность банков, условия, которым должны отвечать представленные по аккредитиву документы, дают толкование различных терминов, решают иные вопросы, возникающие в практике аккредитивных расчетов. В статье 2 Унифицированных правил содержится определение аккредитива, под которым понимается «любое соглашение, как бы оно ни было названо или обозначено, в силу которого банк (банк-эмитент), действуя по просьбе и на основании инструкций клиента (приказодателя аккредитива) или от своего имени: 1) должен произвести платеж третьему лицу или его приказу (бенефициару) или должен оплатить или акцептовать переводные векселя (тратты), выставленные бенефициаром; 2) дает полномочия другому банку произвести такой платеж, оплатить и акцептовать переводные векселя (тратты); 3) дает полномочия другому банку произвести негоциацию против предусмотренных документов, если соблюдены все условия аккредитива». Из указанного определения вытекает, что аккредитивное поручение обращено прежде всего к двум лицам: а) банку, которому поручается выставить аккредитив и совершить платеж на условиях, указанных в поручении; б) бенефициару (поставщику), который должен отправить товар и представить документы в банк до истечения срока действия аккредитива, иначе аккредитив будет возвращен в банк покупателя. Широкое использование в международных расчетах аккредитива связано с его характерными особенностями. Сутью аккредитивных операций является то, что банк обязуется уплатить определенную денежную сумму третьему лицу (получателю платежа — бенефициару) за счет клиента (приказодателя), но от своего имени. Основным должником перед бенефициаром по аккредитиву является банк-эмитент, то есть банк, открывший аккредитив, который может произвести платеж сам либо предоставить полномочия другому банку (банку- посреднику) производить такие платежи, осуществлять другие действия, связанные с исполнением акредитива, если при этом получатель платежа способен соблюдать его условия. Поскольку благодаря корреспондентским отношениям между банками по приказу лица, выставляющего аккредитив, он открывается в государстве бенефициара, у последнего существует реальная возможность потребовать фактического исполнения платежа у себя в стране, а при наличии соответствующих обстоятельств — предъявить требование о принудительном его производстве в судебном порядке. Определяя правовую природу отношений, возникающих по выставлению и исполнению аккредитива, специалисты подчеркивают, что они укладываются в конструкцию договора комиссии: клиент банка-эмитента является комитентом, а банк — комиссионером. Вместе с тем платежные обязательства по основному контракту лежат на должнике. Возможность предъявления лицом требования к банку, в котором был открыт аккредитив, в связи с этим фактом не лишает его права предъявить иск об оплате, скажем, поставленного товара, произведенных работ или услуг, оказанных покупателю или заказчику, с которыми он связан контрактом. Болгарская организация предъявила иск российскому юридическому лицу об уплате стоимости товара, поставленного по контракту, заключенному в 1991 г. В соответствии с его условиями ответчик открыл безотзывный документарный аккредитив во Внешэкономбанке СССР, платеж с которого произведен не был. По мнению ответчика, болгарская сторона должна была предъявить иск не ему, а Внешэкономбанку СССР, по вине которого, как посчитал ответчик, не был произведен платеж с аккредитива. МКАС, рассматривая дело, исходил из того, что вопрос о надлежащем ответчике находится в компетенции истца. Он также учел то обстоятельство, что возможность предъявления иска Внешэкономбанку не лишает истца права предъявить такое же требование стороне, с которой он связан контрактом. За поставленный товар покупатель обязан уплатить требуемую по условиям контракта сумму. Именно покупатель, а не Внешэкономбанк, не являющийся стороной в контракте, несет обязанность по выполнению условий гражданско-правового договора, в том числе и по уплате покупной цены. Следовательно, одно лишь открытие аккредитива не может рассматриваться в качестве надлежащего исполнения обязательства по осуществлению платежа в рамках договора. В зависимости от выполняемых функций банки-посредники разделяются на «авизующий», «исполняющий», «подтверждающий». Авизование представляет собой передачу аккредитива от банка-эмитента бенефициару через банк-посредник (авизующий банк),уполномоченный на это банком-эмитентом. В функции авизующего банка входит проверка «с разумной тщательностью по внешним признакам» и подтверждение подлинности (аутентичности) аккредитива, который он авизует. При этом он не принимает на себя никаких обязательств перед бенефициаром по платежам и лишь в случае неподтверждения аутентичности аккредитива должен сообщить об этом бенефициару . Исполняющий банк — это банк, уполномоченный банком-эмитентом на исполнение аккредитива, т.е. на платеж, акцепт тратт и их оплату или учет (негоциацию). Он также не несет ответственности за платежи перед бенефициаром (кроме случаев, когда он подтвердил аккредитив), который вправе направить документы непосредственно банку-эмитенту и запросить у него платеж, даже если аккредитив подлежит исполнению другим банком. Унифицированные правила предусматривают, что «принятие и/или проверка и/или отправка им документов не делает этот банк обязанным платить, принять обязательство осуществить платеж с рассрочкой, акцептовать тратту или произвести негоциацию» (ст. 10 С Унифицированных правил). Обязательства подтверждающего банка рассматриваются в соответствии с Унифицированными правилами как его независимые обязательства перед бенефициаром. Банк подтверждает аккредитив на основании полномочия, выданного банком-эмитентом, и тем самым становится стороной в аккредитиве, без участия которой последний не может быть изменен или аннулирован. Это, однако, не лишает права на возмещение банком-эмитентом всех платежей, которые были произведены им по аккредитиву (ст. 9 D, 10 D Унифицированных правил). Банки, прибегающие к услугам другого или других банков (в том числе зарубежных) для выполнения инструкций приказодателя (покупателя по контракту), делают это за счет и риск такого приказодателя, причем приказодатель связан обязательствами и ответственностью, которые вытекают из иностранных законов и обычаев, и обязан возместить банкам расходы, связанные с их исполнением (ст. 18 А, D Унифицированных правил). Обязанность формулировать условия аккредитива в соответствии с положениями, согласованными в контракте, лежит на приказодателе, который должен дать банку-эмитенту полные и точные инструкции относительно вида, суммы аккредитива, сроков представления документов, способа и места исполнения аккредитива и др. В нем же должно содержаться указание на то, исполняется ли аккредитив путем платежа по представлении, платежа с рассрочкой, акцепта тратты или негоциации. В Унифицированных правилах имеются и рекомендации относительно содержания аккредитива. Каждый аккредитив должен ясно указывать, является ли он отзывным или безотзывным. При отсутствии такого указания Правила исходят из того, что аккредитив признается безотзывным. Указанное положение имеет существенное значение, если учесть, что в ранее действовавшей редакции Унифицированных правил (1983 г., публикация МТП No 400) было установлено правило прямо противоположного характера, т.е. использовалась презумпция отзывности аккредитива. Различие между этими двумя видами аккредитива заключается в том, что безотзывный аккредитив не может быть изменен или аннулирован без предварительного согласия бенефициара, в пользу которого он открыт, в то время как в отзывный эти изменения вносятся без предварительного уведомления бенефициара. Согласно ст. 9 D (iii) Унифицированных правил, считается, что бенефициар дал согласие на авизованные изменения условий аккредитива, если он сообщил об этом авизующему банку или представил документы, соответствующие измененным условиям аккредитива; «именно с этого момента аккредитив признается измененным». В случае же внесения изменений в отзывный аккредитив плательщик может давать соответствующие распоряжения только через банк- эмитент, который извещает банк получателя (исполняющий банк), и только последний ставит в известность самого получателя. Несмотря на то что выставление аккредитива осуществляется в целях реализации платежных обязательств стороны в контракте, он носит самостоятельный характер. С другой стороны, условия самого аккредитива, а также порядок его открытия должны быть согласованы сторонами в контракте. При этом чем точнее стороны сформулируют эти положения, тем меньше препятствий окажется при совершении процедуры по его открытию. Например, по условиям Глобального контракта на реконструкцию Дургапурского металлургического завода в Индии, заключенного в 1979 г., заказчик — государственная металлургическая компания Индии (Steel Authority of India Ltd) —должна была открыть аккредитивы в пользу соответствующих членов международного консорциума, осуществлявшего поставки материалов и оборудования и производство работ в рамках реконструкции, в течение 90 дней с момента представления последними полных перечней поставок, что своевременно и было сделано. Однако открытие аккредитивов произошло значительно позже договорных сроков вследствие того, что контракт не предусматривал подчинение аккредитивных отношений сторон Унифицированным правилам МТП, а банки-эмитенты, ссылаясь на нормы контракта, не раз отклоняли представляемые формы, находя в них несоответствия договорным положениям, поскольку согласование не было исчерпывающим. Банк, в котором по приказу покупателя в договоре купли-продажи или заказчика в договоре подряда и т.д. открывается аккредитив, не вправе вмешиваться в реализацию договорных отношений между сторонами, хотя требования к его условиям и действиям контрагента регламентированы в основном договоре. Вместе с тем нельзя не отметить, что аккредитив, будучи подвержен строгой регламентации с помощью контрактных условий и Унифицированных правил МТП (если стороны согласились на их применение), играет чрезвычайно важную роль, выполняя контрольную и гарантийную функции. Контрольная функция обеспечивается тем, что банк не осуществляет платеж до тех пор, пока получатель платежа по аккредитиву не выполнит всех требований контракта и аккредитива. Гарантийная функция аккредитива состоит в невозможности обхода установленных условий посредством выдачи приказодателем особого распоряжения, ибо заложенные в контракте требования могут быть им изменены только в порядке предшествующего достижения отдельного соглашения между контрагентами по тому или иному вопросу. Указанные характерные черты, определяющие соотношение прав и обязанностей сторон по основному контракту и соответственно по аккредитиву, обусловливают такое положение, когда, к примеру, поставщик вправе отсрочить поставку, если покупатель открыл аккредитив на условиях, не предусмотренных договором. Так, договором поставки предусмотрена оплата товара путем выставления покупателем безотзывного аккредитива. В нем также указывался банк-эмитент, подтверждающий банк, сумма аккредитива, срок действия и иные условия, необходимые для использования этой формы расчетов. В установленный договорными положениями срок аккредитив покупателем открыт не был. Поставщик потребовал от контрагента открыть аккредитив на согласованных условиях в связи наступлением срока поставки, также оговоренного в контракте. Покупатель сообщил, что им открыт отзывный аккредитив, но в другом банке и на других условиях, одновременно прося осуществить поставку товара. Поставщик отгрузку не произвел, покупатель обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с поставщика договорной неустойки за просрочку поставки. Суд в иске отказал со следующей мотивировкой: включение в договор условия об открытии аккредитива означает согласие сторон на отгрузку товара после открытия аккредитива, позволяющего получение контрагентом платы за отгруженный товар, т.е. речь идет об исполнении обязательств, являющихся по отношению друг к другу встречными; при неисполнении первичного обязательства сторона, на которой лежит выполнение встречного обязательства, вправе приостановить исполнение, отказаться от исполнения и потребовать возмещения убытков. Ссылка покупателя на открытие им аккредитива не может быть принята как надлежащее исполнение, поскольку аккредитив открыт не в том банке, который был обусловлен в договоре, и на существенно иных, чем было согласовано между сторонами, условиях. Поскольку действия поставщика по отгрузке товара имели встречный характер по отношению к обязательству покупателя по открытию аккредитива, а последний в этой части нарушил условия договора, суд, с учетом указанного, нашел требования покупателя необоснованными. В связи с аккредитивными отношениями в международной практике применяется и другой упомянутый выше единообразный документ, созданный в рамках МТП, в целях регулирования рамбурсных полномочий банков — Унифицированные правила по межбанковскому рамбурсированию 1996 г. (публикация No 525). Рамбурсное полномочие есть инструкция о рамбурсировании (возмещении) банка-ремитента, который платит, акцептует или негоциирует (покупает или учитывает) тратту по аккредитиву и представляет рамбурсное требование в рамбурсирующий банк — т.е. банк, предоставляющий возмещение. Когда документарный аккредитив предусматривает полномочие по рамбурсированию по поручению банка-эмитента, т.е. банка, выставившего аккредитив и выдавшего в соответствии с условиями рамбурсного полномочия рамбурсное требование рамбурсирующему банку, имеет место межбанковское рамбурсирование. Для целей Унифицированных правил отделения банков в различных странах рассматриваются ' как отдельные банки, т.е. подчиняются различным личным статутам. В международной банковской практике, кроме вышеназванных, используются самые разнообразные виды аккредитивов — переводные (трансферабельные), резервные, возобновляемые (револьверные), «досрочно открываемые», аккредитивы с «красной оговоркой», компенсационные аккредитивы и аккредитивы преимущественного действия и др. Унифицированные правила предусматривают использование резервных и переводных (трансферабельных) аккредитивов. В настоящее время в них отсутствует специальное регулирование использования резервного аккредитива и, как вытекает из ст. 2, на этот вид аккредитива распространяется общее определение, относящееся к любому документарному аккредитиву, т.е. аккредитиву, по которому платежи производятся против представления документов. В отличие от обычного резервный аккредитив направлен на защиту получателя платежа в случае неисполнения обязательств продавца, связанных с отгрузкой товаров, и в соответствии с ним подлежащие представлению документы необязательно должны подтверждать выполнение этих обязательств. По своему действию резервный аккредитив приближается к банковской гарантии по требованию. При использовании переводного (трансферабельного) аккредитива передача бенефициаром прав и некоторых обязанностей, возникающих из аккредитива, другому лицу (обычно своему поставщику) осуществляется таким образом, что это лицо становится стороной по аккредитиву. В ст. 48 Унифицированных правил переводный аккредитив характеризуется как «аккредитив, по которому бенефициар (первый бенефициар) может просить банк, уполномоченный произвести платеж, о том, чтобы аккредитивом могли пользоваться полностью или частично один или несколько бенефициаров (вторых бенефициаров)». Однако передача прав и обязанностей по такому аккредитиву требует согласия покупателя, открывшего аккредитив, а также банка-эмитента, берущего на себя обязательство осуществить платеж. Особенностью аккредитива является его строго формальный характер. Это означает, что все заинтересованные стороны, участвующие в операциях по аккредитиву, имеют дело с документами, а не с товарами, услугами и/или иными видами исполнения обязательств, к которым могут относиться документы. Аккредитив должен оперировать только теми условиями, которые соответствуют либо контрактным, либо указанным в унифицированных правилах, если стороны согласились на их применение. В свете этого в содержание аккредитива не должны включаться ненужные понятия и термины. Например, в ст. 20 Унифицированных правил говорится о том, что такие термины, как «хорошо известный», «компетентный», «соответствующий требованиям», «независимый», «официальный», «местный» и т.д. не должны употребляться в текстах аккредитивов для характеристик лиц и организаций, выдающих какой-либо документ. Обратим внимание на такое обстоятельство. Положения контракта о том, что аккредитив должен выставляться приказодателем в «первоклассном» или «имеющем достаточную известность», либо «обладающем солидной репутацией» и т.д. банке, не должны восприниматься в свете указанных требований Правил, ибо это касается не содержания аккредитива, а требований гражданско-правового соглашения сторон в отношении предпосылок и условий открытия аккредитива. Кроме того, редакция 1993 г. Унифицированных правил (ст. 13) в отличие от Правил 1983 г., в которых ничего не содержалось по этому поводу, уточняет: «Банки должны проверять все документы, указанные в аккредитиве, с разумной тщательностью, с тем, чтобы удостовериться, что они соответствуют условиям аккредитива». Иными словами, аккредитив должен формулировать инструкции, равно как и указывать документы таким образом, чтобы им можно было следовать. В нем необходимо указывать только документарные условия. К примеру, такие положения аккредитива, как «платеж должен производиться при условии отгрузки надлежащего товара», будут игнорироваться банками, поскольку банк не имеет возможности проверить надлежащий ли товар отгружен. В связи с этим важно учитывать, что в Унифицированных правилах нашли отражение элементы обыкновений, завоевавшие сегодня прочное место в практике регулирования коммерческих отношений. Так, соответствие по внешним признакам указанных документов условиям аккредитива определяется, как сказано в ст. 13 Унифицированных правил, «международным стандартом, принятым в банковской практике». В анализируемом документе предусмотрено представление бенефициаром в соответствии с аккредитивом банку-эмитенту (другому уполномоченному банку) транспортных, страховых документов, коммерческих счетов. В нем также даются описание специальных видов транспортных и других документов и основные требования, которым должны удовлетворять содержащиеся там сведения. Отсутствие в аккредитиве какого-либо из этих требований не делает его ничтожным, хотя может замедлить расчеты по нему. Если в аккредитив включены условия без перечисления документов, которые согласно ему должны быть представлены, банки считают такие условия как неоговоренные и не будут принимать их во внимание. Документы, не указанные в аккредитиве, не проверяются банком. Если последний их получит, то должен возвратить отправителю или передать далее, не неся какой-либо ответственности. Банки принимают соответствующий документ таким, каким он представлен, при условии, что по внешним признакам он соответствует другим условиям аккредитива. Подобные правила установлены также в ст. 21, согласно которой в случае, если бенефициаром подлежат представлению иные документы, чем транспортные, коммерческие и страховые, аккредитив должен предусматривать наименование лица, выдавшего документ, а также указания о его содержании. Если же аккредитив этого не содержит, то банки принимают эти документы в том виде, в каком они представлены, если только их содержание не противоречит какому-либо другому из представленных документов, предусмотренных аккредитивом. Для проверки документов и принятия решения об их принятии банком, в который они поступили (банком-эмитентом, подтверждающим и исполняющим банком), определен «разумный срок, не превышающий семи банковских дней, следующих за днем получения документов». Банки принимают документы при условии, что они представлены бенефициаром: а) в пределах сроков действия аккредитива; б) не позднее чем в установленный в аккредитиве срок после отгрузки товара. Нелишне заметить, что действующая редакция Унифицированных правил расширила по сравнению с предыдущей содержание понятия «отгрузка». Например, согласно ст. 46 сегодня оно включает и «погрузку на борт», «отправку», «принятие»: «принятие к погрузке», «принятие товара к перевозке», в том числе почтовую отправку (устанавливаемую по дате почтовой квитанции). При нарушении сроков выплаты по аккредитиву не производятся. В ходе разбирательства МКАС при ТПП РФ дела по иску, имеющему предметом требование об оплате поставленного истцом товара, было выяснено, что ответчик открыл аккредитив, оплаты с которого не последовало ввиду нарушения истцом его условий, т.е. имело место представление документов по первой партии с несоблюдением сроков, исчисляемых с даты отгрузки товара. С учетом этого обстоятельства третейский суд отклонил ходатайства истца и ответчика о привлечении в качестве соответчика Внешэкономбанка СССР. Поскольку истец допустил нарушение условий аккредитива, он лишил себя права обратить к Внешэкономбанку СССР непосредственное требование об уплате ему стоимости поставленного товара. В соответствии с решением МКАС по делу No 261/1993 от 14 февраля 1995 г. исковая сумма, а также годовые проценты согласно применимому к контракту праву — российскому законодательству — были взысканы с ответчика. Условие об обязательности указания срока действия аккредитива отражается в содержании посредством обозначения в нем даты истечения срока, предусмотренного для платежа. В ст. 42 «а» Унифицированных правил указанная дата толкуется как «дата истечения срока для представления документов». Документы должны представляться в банк в день истечения срока или до этого срока. Если дата истечения срока аккредитива приходится на день, когда банк закрыт, то датой истечения срока будет считаться первый следующий день, когда такой банк будет открыт. В аккредитиве должен предусматриваться период времени после даты отгрузки, в течение которого должны быть представлены документы в соответствии с условиями аккредитива. Учитывая, что это условие не всегда включается в аккредитив, Унифицированные правила в редакции 1993 г. предусмотрели положение, согласно которому, если такой период в аккредитиве не предусмотрен, банки не будут принимать документы, представленные им позже чем через 21 день после даты отгрузки, но не позднее истечения срока аккредитива. Для определения условий использования аккредитива при отгрузках товаров частями банки придерживаются такого правила, что если в установленные сроки какая-либо часть товара не отгружена и/или аккредитив частично не использован, он становится недействительным как для этой части, так и для последующих частей, если только аккредитивом не предусмотрено иное (ст. 41 Унифицированных правил). Важное значение имеет вопрос о соотношении внешнеэкономического контракта и аккредитива, открытого покупателем на его основе. В Унифицированных правилах установлен принцип «абстрактности» аккредитива, в соответствии с которым аккредитив по своей природе представляет собой сделку, обособленную от договора купли-продажи или иного договора, на котором он может быть основан, и «банки ни в коей мере не связаны и не должны заниматься такими договорами, даже если какая-либо ссылка на такой договор включена в аккредитив» (ст. 3). На основании этого принципа в Унифицированных правилах определены взаимоотношения заинтересованных сторон в связи с исполнением аккредитива. Так, обязательство банка производить платеж, акцептовать и оплачивать тратту или осуществить ее негоциацию и/или выполнить любое другое обязательство по аккредитиву не подчинено требо